И исходит дьявол - Деннис Уитли

— Пожалуйста, не принимайте этого близко к сердцу. Приговор звезд обжалованию не подлежит. Теперь-то вы понимаете, почему будущее для меня ничего не значит? Замужество, дети, семейный очаг — пустой звук для моей души.

— Значит, вот в чем причина. Вот почему вы согласились на дьявольские козни.

— Да. Так как жить мне осталось совсем недолго, обычные эмоции меня не волнуют. Я смотрю на жизнь как бы с большого расстояния, мне абсолютно все равно, что происходит и произойдет с моим физическим телом. Десять месяцев назад я начала серьезно развивать свой психический дар, под настоящим умелым руководством, и те путешествия, которые мне сейчас удаются, — в необъятную безмерность пустоты, единственное, что пока еще заставляет трепетать мое сердце.

— Но ради всего святого, чем вас так привлекла Черная Магия? Почему бы не заняться Белой?

— Разве я уже не сказала? Адепты Тропы Правой Руки интересуются только Великим делом; слиянием и взаимопроникновением Микрокосма и Макрокосма; неясная философская сущность без определенных ощутимых результатов. Те же, кто стоит на Тропе Левой Руки, оттачивают свое искусство на человеческом материале и могут действительно видеть, как действуют их чары.

— Все равно я не могу позволить вам ехать на сегодняшний сатанинский фестиваль.

— Но это же будет что-то потрясающее.

— У любого нормального человека волосы встают дыбом, если ему рассказать, что там творится.

— Ну что ж, как вам будет угодно. Признаюсь, что вообще-то я немного боюсь, но это только потому, что участвую впервые. Отдавая себя, я буду всего-навсего страдать или наслаждаться, как и большинство других женщин в определенный период их жизни, просто у них это происходит немного при других обстоятельствах.

— Немного другие обстоятельства! — воскликнул Рекс, вновь отмечая про себя внезапное изменение выражения ее глаз и интонаций голоса, как будто внутри девушки сидела какая-то вторая, невидимая, потусторонняя личность, оживавшая всякий раз при упоминании предстоящего зловещего таинства и лишавшая ее естественную земную оболочку привычной искренности и очарования. — Но это все равно что небо и земля! Вас даже близко нельзя уподобить женщине, выбирающей мужчину не по душе или отдающейся ему из меркантильных соображений.

— Вы не правы. В Древнем Египте каждая женщина перед замужеством служила в храме, где отдавалась мужчинам для того, чтобы обрести добродетель. Священная проституция, а мы сейчас говорим именно о ней, практикуется во многих частях нашей планеты и поныне. Если рассматривать ее с личностной точки зрения, то — да, она отвратительна и безбожна. Я бы никогда не смогла пойти на это, если б думала подобным образом. Но я приучила себя думать о ней иначе, как о ритуале, через который я должна пройти, чтобы получить свежие силы.

— Нормальный человек не может так думать, хотя, как мне кажется, определенные аспекты некоторых явлений человеческий мозг просто отбрасывает и не принимает, — Рекс сделал паузу и наморщил лоб, — тем не менее я больше имел в виду ту страшную опасность, которой вы себя подвергаете, соглашаясь пойти в услужение… э… Дьяволу, если хотите.

— Дьявол — это пугало, придуманное ранней церковью для устрашения дураков, — улыбнулась Танифь.

— Хорошо, давайте назовем это — в услужение силам Тьмы.

— Вы подразумеваете, что это произойдет через обращение в новую веру?

— Да уже само ваше появление на Шабаше — это не что иное, как уступка Сатане. Честно говоря, судя по вашему имени, я думал, что вас уже переокрестили.

— Нет. Имя Танифь было выбрано при крещении моей матерью.

Рекс резко выпрямился и подался вперед:

— Так, значит, вы еще не полностью… подчинили себя этому?

— Да нет же, я вам говорю. Это произойдет сегодня ночью. И если де Ришло обладает хотя бы одной десятой того, что вы ему приписываете, он сразу поймет грозящую мне опасность и немедленно меня отпустит. Не забудьте — вы обещали не перечить ему.

— Но послушайте, — Рекс снова умоляюще схватил ее за руку, — хватит с вас и того, что вы вообще собирались принять участие в этом противном увеселении. Зачем же сейчас, когда есть возможность вовремя отступить, опять рваться туда?

— Моката не позволит, даже имей я такое желание. Мне очень жаль, что вас это так сильно беспокоит. Да, ритуал сатанинского крещения — это устаревшее безобразное варварство, но после него я буду иметь настоящее положение среди адептов и ничто не сможет причинить мне вреда, пока я, не отклоняясь, следую по Тропе вместе со всеми членами Ордена.

— Вы — сто, вы — тысячу раз не правы, — смело наступал Рекс, — слава богу, что де Ришло мне вчера объяснил подлинный ужас происходящего. Их обещания дать вам силу и власть — не более чем грязная ловушка. При первом крещении ваши крестные мать и отец отреклись от Дьявола и его деяний. И как только вы добровольно откажетесь от этой защиты, вами завладеет некая страшная сила и заставит исполнять свою волю, Околоземный Дух или Элементал, как-то так.

Танифь пожала плечами:

— Но с Элементалами вполне можно ладить.

— Черт побери! Как же мне вас заставить понять? — Рекс в отчаянии вскинул руки. — Все кажется так легко и просто, пока они не потребовали от вас какое-нибудь настоящее жестокое изуверство. Они кое-что продемонстрировали, увлекли, поощряют ваши манипуляции с ясновидящим шаром, но будьте уверены, как только вы станете полноправным членом, а тогда вам пойти на попятную будет страшнее, эти штуки вцепятся в вас мертвой хваткой. Не то что страшно — невозможно будет отказаться.

— Извините, но я вам не верю. Это я буду их использовать, а не наоборот. Мне совершенно ясно, что вы в этом не разбираетесь.

— Ничего, зато герцог разбирается, — сказал Рекс, — он говорит, что вы еще можете освободиться, покуда не состоялось крещение. Но после него святые заступники от вас отвернутся. Зачем же еще, вы думаете, мы ворвались на вашу вчерашнюю вечеринку, как не для спасения Саймона от этой же самой заразы?

Глаза у Танифь странно засветились:

— Тем не менее Моката своей волей вернул его и Саймон в конце концов получит сегодня дьявольский псевдоним.

— Не зарекайтесь. Мне все-таки сдается, что нам удастся спасти его, — Рекс сказал это с уверенностью, которой вовсе не чувствовал.

— И с чего же вы намерены начать? — у Танифь появилась слабая надежда использовать благие намерения Рекса в своих целях и сбежать от него.

— О-о, в этом-то вся и проблема, — сознался он, — буду с вами откровенен, видите ли, мы полагали, что вы знаете, где Саймон. Именно поэтому я приехал в «Клариджес». У меня было задание герцога заполучить вас и привезти сюда, а уж он вас сам поспрашивает. Но честно признаюсь, что я бы все равно вас разыскал — правда, совсем по другой причине. И вот оказывается, что о возвращении Саймона к Мокате вы ничего не знали, пока не переговорили по телефону с мадам Д'Юрфэ. Отсюда вывод — вы и впрямь не знаете, где он. Хотя, пожалуй, вы бы могли нас навести на след Мокаты — если б захотели.