Путь к звездам - Раду Hор

— Как хорошо заметно вращение планеты! — воскликнул Чернат.:

Действительно, достаточно было несколько минут понаблюдать ее диск, чтобы отдать себе отчет в том, что Юпитер вращается вокруг своей оси. И полосы и пятна постепенно двигались с запада на восток, где они медленно исчезали из поля зрения наблюдателя.

— Это вполне естественно, — подтвердил Матей, — потому что, хотя экватор Юпитера в 11 раз длиннее, чем экватор Земли, планета совершает полный поворот вокруг своей оси менее чем за 10 часов. Это означает, что скорость ее вращения больше в 26 раз. Я могу вам сказать кое-что еще более интересное: Юпитер не вращается, как твердое тело. Его экваториальные области движутся быстрее, а полярные — медленнее.

— Да как это возможно? — спросил Динкэ, который подошел к группе исследователей. — Разве Юпитер — газообразная сфера?

— Нет, не газообразная, но он окружен очень плотной и высокой атмосферой, в которой плавают гигантские облака.

Мы видим пока только эту газовую оболочку, которая скрывает от нас настоящую внешность поверхности.

Кинокамера, связанная с телевизором, непрестанно регистрировала виды, передаваемые маленькой ракетой. И хотя у них оставалось лишь несколько тысяч метров пленки, они решили ничего не терять из зрелища, развертывавшегося перед ними.

— Знаете, что я замечаю? — сказал инженер Чернат спустя некоторое время. — Кроме наблюдаемого перемещения полос и пятен с запада на восток, перемещения, которое происходит от вращения планеты, видны и другие движения, из которых некоторые довольно быстрые, особенно в центральных зонах. Видите вот здесь, в центре экрана это кирпичное пятно посередине этой большой темной полосы. За последние часы оно расширилось и побледнело. Я помню, что десять часов тому назад, при предыдущем вращении, я видел целую серию пятен и полос, которых не вижу теперь. Зато появились другие.

— Правильно, — подтвердил Матей. — И это очень важное обстоятельство. Некоторые астрономы говорят, что такое беспрерывное движение газовых масс ни в коем случае не совместимо с идеей вечного холода, который, как это думали в прошлом, господствует на поверхности этой планеты, потому что холод означает неподвижность, окаменение.

Даже во время обсуждения этих вопросов глаза исследователей ни на минуту не покидали экрана телевизора. Чем ближе подходила радиоуправляемая ракета к Юпитеру, тем больше становилось на экране изображение планеты и тем яснее волнение окружающей ее атмосферы.

— Солнце ни в каком случае не может давать теплоту, необходимую для этого непрерывного волнения, — заметил Чернат. — Ты какого мнения, Матей?

— Да, так и есть. Это я, собственно, и хотел выяснить. Глядите!

Он повернул маленький рычаг, и Юпитер исчез с круглого экрана. Вместо него появилась часть космического небосвода, так как она была видна с той позиции, в которой теперь находилась радиоуправляемая ракета.

— Вот Солнце! — продолжал молодой астроном. — Его видимая поверхность в 25 раз меньше, чем на земном небе. И в этом нет ничего удивительного. Юпитер находится в пять раз дальше от Солнца, чем земной шар и получает гораздо меньше тепла и света, чем Земля.

— Тогда, откуда же происходит, по-твоему, энергия, приводящая в движение гигантские массы облаков Юпитера?

— Этого мы еще не знаем. Много веков тому назад ученые увидели на диске планеты красное пятно, в два раза больше диаметра Земли. Со временем это пятно побледнело, затем снова вернулось к прежней своей окраске, и эта странная игра повторялась с тех пор много раз.

Бутару повернул рычажок, и изображение Юпитера снова возникло на экране. На нижней части диска появилось маленькое, черное, круглое пятно. Это была тень, отбрасываемая на поверхность облаков одним из сателлитов большой планеты.

Маленькая радиоуправляемая ракета, находившаяся теперь на расстоянии 2 456 000 километров от большой планеты, давно миновала самых отдаленных ее сателлитов. С той точки, где она сейчас находилась, были ясно видны, подобные маленьким блестящим дискам, четыре ярких сателлита Марса: Ио, Европа, Ганимед и Каллисто. В отличие от других спутников Юпитера, сравнительно малых размеров, они были гораздо внушительнее и имели в диаметре от 3 000-5 000 километров.

Сияние Ганимеда слепило глаза, когда лучи Солнца падали на него, как это случилось теперь.

— Ганимед, — рассказывал Бутару, — называемый астрономами также «сателлит номер три», покрыт слоем замерзшей углекислоты, и этот слой искрится и сверкает, как снег. Поэтому-то он такой ослепительный.

Тень, отбрасываемая сателлитом, пробежала небольшое расстояние по диску Юпитера.

— Этот великан, — заметила Анна, — имеет большую «семью». У него 12 детей!

Незаметно шли часы за часами. Очарованные зрелищем, развертывавшимся перед ними, путешественники забыли об усталости. Аполодор Динкэ принес им поесть в исследовательскую, и они кое-что перекусили наспех, а затем продолжали наблюдения.

Ракета находилась теперь на сравнительно малом расстоянии от сателлита номер пятый, самого близкого к поверхности большой планеты. Этот сателлит обходит вокруг Юпитера всего за 11 часов 57 минут.

Вид его поверхности не был новостью для астронавтов: те же жесткие, угловатые контуры, та же неподвижность, которую они так часто встречали па небесных телах, лишенных атмосферической оболочки. Глядя с точки, в которой находился «сателит номер пять», Юпитер был виден, как огромный диск. Видимый его диаметр был в сто раз больше Луны, видимой с Земли, и светился всего в 6–7 раз слабее, чем Солнце.

Скоро сателлит исчез из поля зрения телевизора, уступив снова место диску Юпитера. Теперь этот диск был так велик, что экран не вмещал его полностью.

И чем ближе они на него смотрели, тем более захватывающее зрелище представляла из себя большая планета. Такое беспрестанное движение газообразных масс, такие быстрые изменения оттенков, переходы от желтого к кофейно-коричневому, от серого к ярко-красному, они наблюдали до сих пор только на Солнце. Горизонтальные полосы, темные, как и светлые, казавшиеся неподвижными, служили лишь фоном, на котором непрерывно развертывалась борьба форм и цветов.

— Скоро мы узнаем, что приводит в движение этот атмосферный океан, — сказал Матей Бутару. — Видите, вон то серое с голубоватыми рефлексами облако, которое с такой быстротой бежит через большую желтую полосу? Его ширина превышает радиус Земли!

Постепенно радиоуправление замедлило быстроту ракеты.

— Я так направлю ракету, чтобы она прошла сквозь атмосферу около этого белого, блестящего пятна, которое вырисовывается на коричневой полосе экватора, — продолжал молодой ученый.