Часть 1 - Дуров Викторович

– Да, – ответила Син. – Потому он быстрее и маневреннее.

– А что это за люди снаружи?..

– Ракетчики. Они ничего умнее не придумали, кроме как запускать ракеты с корабля вручную, но внутри корпуса это опасно… это вообще невозможно. Вот и посадили стрелков снаружи. А внутри у него есть еще ракеты. Полный груз.

– Откуда вы знаете?

– Через переднее окно видно, они даже не принайтованы.

Михаил не мог ничего разглядеть через переднее окно. Видимо, Син глазастее.

Диз принес дальний фонарь – мощный узконаправленный прожектор, его авиаторы использовали, чтобы общаться на семафорном языке – стал передавать световые сигналы преследователю. Михаил семафорного языка не знал, Ласи – тоже, потому Син и Мард переводили для пассажиров.

– Диз передал, кто мы такие, и спросил, кто они такие, – объяснял Мард. – У нас принято не так, у нас первым семафорит тот, кто с наветренной стороны… но они до сих пор не семафорили. Они отвечают!

Ярко-красные вспышки от сигнального фонаря преследователей было видно невооруженным глазом, если присматриваться. Мард не переводил.

– Что они передали?! – испуганно и нетерпеливо воскликнула Ласи.

Ответила Син:

– Они передали, что убьют нас.

– Спроси, за что, – скомандовала Иван Дизу, тот принялся сигналить.

Ласи тяжело задышала, сдавленно пролепетала:

– Они… могут это сделать?

– Если приблизятся и начнут выпускать ракеты одну за другой, то, я думаю, могут и попасть, – ответил Мард. – Ракет у них много. А они быстрее и маневреннее нас, догоняют… И мы не сможем их обмануть, как те лодки, что над их общиной, те лодки медленнее были… Если начнут стрелять, мы не сможем увернуться. Даже если сорвемся в пике, они зайдут на нас сверху и выпустят ракеты с упреждением по трем точкам… если они это могут.

При последних словах Михаил непроизвольно кивнул: чутье подсказывало, что враги это могут. А Иван в этот момент смотрела на Михаила, сделала выводы.

– Да не бойтесь вы, они даже приближаться к нам не рискнут, у нас же пулеметы, – успокоил Ласи Мард.

– Не отвечают, – констатировала через некоторое время Иван. Скомандовала Дизу:

– Спроси еще раз, за что нас хотят убить. И передай, что мы ни в чем… что мы не нанесли им никакого вреда.

В этот раз преследователь ответил сразу.

– Они передают, что мы не имеем права жить, – задумчиво перевел Мард.

– Мы уже можем их сбить, – неуверенно сказала Син.

Иван резко обернулась, отстранилась от пулемета, не сводя взгляда с Син. Мол, стреляй, если хватит духу. Син отвела глаза. А Михаилу чутье подсказало, что стрельба все же будет. Противное ощущение, надо сказать.

– Передай, что у нас есть пулеметы, и что мы можем сбить их уже сейчас, – распорядилась капитан.

– «Вы лжете», – с некоторым удивлением расшифровала Син ответ преследователей. – «Вы не стреляли по нашим лодкам».

– Но мы же стреляли! – возмутился Дит. – Михаил одного сбил!

– Тот мог не понять, что его подстрелили, – предположил Кон. – Подумал, что случайная неисправность.

– Передай, что мы взяли пулеметы в общине стальных джунглей, – командовала Иван. – И что они могут видеть в телескоп, пулеметы у нас.

Враг ответил: «Ложь. Никто не отдаст оружие чужой общине».

Диз просемафорил, что община стальных джунглей отдала оружие не просто так, а взамен на серьезные услуги. Ответ был язвительным: «Тогда почему вы до сих пор не стреляете?»

– Но они же видят пулеметы… – залепетала Ласи.

– Не верят, что настоящие, – жестко перебила Син.

Помнится, Виктор любил повторять, что приятно иметь дело с вдумчивыми людьми, потому что они сами себя обманут. Похоже, приятель ошибался. Обмануть то, они себя обманут, но от этого совсем не обязательно станет приятно иметь с ними дело.

Иван перешла к следующей стадии переговоров – угрозам:

– Передай, что если они собьют наш корабль, то наша община им отомстит. Передай, что наши корабли зальют всю их территорию мутными каплями.

Услышав про мутные капли, Диз пораженно уставился на капитана. Но все же передал.

– Они отвечают, что Мать Всего защитит их от оскорблений, – говорила Син, а у Иван тем временем выступили крупные капли пота на лице. Михаил впервые видел, чтобы капитанша так потела, значит – это у нее эмоциональный шок.

– Мать Всего, – произнесла Иван очень странным тоном.

Она медленно положила палец на рычажок панели управления пулеметом. Раздалась оглушительная короткая очередь, глухо зазвякали об палубу гильзы. По четыре из каждого пулемета, того навстречу врагу улетело три с половиной сотни пуль. За несколько секунд – долетят.

Михаил догадывался, чуял, что сейчас будет, и понимал, что лучше ему этого не видеть. Но все равно посмотрел в прицел. И увидел, как взорвался корабль поклонников Матери Всего: превратился в яркую вспышку, потом – в быстро остывающее огненное облачко. Потому что взорвались все ракеты сразу. Можно было ожидать ударной волны, по крайней мере – громкого звука, но дошел только легкий шелест.

Иван поднялась (перед «мародером» она стояла на одном колене), спотыкаясь, бросилась в туалет. И там, судя по звукам, ее рвало.

Диз подошел к двери туалета, хотел что-то спросить, но Иван, едва услышала первый звук вопроса, зло огрызнулась:

– Я занята!

Михаил и сам делал дыхательные упражнения, чтобы сдержать тошноту: когда корабль преследователей взорвался, среди посыпавшихся вниз обломков можно было разглядеть человеческое тело без головы и руки.

Остальные тоже не спешили праздновать избавление от опасности, наоборот, впали в угрюмость. Как-никак, Иван только что убила людей, которым еще жить и жить. Да еще и собратьев по профессии.

Ласи плакала. Судя по всему – от облегчения, она очень сильно испугалась и успела двести раз пожалеть, что решилась покинуть свою общину. Мир, в котором она живет, оказался гораздо сложнее и опаснее, чем до сих пор полагала. Бывает. Из-за этих своих слез Ласи вдруг стала Михаилу симпатичнее, потому что вела себя как нормальная слабая женщина, а то в последнее время сплошь какие-то бой-бабы попадаются: Гри, Иван, Син, Маян.

Иван наконец-то выбралась из туалета, рассказала, ни на кого не глядя:

– По законам поклонников Матери Всего, общинник не имеет права покидать территорию общины. Иногда они посылают своих людей за пределы своей общины с какими-то важными миссиями, как только общинник миссию выполнит, он обязан покончить с собой. Они были обречены, – и принялась отдавать приказы, которые касались управления кораблем.

Когда Михаил помогал Марду упаковывать «дармоеды», задал вопрос: