Непроявленные пленки (ЛП) - Харди Камрин

— От кого? — спохватился Бернард.

— Извините, вынуждены вас покинуть, — Юэн подхватил Бернарда за локоть и стремительно потащил его в сторону, ловко огибая столики и посетителей.

— Кто звонит? — шепнул Бернард, когда они почти спустились к танцполу. Здесь оглушительно гремела музыка.

— Никто, я просто хотел эффектно уйти, дальше пусть сами разбираются, — сказал Юэн на ухо, прижавшись к Бернарду вплотную. — Моё дело было только их познакомить.

Бернард мягко обвил его за пояс. Люди вокруг танцевали, обнимались и толкались. В воздухе витала смесь запахов алкоголя, духов и пота.

— Может быть, — потянувшись к Юэну, прошептал Бернард, — тогда совсем уйдём?

Юэн прижался к нему плотнее и крепче стиснул локоть.

— Совсем, в смысле домой?

— Нет, — сказал Бернард и, не сдержавшись, провёл губами по краю его уха. Кончики пальцев будто бы прошибло слабым разрядом тока. — Просто сбежим.

Заинтригованный взгляд Юэна был красноречивее любого ответа.

***

— Хочешь ещё раз искупаться?

— Думаю, что теперь мы точно всё отморозим, поэтому нет.

Они стояли около машины перед озером. После грохочущей в клубе музыки тишина казалась блаженной и ласкала слух, а прохладный свежий воздух приятно касался щёк.

— Что тогда?

Недолго думая, Бернард залез на крышу.

— Присоединяйся, — сказал он, похлопав ладонью рядом с собой. — Неужели я зря мыл машину?

Юэн послушно забрался, отклонился назад и потянул Бернарда за собой. Они улеглись на крышу, повернувшись лицом друг к другу.

— Знаешь, — сказал Бернард, — в последнее время я почти не думаю о делах в нерабочее время. Благодаря тебе научился отдыхать и наслаждаться такими вот моментами, когда в голове абсолютно нет мыслей о работе и... призраках.

— Хочешь сказать, я излечил твой трудоголизм?

— Есть немного, — засмеялся Бернард. Юэн тоже улыбнулся.

Бернард не мог отвести взгляда от его чувственного изгиба губ. Когда Юэн улыбался, уголки его рта становились особенно выразительными, а серые глаза казались серебряными.

— Мне с тобой хорошо, — сказал Бернард, поглаживая Юэну спину.

— Мне с тобой уже давно хорошо.

— Будем меряться, кому дольше?

— Нет, — засмеялся Юэн. — Бессмысленно.

Бернард провёл губами от его скулы до линии челюсти, медленно переместился к ямочке на подбородке, оставляя невесомый поцелуй. Юэн подхватил игру. Они едва касались друга друга губами, обдавая кожу тёплым дыханием. Однако долго сдерживаться не получилось, и, когда языки их ненавязчиво соприкоснулись, Юэн сбивчиво простонал на выдохе, опуская руку Бернарду на бедро. Одежда шуршала, а с озера тянуло холодом, чего Бернард совершенно не чувствовал. Желание ощущить под пальцами тепло обнажённого тела было невыносимым, но они продолжали лежать, плотно прижиматься, поглаживать и целоваться, аккуратно покусывая и лаская губы друг друга.

В такие моменты Бернарду особенно нравилось наблюдать. Он вообще часто смотрел на Юэна из-под прикрытых век, что всегда многократно усиливало собственные ощущения.

— Спой что-нибудь, — прошептал Бернард, целуя Юэна в щёку и поглаживая его поясницу.

— Тебе концерта не хватило?

— То было для всех, а я хочу эксклюзив, — улыбнулся Бернард.

— Ладно, — усмехнулся Юэн и перевернулся на спину. Бернард уложил голову ему на плечо, обвив рукой корпус. — Всем доброго вечера, радиостанция Ю FM начинает своё вещание.

И он запел, а Бернард потянулся и приник к его шее губами, чтобы ощутить слабую вибрацию голосовых связок.

«Держи меня крепче,

Не отпускай

Хочу проникнуть

Сквозь твою кожу,

Вдохни меня глубже,

задержи дыхание,

Хочу насытить тебя

Собой,

Так горячо и холодно

От прикосновений,

И я чувствую твое сердцебиение

Рядом со своим»

***

— Ты позвонишь? Возьмёшь на себя такую ответственность? Бернард?

Голос звучал громко, холодно и звонко, будто камень ударялся об камень. Буквы на визитке, которую держал Бернард, плыли и растекались в разные стороны. Он медленно поднял взгляд на Виктора.

— Да, — кивнул он. — Я... я позвоню, обязательно.

Чилтон удовлетворительно кивнул. Стёкла его очков поймали жёлтый блик от лампы. Он деловито поправил рукава пиджака и прокашлялся в кулак.

Виктор не в первый раз говорил о своей смерти, вернее о том, что надо делать

после

его смерти, однако контактами родственников, которых стоило оповестить по такому случаю, делился только сейчас. Почему он захотел поговорить об этом именно сегодня?

Вновь нахлынула тревога из-за того предостережения девочки-призрака о похоронах. Кто-то умрёт. В городе, конечно, всегда кто-то умирает, но призрак явно имел в виду кого-то из знакомых Бернарду людей.

— Кто будет заниматься... Вашими похоронами? — спросил Бернард, опуская взгляд на одну из визиток в своей руке.

На ней были контакты старшего сына Виктора и владельца похоронного бюро Анджея Чилтона. Бернард не знал его возраста, но предположил, что тому должно быть лет за сорок. Пару раз ему доводилось слышать это имя от Чилтона.

— Нет, заниматься моими похоронами будет другой человек. Не родственник, я давал тебе его контакты уже давно. Если потерял, могу дать ещё одну визитку, — Виктор полез в один из ящиков стола.

— Нет, не надо, у меня всё сохранилось. Я просто... поинтересовался.

Бернард посмотрел на другую визитку.

— Захари Чилтон... стоматолог?

— Да, — с явным недовольством сказал Виктор, постучав пальцами о поверхность стола. — Стоматолог.

Последнее слово он едва ли не выплюнул. Раньше Бернарду казалось, что оба сына Виктора заняты в похоронном бизнесе. Или он что-то напутал? А ещё Виктор в последнее время часто уезжал «по семейным делам». Это как-то связано с его сыновьями? У Бернарда медленно прояснялась картинка, но пока он не мог до конца понять. Виктор... не доволен тем, что его младший сын не пошёл по стопам отца?

— У Вас больше нет детей...

родственников

, которым тоже стоило бы сообщить? — спросил Бернард.

Он сам не знал, какого ответа ожидал услышать. Ведь не скажет же мужчина: «Да, есть ещё ребёнок-призрак, ему тоже сообщи, пожалуйста, хотя он и так должен быть в курсе». Наверное, он предполагал, что сможет что-то понять по его реакции. Может, во взгляде промелькнёт эмоция, связанная с каким-то давним воспоминанием. Однако в ледяном взгляде Виктора ничего не отразилось.

— Анджей разберётся и передаст кому необходимо. Сначала позвонишь ему. Захари лучше сообщить отдельно.

— Хорошо, я понял, — кивнул Бернард, по тону голоса Виктора предчувствуя, что подробностей он всё равно не дождётся. Видимо, не все в его семье хорошо общались между собой.

Он поднялся, всё ещё держа визитки, попрощался и у самого выхода остановился, увидев в дверном проёме фигуру. На мгновение внутри всё заледенело, однако гость оказался вовсе не призраком.

— Здравствуй, Бернард, — улыбнулась Мария, взгляд её вдруг стал обеспокоенным и уголки губ опустились. — Ты такой бледный. Не заболел?

Она мягко коснулась его плеча. Жест вышел тёплым и искренним.

Родительским

.

— Нет, не заболел, — рассеянно помотал головой Бернард.

«А Вы не заболели?» — хотел спросить он. На её бледном лице по-прежнему отражались следы усталости.

— Неужели Виктор снова загружает тебя работой? — прошептала женщина.

— У меня очень чуткий слух, Мария, — донеслось из-за спины.

Прислонив палец к губам, Мария Грант как-то по-детски улыбнулась и похлопала Бернарда по плечу. Рассеянно попрощавшись, он поднялся к себе в студию и на полном автоматизме приблизился к окну, скрестив руки на груди. Визиты Марии Грант воспринимались уже как что-то обыденное. Они часто беседовали с Виктором в его кабинете, иногда даже куда-то ненадолго уезжали.