Сомниум - Михаил Викторович Гречанников

Артур пригляделся к людям на улице: вот на пробежке девушка с красивой, изящной фигурой в обтянутом трико. Вот два старичка стоят по обе стороны живой изгороди, разделяющей участки, и увлечённо ведут беседу. Вот девочка пяти-шести лет качается на качели в собственном дворе.

— Господи, — протянул Артур.

— Что? — занервничал Гайнце.

— Да нет, я просто... Слов нет. Я даже и не думал, что здесь есть такой район. Тут даже люди выглядят не так, как в городе! И так тихо, спокойно. Огромные частные дома. И участки у дома. Свои участки! Охренеть... Сколько в городе ещё таких районов, как этот?

— Только один.

— Вас так мало, что умещаетесь в одном небольшом районе? И это вы управляете городом? Занимаете самые важные посты? Решаете судьбы людей? Весь город работает ради вашего благополучия здесь?

— Всё не совсем так...

— А я вот думаю, что очень даже так.

Машина повернула к одному из домов и подкатила к гаражу.

— Это твой дом? — спросил Артур.

— Да.

— Хорошо. Выходи.

Дом оказался двухэтажным, выложенным из тёмно-красного кирпича. На соседнем участке старушка приветливо помахала Гайнце рукой:

— Здравствуй, Володя! У тебя найдётся минутка? А то у меня есть парочка вопросиков к тебе, как к врачу.

— Не сейчас, Маргарита Львовна, — поспешил отказаться Гайнце. — У меня важный гость, понимаете? Я обязательно загляну к вам потом.

— Чудесно! Буду вас ждать!

— Старая сука, — тихо выругался Гайнце, направляясь к дому. — Ни одного дня без этих её «вопросиков». Хоть сейчас её слушать не придётся.

На стене у входной двери висела прикрытая козырьком электронная панель. Гайнце положил на неё ладонь, и замки в двери щёлкнули.

— Что ж, мы и пришли, — сказал он, потирая ухо и нервно оглядываясь на Артура.

— Заходи, — велел тот.

Глава 23

Артур долго рассматривал фотографии семьи Гайнце, развешенные в гостиной. На них улыбающийся доктор обнимал улыбающуюся красавицу-жену с длинными, до пояса, светлыми волосами, а рядом улыбались двое ребятишек лет пяти, мальчик и девочка.

— Какая красивая семья, — искренне сказал Артур. — Скажи, твоя жена знает, чем ты занимаешься на работе?

Он не выпускал Гайнце из поля зрения. Тот с прямой спиной сидел на мягком диване у чайного столика и стрелял глазами по сторонам.

— Думаешь, как сбежать? — понимающе хмыкнул Артур.

— Что? — Гайнце словно очнулся. — Нет, нет... Я... Я...

— Заткнись. Ты не ответил на мой вопрос. Твоя жена знает, чем ты занимаешься на работе?

— Конечно. Она знает, что я врач.

Артур улыбнулся.

— Не увиливай. Ты прекрасно понял, о чём я спрашиваю. Твоя жена знает, что на работе ты ставишь опыты на людях?

— Это не какие-то там «опыты»... — начал было Гайнце, но осёкся, столкнувшись взглядом с Артуром. — Нет, она... Она не знает.

— Ну конечно. А кем она сама работает?

— Она тоже врач. Заведует кардиологическим отделением в городской больнице.

— О, семья врачей! Здорово! Родители у вас обоих тоже врачами были?

— Не понимаю, какое это имеет...

— Да никакого, ты прав. А твои дети знают, чем ты занимаешься на работе?

Гайнце промолчал, выдержав взгляд Артура.

— Конечно, не знают, — продолжил Артур. — И никогда, наверное, не узнают. Интересно, как бы они отреагировали, узнав такое об отце? В другом возрасте, став старше? Ужаснулись бы? Отказались бы от тебя? Или они бы тебя поняли? Пошли бы по твоим стопам?

Гайнце сцепил пальцы рук замком на коленях и уставился на них.

— Впрочем, — вздохнул Артур, — с моей стороны глупо читать тебе морали. Думаю, ты свою сделку с совестью совершил уже давно. Тебя слова какого-то рабочего волновать не будут. Кто я такой, чтобы мои слова тебя впечатлили? Так ведь?

— Можно узнать, что вам от меня нужно? — спросил Гайнце после минутного молчания.

— Адрес твоего брата.

Доктор вскинул глаза на Артура. Такого ответа он не ожидал.

— Нет, — выдавил он из себя после минутной заминки.

— Не скажешь, то есть?

— Не скажу. Это мой брат!

— А здесь живёт твоя семья. — Артур обвёл глазами гостиную и заметил камин. — О, камин! Я такие в кино видел! Неужели вы и правда сжигаете в нём дерево? И смотрите на огонь?

Гайнце не отвечал, с тревогой следя за Артуром.

— Не пойми меня неправильно, — продолжил Артур. — Я-то на огонь насмотрелся на заводе. Видел когда-нибудь огонь в огромных ковшах? Наверное, нет. Поначалу это очень впечатляет. Я когда на завод пришёл, смотрел с удовольствием. Правда, спалил себе брови и чёлку в первый же рабочий день, но на будущее усвоил, что близко подходить к ковшам нельзя. А больше я открытого огня, кроме завода, нигде и не видел, если подумать. Каминов в домах с капсулами нет. В городе вообще открытого огня не увидеть, а за город можно ездить только вступившим в колхоз, но и там костры жечь нельзя. За это штрафуют, очень хорошо штрафуют. Две-три сотни часов сна могут на счёт накинуть. Зато таким, как ты, можно иметь дома камин, чтобы, когда захочется, полюбоваться огоньком. Ну не мило ли?

Артур поднял стоявшую у камина чёрную стальную кочергу.

— Вот этим, — показал он кочергу Гайнце, — можно очень болезненно избить человека. Видишь, какие у меня теперь руки? Какие мускулы? Не правда ли, впечатляет?

Артур взялся за кочергу двумя руками и с кряхтением согнул её в дугу.

— Ого! — рассмеялся он. — Сам от себя не ожидал! Вот это силища! То ли бригадир такой сильный, то ли я могу заставить чужое тело так подчиняться — ещё не разобрался. Но этого мне сейчас и не надо. Достаточно будет взять такую кочергу и бить ей твою жену на глазах у тебя и твоих детей до тех пор, пока ты не расскажешь мне всё, что я хочу знать.

Гайнце побелел, у него дрожали губы.

— А потом, когда твоя жена умрёт от побоев, я примусь за твоих детей. Как ты думаешь, кого следует убить первым: девочку или мальчика? Как, кстати, их зовут?

Гайнце смотрел на Артура широко раскрытыми от страха глазами.

— Как их зовут?! — рявкнул Артур.

— Маша, — ответил Гайнце. —