Русская фантастика 2012 - Евгений Гаркушев

— Каким образом был заражен фонтан, как ты полагаешь?

— Судя по твоим действиям, акция была поручена Белинде. Ты уронила ее в фонтан, а там она распылила вирус — ты ведь говорила, что у нее есть такая возможность. Впрочем, допускаю, что тогда, на звездолете, у водного накопителя, мы выпили настоящий вирус. А сейчас я внес его в питательную среду фонтана, а ты решила заразиться от меня и заразить полицейского, который нас арестовал. И менялу, конечно.

Алиса усмехнулась.

— Фантазия у тебя богатая. Я бы даже сказала — изощренная. Но гораздо проще пустить вирус в водопровод. Остальное — страховка. Среда, как ты верно заметил, для вируса питательная. Масса никеля и других металлов в воде. Потому я и выбрала фонтан Треви, в чистой воде вирус не слишком хорошо себя чувствует и не очень быстро распространяется. Но в заражении я не повинна, так же как и ты. Все произошло случайно. Падение коммуникатора, разгерметизация контейнера. Понимаешь?

— Да. Все получилось случайно. Но получилось?

— Вполне, — протянула Алиса. — Ты меня удивляешь, Глеб. Далеко не такой простачок, каким кажешься. Работа манипулятора и правда была тебе в тягость — ты умеешь не только выполнять команды, но и продумывать разные схемы сам. Что касается той пробирки, из звездолета, поверь, изготовить «вирус» оказалось очень просто: щепотка сахара, капля лимонного сока, капля моих духов. Так что ты ни в чем не виноват.

— Но…

— Никаких «но». Не вздумай брать вину на себя. Ты вообще не был посвящен в мои планы и не имеешь к вирусу никакого отношения. Ничего не видел, ничего не знаешь. Полетел на Каплю Меда потому, что захотел поближе познакомиться с интересной девушкой. Ведь так?

— Так.

Что добавить? То, в чем убеждала меня Алиса, на самом деле было правдой. Я не собирался заниматься виртуальным или биологическим терроризмом — просто хотел быть ближе к ней. Дальше все получилось само собой… Значит ли это, что я должен свалить всю вину на ее хрупкие плечи, избежать наказания и жить спокойно, зная, что Алису обвинят по полной программе?

А Фил, выходит, промахнулся со своей кражей. Ему удалось унести всего лишь каплю духов Алисы и немного сладкой воды. Вдвойне обидно, если учесть, что настоящий вирус был у него в руках, в контейнере, спрятанном в коммуникаторе. Но он выбросил коммуникатор, опасаясь, что Белинда сможет помешать его планам. И правильно сделал — она и правда смогла бы, с ее способностями!

— Прилетели! — объявил полицейский. — На выход! Можете попрощаться.

— Мы расстаемся ненадолго, — сказала Алиса.

— Ну да, конечно, — хмыкнул чернокожий. — Всего лишь лет на десять. Мужская и женская тюремные планеты находятся в разных уголках обитаемого космоса, детка. Ты не в курсе? Первая ходка?

— Апчхи, — ответила Алиса. — Видно, насчет планет правду говорите. Но нам с Глебом зону не топтать, поверьте. Мы ни в чем не виноваты.

Полицейский катер доставил нас обратно к космопорту. Сначала я решил, что нас прямо сейчас и отправят на планеты пенитенциарной системы, а потом сообразил, что на территории космического вокзала расположены камеры предварительного заключения. Во-первых, большинство преступников на тихую Каплю Меда прибывают из космоса. А во-вторых, набедокуривших своих проще выкидывать с планеты отсюда. Да и полицейских сил в космопорте больше, чем во всем городе.

Камера предварительного заключения оказалась даже лучше, чем наши каюты на «Медее» и на «Радужном коне». Откидная койка, стол, санузел, небольшой шкафчик. Приют узников оборудовали на базе списанного звездолета. Об этом говорили узкие коридоры, планировка и мебель. И в самом деле, тюрьма — один из первых форпостов цивилизации. На необитаемой планете нужно открыть космопорт, организовать пункт медицинской помощи и точку питания, построить тюрьму — и новый мир готов к приему поселенцев, строителей городов, заводов и гидропонных плантаций.

Обычно первой базой на планете становится старый звездолет — хорошо защищенный от влияния внешней среды, оборудованный мощной энергетической установкой, но уже малопригодный для полетов. В нем и вокруг него и монтируется первая планетарная станция. Как будущий научный работник, я наметил для себя изучить историю тюрьмы на Капле Меда и историю тюремной системы планет обитаемого космоса в целом. Тема сравнительно свежая и, главное, интересная. Да и материал лежит буквально под ногами.

В камере Ротор сообщил мне, что постановлением прокурора Рима каналы исходящей информации ему наглухо перекрыли, оставили лишь нить для запросов, а вот на получение входящей информации ограничений не выставили. Я мог узнавать новости, смотреть фильмы, познавательные передачи. Вирус пока бездействовал или не развернулся в полную силу — с Ротором мы общались свободно, импланты работали.

— Какие новости будоражат сейчас население Капли Меда? — поинтересовался я у помощника. — Карантин не объявили? Чем живет планета?

— Основная сенсация галактических информационных агентств — арест на Капле Меда Алисы Гейтс, дочери известного промышленного магната.

— Гейтс? — удивился я. Фамилию Алисы я прежде не спрашивал — как-то не пришлось к слову. — То есть она и правда дочь миллионера? Да какого там миллионера — мультимиллиардера! Гейтсы хорошо известны в Галактике…

— Тебя, я смотрю, этот факт не слишком обрадовал, — заметил Ротор.

— Чему тут радоваться?

— Приданое богатое.

— Ага. Конечно. Приданое… Нужен я ей, если она такая крутая.

— А кто ей нужен?

Да, я сам программировал Ротора на поддержку хозяина в трудных ситуациях, но сейчас меня его оптимизм раздражал.

— Ей нужны бенгальские тигры. Морские котики. Пауки, причем самые противные. Люди, которые хотят видеть чистое небо своими глазами. И, полагаю, свобода. Но вряд ли я.

— Свобода нужна всем, — философски изрек Ротор. — Особенно актуально это сегодня, когда вам предъявляются обвинения в распространении вируса, способного нарушить условия честной конкурентной борьбы. Карается лишением свободы на срок от трех до двенадцати лет.

— То есть нам не ставят в вину виртотерроризм? Гейтс уже добился для дочери мягкой формулировки обвинения?

— Выходит, так. Хотя как ему это удалось, не знаю. Ведь ордер выписан задолго до вашей поимки. Разве только у папы хорошие источники информации.

— Но инкриминируемая статья все равно серьезная.

— Не переживай. Новостные ленты сообщают, что Виктор Гейтс уже летит на Каплю Меда, чтобы принять участие в слушаниях по обвинению своей дочери. У него лучшие юристы в Галактике. Может, и тебя по ходу отмажут.

— Или утопят.

— Нужно сохранять оптимизм!

— Кстати, Ротор, как мы будем общаться, когда мои импланты отключатся? — спросил я.

— Не знаю, — скорбно ответил помощник. — Нужно было заранее позаботиться о внешнем коммуникаторе. Когда еще ты сможешь его купить… Тем более цены на внешнее оборудование растут. Все новостные ленты об этом просто кричат.

— Закажу в тюремной лавке.

— Поспеши! Без меня тебе в тюрьме трудно придется! Я многое знаю и умею.

— Особенно ценен ты будешь в драке, Колобок…

Слушания по нашему делу проходили в закрытом режиме — слишком много представителей прессы рвалось на процесс. Спустя три дня, в течение которых я так много думал и так много вспоминал, меня привели в тесный зал, обшитый металлическими листами. Несколько мониторов показывали судей с других планет, приглашенных разбирать дело. Их имена я запоминать не стал — достаточно помнить обращение «ваша честь». Адвокат Семен Зайцев и обвинитель Клаус Штумпф присутствовали во плоти. Местный судья Маргарита Раушенбах также почтила нас своим личным присутствием, что говорило о значимости процесса.

Полицейский в зале суда дежурил только один, тот самый негр, что нас арестовал. Как шепнул мне Ротор, все полицейские силы Рима были стянуты к космопорту для внешней охраны. Вокруг тюрьмы крутились местные жители, журналисты и пройдохи всех мастей. Каждому хотелось увидеть столичную знаменитость, Виктора Гейтса. Ну и его дочь, конечно.

Удивительно, но процесс отторжения имплантов у меня еще не начался, они работали штатно. Вирус не сработал? Тогда было не совсем понятно, в чем нас обвиняют и за что судят.

Алиса сидела рядом с папой, высоким представительным мужчиной с жестким цепким взглядом. Деловой костюм, короткая стрижка — Виктор Гейтс являл собой образец респектабельности. Да и сама Алиса переоделась в шелковое платьице с рукавами-буфф. В нем она казалась почти девочкой. На меня она не смотрела. Вообще. Не скажу, что меня обрадовало такое поведение любимой. Хотя я почему-то не удивлялся. Так оно обычно и бывает…