Непроявленные пленки (ЛП) - Харди Камрин

Эрика приблизилась и принялась рассказывать что-то про своего друга, который справлял сегодня день рождения. Компания, от которой она временно отсоединилась, обосновалась где-то на ВИП-ложе, поэтому Эрика и заметила Бернарда. Он пытался поддерживать разговор, но постоянно посматривал то вниз на толпу, в которой всё сложнее было разглядеть Юэна, то на дисплей телефона.

Внезапно Эрика сказала, что ей надо возвращаться к друзьям и мгновенно улетучилась. Бернард даже не сразу понял, что вдруг такого произошло и не успел сказать «пока», только недоумевающим взглядом проводил девушку, быстрой походкой отправившуюся куда-то в другой конец ВИП-ложи. Обернувшись, он увидел Юэна около лестницы.

— Мне показалось, или это была Эрика? — спросил он, когда приблизился. Глаза его сверкали, как часто бывало у него после выступлений.

— Да, это была она, но ты её спугнул, — кивнул Бернард.

— Я такой страшный, что она совсем не хочет со мной пересекаться, да? — усмехнулся Юэн. — Или она не желает видеть меня из принципа? Серьёзно. Что за обиды на уровне бестолковых подростковых сериалов, где у героев по венам течёт истеричность в чистом виде и велико желание делать драму на пустом месте?

— Без понятия. Я не такой спец по сериалам, каким ты стал в последнее время, — пожав плечами, сказал Бернард. Вообще-то Эрика как-то с самого начала приняла позицию игнорирования Юэна. Что у неё на уме — неведомо. Да и знать особо не хотелось. — Отличное выступление.

Юэн мгновенно позабыл про Эрику и просиял.

— Понравилось? — замурлыкав, спросил он и приблизился.

— Очень. Только я не услышал ни одного слова про плечи.

Юэн сначала посмотрел на него непонимающе, приподняв бровь, потом ухмыльнулся.

— А ты расстроен?

— Если честно, то да, есть немного.

— Эй, я говорил об этом только вчера. Думаешь, песни так быстро пишутся? Иногда на эти три-четыре минуты текста под гитару уходит недели две, а то и месяц, потому что кажется, что где-то чего-то не хватает или наоборот много лишнего.

Бернард улыбнулся.

— Попробую пережить это недоразумение и обязательно буду ждать песню про плечи.

Юэн театрально закатил глаза и широко улыбнулся.

— Мне, правда, всё очень понравилось... — произнёс Бернард. — И слова, и исполнение, и каждое твоё движение.

Ему так хотелось обнять Юэна и поцеловать, но, стоя у ограждений, они были у всех на виду, и по-прежнему следовало держать дистанцию. Пока что. Хотя Бернарду всё чаще начало казаться, что он зря беспокоится о репутации Юэна и лишь возводит между ними стену, ограничивая проявление чувств.

И всё же в этом тоже можно было найти золотую середину. Невыносимо держаться совсем далеко друг от друга, поэтому Бернард приподнял руку тыльной стороной к себе. Юэн улыбнулся и, прислонив свою ладонь, переплёл их пальцы вместе.

— Так хочу оказаться дома или где-нибудь, где нам никто не сможет помешать, — прошептал он.

— Я тоже, — ответил Бернард и, опустив взгляд на их сцепленные руки, сильнее стиснул пальцы.

Однако подобные моменты, когда очень хотелось прильнуть друг к другу, но не было возможности, обладали особым шармом. После них прикосновения и поцелуи казались особенно чувственными и желаемыми. И может быть, они с Юэном двигались друг к другу медленно в физическом плане, зато у них было время растягивать и наслаждаться каждым шагом. Бернарду нравилась эта неспешность. И то, что произошло вчера на диване в гостиной, произошло в своё время. Ни раньше, ни позже — как надо.

Другая рука Юэна мягко легла ему на пояс, прямо под ремнями от фотоаппаратов. Если он приблизится ещё на дюйм, то полетят к чертям все попытки сохранять дистанцию — Бернард сам его поцелует.

— Хо-хо-хо! А вот и я! — воскликнул Нат, осторожно и при этом стремительно приближающийся к ним. Он был слишком сосредоточен на удержании трёх больших стаканов, поэтому даже не обратил внимания на то, как Юэн с Бернардом отдалились друг от друга и расцепили руки. — Бармен сказал, что никто трезвым отсюда не уйдёт и сделал всем крепкие-крепкие коктейли, — Нат поставил стаканы на столик и, подняв на Юэна взгляд, добавил: — Ладно, шучу. Взял, как ты и просил, безалкогольные. Вам. Я-то не планировал переходить на трезвый образ жизни. Если всё равно умирать, зачем делать это со здоровой печенью?

Он вдруг приблизился к Бернарду и дружелюбно положил ему на плечо свою крупную ладонь.

— Привет, кстати. Надеюсь, ты не пропустил выступление нашей певчей птички? — больше риторически спросил Нат, кивнув подбородком в сторону Юэна. — Это было так восхитительно, что я едва не кончил. До сих пор мурашки по коже.

Бернард тяжко вздохнул, на мгновение скосив взгляд на сцену внизу. Юэн поморщил нос.

— Даже не знаю радоваться, что моё выступление вызвало у тебя такую бурную реакцию, или убежать с криком отвращения? Пожалуй, я ближе ко второму варианту...

— Можешь ругать меня за скверные шутки сколько угодно, но факт остаётся фактом: выступил ты отлично. Давно хотел посмотреть вживую.

Нат приглашающим жестом указал на напитки. Они втроём уселись за столик. Поболтали о выступлении Юэна и об остальных засветившихся сегодня исполнителях. Бернард иногда вставал, чтобы сделать фотографии. Нат с Юэном плавно переключились на разговоры о группе.

— «Синий светильник» на начальном этапе может стать нашей основной площадкой для выступлений.

— Рано говорить об этом, потому что недостаточно найти подходящего бас-гитариста. Нам нужно ещё сыграться. Боюсь, как бы Ватсон не сбежал, пока я не могу понять, нравится ли ему с нами или нет...

— Я стараюсь не сильно его пугать. Он не слишком разговорчивый и в сторону Тима поглядывает с опаской, но вроде пока нормально, держится, — пожал плечами Нат. — Я всё-таки рассчитываю, что у нас в группе появится девушка.

— Для каких целей?

— Для гендерного разнообразия.

— Ага, и какое отношение это гендерное разнообразие имеет к музыке? — с тонкими нотками раздражения спросил Юэн.

— Ты что-то имеешь против девчонок в группе?

— Ничего не имею. Если она будет хорошо играть, а не скандалить и поливать остальных помоями, то мне вообще без разницы. Это касается любого, кто присоединится к нам. Просто предполагаю, что не любая девушка согласится с нами играть.

Бернард молча слушал их разговор краем уха, пока стоял у ограждения с фотоаппаратом. Он не мог объяснить почему, но ему вновь казалось, что беседа между Юэном и Натом какая-то напряжённая. Они довольно открыто разговаривают, подшучивают друг над другом, однако создавалось впечатление, что вот-вот могут сцепиться в драке из-за возникающих разногласий.

— Брось, — взметнул руками в воздухе Нат, — есть много девчонок, которые хотят играть в одной группе с парнями. Что такого плохого, если у нас появится такая? Желательно очень и очень симпатичная.

— Не совсем понимаю, с какой целью мы решили всё-таки собрать группу? — уже с откровенным раздражением спросил Юэн, повысив голос. — Мы пытаемся найти участников для выступлений или ищем кого-нибудь, с кем бы ты хотел замутить?

Нат фыркнул и, откинувшись на спинку стула, закатил глаза.

— Ты прекрасно знаешь, что мне вообще без разницы, с кем мутить. Но с девчонками, конечно, приятнее.

— Мне кажется, надо определиться, зачем тебе так необходим участник женского пола, — твёрдо и холодно сказал Юэн. — Сначала будешь строить ей глазки и заигрывать, потом начнёшь специально игнорировать, и получится как с Челси? После просто все разбежимся, потому что кто-то вновь начинает мешать музыку и отношения в группе.

— Опять ты за своё, — устало протянул Нат. — Я не игнорировал Челси, с ней всё вышло ненамеренно.

Если бы у Бернарда помимо «призрачного радара» был ещё и такой, который улавливал предстоящие драки, сейчас бы стрелка на нём билась около красной зоны. Он вернулся за столик, надеясь, что его присутствие остудит градус накала. Пальцы Юэна крепко сжались на стакане с виноградной содовой. Бернарду попалась с апельсиновым соком, чаще они выбирали наоборот, просто Нат перепутал их стаканы, а меняться они не стали. Под столом Бернард коснулся бедра Юэна своим коленом.