Ловцы душ - Павел Пуляев

В этот момент с другой стороны послышались тревожные крики, и на помощь бородочам уже спешило подкрепление.

— Влипли, — произнес Лернор, пытаясь прицелиться в одного из сдерживающих его подругу мужиков.

Расстояние было в несколько метров, но приставленный к боку Джулианы ствол автомата, был весомым аргументом, чтобы задуматься над тем, стоит ли самому нажимать на курок.

— Если нас сейчас окружат, то ничего хорошего из этого не выйдет, — мрачно заметил Куллер, выплевывая снег.

— Считай, что уже окружили, — вдали показались первые темные силуэты.

— Лерн! Уходите пока не поздно! — закричала девушка, но ее жертвенность никому не была нужна.

— Нет, Джули! Без тебя не пойдем! Да и некуда. — он осмотрелся по сторонам.

В то время как двое врагов отступали, волоча с собой девушку, подоспевшее разноформенное подкрепление уже почти окружило их плотным кольцом. Эти одетые, во что попало люди с разнообразным оружием наперевес, молча наблюдали за действиями обреченных на гибель друзей.

— Что теперь?

— Курить хочу, — ответил Куллер.

— Однако, вовремя…

— Думаешь, они пленных берут?

— Не знаю. Зависит от банды и финансового состояния твоих родителей.

— В смысле?

— А в том. Сможешь ли выкуп заплатить. — Лернор медленно положил автомат в сугроб.

— У тебя, что богатые родители? — с удивлением посмотрел на него Куллер.

— Нет. Но и тебе советую.

— На что ты надеешься?

— Не погибнуть здесь, и сейчас, — ответил парень. — Даже в плену всегда есть шанс сбежать.

Куллер недоверчиво посмотрел на своего друга, затем на уводимую все дальше и дальше Джулиану и последовал примеру Лернора, поднимая, свободные от оружия руки вверх.

К ним тут же подбежало двое бойцов местного невидимого фронта. Они связали им руки за спиной, быстро накинули на голову мешки и затянули каждому по петле на шею.

— Хорошо хоть в сознании оставили, — подумал вслух парень.

— А ты думал мы тебя, сучий потрох, на себе тащить будем? — раздался над ухом хриплый голос. — А будешь часто варежку открывать, вообще тут подыхать оставим.

Больше Лернор варежку решил не открывать.

Вели их довольно долго. Наверно не так долго, насколько могло показаться, неся мешок на голове. Не видя расстояний, единственное, на что можешь положиться, это количество сделанных тобой шагов. Но и тут парень давно сбился со счета.

Затем его посадили, как показалось, на снегоход и везли по дикому холоду столько времени, что промокшая форма успела затвердеть и стать жесткой как дерево.

Естественно, снимать его с насиженного места пришлось, почти отдирая от намокшего под ним, а затем еще и оледеневшего сидения снежного мотоцикла. Так примерзнуть к своему месту удавалось не каждому, что вызвало изрядное веселье у его конвоиров.

Резкий перепад температур говорил о том, что-либо они двинулись на север, либо в пути ин настигла очередная природная аномалия.

Сначала, в приступах озноба его кидало в дрожь, затем становилось жарко от повышенной температуры борющегося организма. Наконец, тело сдалось и стало безразлично игнорировать колющий и щиплящий со всех сторон мороз.

Во время второй пересадки, Лернору посчастливилось стукнуться лбом с Куллером. Тот, не поняв, кто его ударил, тут же разразившимся трехэтажным матом, за что без промедления получил порцию пинков от сопровождающих бандитов и до хрипоты затянутую на горле веревку. Но даже так, было как-то радостно осознавать, что его друг где-то поблизости и доставят их вероятно в одно и то же место.

Когда настал черед третьей пересадки, то их не без особых церемоний просто побросали в металлический кузов машины, где они катались в ногах у надзирателей, стукаясь обо все возможные острые углы уже не только головой.

По звуку двигателя и шуршанию хорошо смазанных гусениц, Лернор узнал в их новом транспорте легкий грузовой снегоход, часто используемый в его родном городе для транспортировки грузов по льду замерзшего моря.

Парень уже перестал гадать, куда их могли везти, смирившись с тем, что все узнает лишь по прибытию на место. Единственное, что его продолжало волновать, это судьба Джулианы и их брошенной на дороге машины с лабораторией.

На какой-то момент голову посетила предательская мысль, что все с самого начала было устроено девушкой, чтобы под видом невинной жертвы избавится от друзей самым нестандартным образом. Продолжая вести свою понятную лишь ей игру в одиночку.

В поддержку этой версии говорили многие факты. И выбор места и времени для перехвата колонны и ее отважное продвижение по лесу прямо в руки неизвестных воителей. Но главным оставалось то, что вся информация, добытая нечестным путем, оставалась в ее укромном убежище, о местонахождении которого теперь знала лишь она одна.

Лернора и его друга в очередной раз могли просто использовать.

Хоть эти невеселые мысли и посещали его замерзшую голову все чаще и чаще, парень отказывался принимать свою новую паранойю на веру.

В этом ему помогало полное не понимание мотивов девушки, так хорошо относится к нему с Куллером все это время.

«Зачем? Для чего ей это надо было? Для того, чтобы он стер ее из базы данных Центра? Может быть. Но зачем же тогда что-то рассказывать? В чем-то убеждать? Показывать и доказывать. Нервы свои тратить, в конце-то концов.»

Как-то все в очередной раз нескладно получалось…и это раздражало.

Машина остановилась, и их повели по каменистой, выложенной крупным булыжником дороге. По эху шагов и теням, становилось ясно, что они окружены зданиями.

Так они шли довольно долго, пока где-то сбоку не скрипнула тяжелая дверь и двух друзей при свете факелов, треск и запах которых Лернор не мог перепутать не с чем другим, стали подталкивать вниз по винтовой лестнице. Чем ниже они спускались, тем сильнее в нос бил запах сырости, плесени и гниющих морских водорослей.

Наконец, они оказались у основания лестницы, распугивая своими шагами, с писком разбежавшихся в разные стороны грызунов.

Очутившись по щиколотку в воде, Лернор принялся гадать, в какое же подземелье они могли попасть. В детстве ему приходилось лазать с друзьями по заброшенным катакомбам и поэтому атмосфера вокруг, как и запахи, казались ему до боли знакомыми.

Заскрежетал заржавевший замок. Заскрипела и лязгнула металлическая дверь. Из окружавшего его относительного света, его толкнули в кромешную тьму камеры. Веревку на затекших и замерзших руках тут же разрезали. Металлические звуки вновь повторились, но уже в обратном порядке. После чего удаляющиеся шаркающие шаги по воде оповестили об уходе конвоиров.

Друзья остались предоставленными самим себе.