И исходит дьявол - Деннис Уитли

Де Ришло подтвердил.

— Боюсь, что так. Но Саймон может рассказать больше, чем я, о его способностях.

Саймон и Рекс поставили подносы и стали читать сейчас письмо Мокаты. Первый поднял глаза от листка.

— Хм. Он может видеть все, когда захочет, в том зеркале, о котором я вам рассказывал. Как только он доберется до Лондона, где у него с полдюжины медиумов, он любого из них использует и узнает, чем мы занимаемся. Для него будет просто детской игрой обнаружить, что мы оставили комнату.

— Я такого же мнения, — согласился герцог. — И если мы обратимся к полиции, мы или сами пойдем к ним, или их сюда приведем. Одного телефонного звонка будет недостаточно. Они захотят получить фотографии Флер и опросить каждого, кто хоть как-то причастен. Так что у Мокаты будет прекрасная возможность увидеть нас в компании с ними, как только мы это дело закрутим.

— Невозможна даже сама мысль об этом, — резко заметил Саймон. — Ясно, что мне бесполезно извиняться — я основная причина того, что вы сейчас переживаете, отсюда вытекает одна вещь, которая совершенно очевидна.

— Мы здесь будем сидеть как куклы, а ты в двенадцать часов пойдешь сдаваться. Я правильно понял? — съязвил Ричард.

— Зная Саймона, я ожидал этого, — прокомментировал герцог. — Последствия для него могут быть ужасными, и, несмотря на то, что от одной мысли об этом у меня закипает кровь, должен признаться, что он прав, в определенном смысле, конечно.

— Неужели нет другого пути? — с отчаянием заговорила Мэри Лу, взяв Саймона за руку. — Это так страшно, что нам приходится всерьез обсуждать вопрос о принесении тебя в жертву.

На лице Саймона появилась одна из самых неотразимых улыбок, которые они знали.

— Нет, — мягко возразил он. — С самого начала это была моя грязь, и я вам невыразимо признателен, что вы так старались помочь мне отмыться, но Моката оказался слишком крепким орешком, и я должен поднять руки. Это единственный выход.

— Нет. Все это произошло из-за моей проклятой некомпетентности, — в свою очередь высказался герцог. — Я заслуживаю того, чтобы занять твое место, Саймон, и ты знаешь, я бы сделал это, если бы от этого была какая-то польза. Но корень зла в том, что поменяться местами нам невозможно — ему нужен ты, а не я.

Пока продолжался этот невеселый разговор, Рекс разливал чай, и, взяв предложенную ему чашку, Ричард довольно резко прервал их:

— Ради бога, хватит молоть чепуху! Никто из вас не виноват. После всего, что мы пережили в последнее время, ясно, как божий день, — вы сделали совершенно правильно, что пришли именно сюда. К кому же еще мы должны обращаться в подобных ситуациях, если не к друг к другу. Если бы я так же был загнан в угол, то не замедлил бы обратиться к вам — и знаю, Мэри Лу чувствует то же. Этот удар невозможно было предугадать. Это было — ну, назовем это случайностью, и вся ответственность по защите Флер была нашей общей. Давайте-ка лучше подумаем, что мы действительно можем сделать.

— Спасибо, Ричард! — Де Ришло сделал попытку улыбнуться, зная, чего стоило другу смягчить их чувство вины, когда сам он буквально придавлен беспокойством за судьбу своего ребенка.

— И я благодарен тебе, — как эхо повторил Саймон. — Но все равно я собираюсь пойти на встречу, которую назначил Моката. Это единственная надежда.

Ричард тихонько ударил его по плечу.

— Нет, старик. Ты отдал себя под мою защиту, придя в этот дом, и я не допущу этого. Дело, в которое мы втянулись, касается меня так же, как любого из вас, я повторяю еще раз. И Сероглазка оказался прав насчет сатанинских проявлений, но нет причины терять чувство реальности. Эти силы имеют свои пределы, как и все остальное. Сероглазка подтвердил прошедшей ночью, что они основаны на естественных законах и эта свинья Моката только оперирует ими. Он действует сейчас в чуждой для него стране. Он сам это признает в письме. Вы же видите, как он беспокоится, чтобы мы не обращались в полицию, а это и есть тот путь, по которому можно до него добраться. У вас, джентльмены, похоже, сдают нервы.

— Да нет, — печально заговорил герцог. — У меня нервы не сдают, но посмотри на это дело с другой стороны. Допустим, это обычное похищение ребенка. Скажем, Флер была захвачена с целью выкупа группой отпетых гангстеров, какие орудуют, например, в Штатах но банда имеет возможность знать все, что творится в твоем доме. Они пригрозили убить Флер, если ты втянешь в это дело полицию. Так вот, стал бы ты рисковать в такой ситуации?

— Нет, я бы заплатил, как сделало бы большинство родителей, чтобы отвязаться от банды и получить невредимое дитя. Но здесь другое. Я готов поклясться, что Моката накинул на нас двойную петлю. Если бы ему был нужен один Саймон, он сразу же предложил в обмен Флер. Вы, похоже, забыли, что сказала Танифь. Он не знает, что мы знаем его намерения, а она была определенна по трем позициям. Первое — он хочет вернуть ее, второе — ему необходимо сделать это в ближайшие дни, иначе будет поздно, и третье — единственный способ сделать это — полная процедура Черной Мессы с жертвоприношением крещеного ребенка. Ясно же как день, что использует Флер как приманку, чтобы получить Саймона, а потом пригвоздит нас убийством ребенка.

Де Ришло взял с подноса бутерброд.

— Ну что ж, — начал он, как бы пытаясь подвести итог, — перспектива сидеть здесь, ничего не делая, далеко не самый лучший вариант при таком повороте событий. Единственное, что выступает сейчас на первый план, — это риск для Флер.

— Мне это понятно, — признался Ричард, — но я убежден, что наш единственный шанс снова увидеть ее живой, это позвонить в полицию и прижать подлеца еще до наступления ночи.

— А я бы не стал, — завертел головой Саймон. — Честно, я бы не стал, Ричард. Будь уверен, он все равно узнает, что мы предприняли против него. Мы потеряем напрасно много времени, отвечая здесь на вопросы местных сыщиков, и ставлю сто против одного, что за один день они не смогут его обнаружить. На данный момент Флер в безопасности — ради бога не усугубляй ситуацию. Я знаю этого человека — он безжалостен как змея. Можешь считать Флер мертвой, если попытаешься действовать таким образом.

Мэри Лу слушала эти противоречивые аргументы и сама бы ла в полной неопределенности.

Саймон говорил с такой абсолютной убежденностью, что предложения Ричарда приведут к смерти Флер, и в то же время она чувствовала, что прав был и Ричард, утверждая — Моката зацепил их двойным арканом. Обе стороны дилеммы, казалось, срослись в порочный круг, который беспрестанно вращался в ее больной голове.

Все теперь молчали, и Ричард посмотрел на жену.