Даль-цвет. Том 2. Киноварь - Владимир Прягин

Наконец подошла Рунвейга, присела рядом.

— Поговорили? — спросил я. — С пользой?

— Да, — кивнула она, — спасибо. Тебе от Илсы привет. Действительно, очень милая девочка. И мне показалось, что ей тоже немного не хватает общения.

— Поместье уединённое, так что да.

— Она меня пригласила в гости, когда я тут разберусь с делами. Очень хочет послушать мою историю.

— Хорошая мысль, — сказал я. — А ближайшие планы у нас такие — сегодня читаешь справочники, вникаешь в расклады, а завтра утром задаёшь мне вопросы, если что непонятно. После чего идём оформлять твоё членство в клане. Дальше — вступительные экзамены. Они послезавтра уже начнутся, если не ошибаюсь.

Я отвёл Рунвейгу в общежитие, где она засела за книжки, а сам поехал к Шиане.

— Как настроение, лохматик?

— Терпимо, — хмыкнула та. — Хорошо, что мы с тобой не уехали. Эйра меня требует к себе, причём ультимативно. У неё дело, похоже, к свадьбе, на этот раз всё серьёзно. И вот она хочет обсудить со мной все достоинства жениха, в подробностях. Событие эпического масштаба, как ты догадываешься, я так просто не вырвусь. Дня два у неё пробуду, скорей всего.

— Ну, давай. А я пока делами займусь.

Под вечер я посадил Шиану в такси и вернулся в кампус.

У Рунвейги всё было без изменений, разве что книг на столе прибавилось — она, как я заметил, читала сразу несколько штук, заглядывая то в одну, то в другую. Мы перекинулись парой слов, и я завалился спать.

Наутро я первым делом метнулся к Дирку.

— Радуйся, — сказал он, — жучки я поставил. Особых сложностей не было, эти парни вечером пьянствовали, а ночью дрыхли без задних ног. Слушать будем кухню — там у них разговоры чаще всего, насколько могу судить. Можешь приступать.

— Спасибо, Дирк. А сам чем займёшься?

— Прямо сейчас буду отсыпаться. Дальше — побуду пару дней в городе, подожду от вас результатов. Вдруг всё-таки услышите что-нибудь интересное? Хотя сомневаюсь, честно говоря. И раз уж возникла пауза — так и быть, побалуюсь с кистью, сделаю тебе дверь, которую ты просил.

— Дверь в мой родной мир? Серьёзно?

— Попробую, если дашь мне чёткие ориентиры.

— Да без проблем вообще — почтовые ящики у меня в подъезде.

Дирк покачал головой:

— Не выйдет.

— А почему вдруг? Форточка получилась отлично — зимой девчонка-художница мне нарисовала. Я же говорил вроде.

— Ты не упоминал про подъезд. А проблема в том, что тренажёр или форточка могут вывести и в закрытые помещения, но для полноценной двери мне нужен пейзаж.

Я задумался.

Блочный дом, где я провёл детство? Двор? Я помню их, разумеется, но дать детальное описание для художника — это вряд ли. Подробностей слишком много. Та же проблема и с институтом, где я учился, и с остальными тамошними локациями…

Какой-нибудь открыточный вид вроде Красной площади? Но опять-таки — я мгновенно её узнаю, если увижу, но не могу описать её на словах с достаточной точностью или начертить с соблюдением всех пропорций…

Нужен другой пейзаж — максимально яркий и уникальный, но предельно простой. Чтобы даже я с примитивным чертёжным навыком смог сделать черновую заготовку для Дирка. Задачка та ещё…

— В общем, думай, — сказал Дирк. — И загляни в переулок, где подвал с серебрянкой. Сам я возле кампуса не хочу лишний раз светиться, да и незачем. Тебе проще.

Мы договорились встретиться позже, и я поехал на нашу шпионскую мини-базу, где меня дожидался Даррен.

Приёмник уже работал, но толку от него пока не было — бандиты с татуировками только-только проснулись после вчерашнего.

— Слышь, Груздь, — послышался из динамика молодой, но хрипловатый голос, — а пиво где, я чё-то не понял? Кончилось, что ли?

— Кофе пей, — флегматично ответил голос постарше.

— Сам его лакай. Чё за день такой…

Почесав в затылке, я констатировал:

— Да, очень содержательно. Чувствую, с этой слежкой ты тут намаешься.

— Ну, а как ты хотел, — пожал плечами экс-вахмистр. — Сыскное ремесло — скука смертная, если по-настоящему, а не в книжках. Езжай, займись чем-нибудь полезным, а я уж как-нибудь тут управлюсь.

Я поехал к себе.

По пути опять размышлял, какой пейзаж позволил бы мне вернуться в тот мир, где я родился, но ничего так и не придумал.

Прежде чем войти в кампус, я подошёл к подвалу с суперпигментом.

Спускаться к двери не стал, глянул с тротуара. «Иней» вновь начал нарастать на дверном замке, но пока его было совсем немного, и я решил подождать.

Вернувшись в общежитие, я спросил у Рунвейги, какие вопросы у неё появились. С общим раскладом она уже разобралась, но хотела узнать подробнее, чему учат в Академии и на каких условиях. Я ответил, и мы отправились в нотариальную контору, чтобы оформить клановые бумаги.

Бюрократия в данном случае, к счастью, сводилась к минимуму, поскольку процедура имела магический компонент. Ни паспорт с пропиской, ни какую-нибудь справку из ЖЭКа у Рунвейги не требовали — только полное имя.

Она расписалась возле печати, которая содержала краску-эффектор, я тоже поставил подпись. Очертания комнаты вокруг нас стали на несколько секунд болезненно чёткими. Проступили детали вплоть до пылинок, а краски выцвели.

Затем всё вернулось к норме. Рунвейга нацепила браслет, который я перед этим забрал из мастерской, и стекляшка на нём наполнилась лиловым мерцанием.

— Поздравляю, сударыня, — сказал пожилой нотариус, — статус зафиксирован. Удачи вам в клане Вереска.

Когда мы с ней вышли на залитую солнцем улицу, я сказал:

— Теперь можешь ездить по всему континенту с этим браслетом, никаких бумаг у тебя не спросят. Магия, да.

— Вячеслав, послушай… Если я в клане, то спрошу сразу — чем я могу помочь? В мой мир ты ходил за подслушивающей техникой, я в ней разбираюсь…

— Вся эта ерунда с жучками — не клановое дело, а моё личное. Не грузись.

— И всё же. Этот вопрос я заранее собиралась задать, когда сориентируюсь. Сейчас — самый подходящий момент.

— Я не для того тебя притащил, чтобы нагружать той самой работой, от которой тебя тошнит… Погоди, не