Звезды без пощады - Александр Маслов

Тарас остановился, держа наготове своего «Стечкина». Емкий магазин, после мародерства Мякушева, снова был полон, и еще в кармане валялось с пяток патронов. Лугин чуть опередил бородача — не каждый же раз Черноволу первым голову выставлять — поднял обрез и выглянул из-за угла. Как выглянул, так и замер, едва не дернув спуск. В арке стояло шесть карем-кафравцев, одетых в черные с лиловыми вставками костюмы. Чуть дальше в полумраке огромный металлический конус, по которому будто плескался отраженный свет.

5

Так оно обычно бывает: сначала радости полные штаны, потом крутой облом. И руки-ноги вот-вот проберет мандраж. И спрашиваешь маму: «зачем ты меня родила?». Черновол, он умный. Что впереди дела хреновые, догадался сразу, но звука не подал. Другой бы с идиотскими вопросами попер или сам высунулся, а Тарас просто замер, весь во внимании и полной готовности. Черные глаза строгие, морщина сосредоточения от переносицы, и «Стечкин» как стальной придаток руки. Сергей тихонько выдохнул, словно с сожалением расставаясь со струйкой воздуха. Кафров шесть почти рядом… Шесть ли? Другой-то край зала он не видел. Впрочем, какая разница: шесть или тридцать шесть, если пары их достаточно, чтобы навсегда прервать нахальное шествие землян по кораблю. Мичман отступил на шаг. Самым сердечным желанием было: тихо-тихо и сейчас же назад и в дыру, проплавленную Мякушевым. Конечно, возле узкого лаза образовалось бы столпотворение, и кафры накрыли бы почти всех. Но кто успел, тот жопу спас. Все-таки одно странно… Чего инопланетники до сих пор торчали столбами? Неужели не слышали визга Мироновой, и бодрых матов Кирюхи с Ляховым. Ведь те на радостях орали, будто их глотки имели прямой выход на громкоговорители. Здесь Лугина тронуло маленькое подозрение, что те, шестеро, вовсе не кафравцы, а… Не маяча без толку обрезом, он опустил его и выглянул еще раз. Осторожно, не дыша, едва поймав в поле зрения первых двух черных чудовищ. И догадка начала находить подтверждение. Сергей позволил себе высунуться из-за угла наполовину. Ну точно: все шестеро стояли неподвижно в одинаковых позах как огромные безухие Микки Маусы в магазине игрушек. Не карем-кафравцы это, а их скафандры! Вот такая валерьянка для едва не перегоревших нервов. За мичманом, притомившись от неопределенности, завозился Черновол.

— Слышь, я десять шагов вперед. Если все нормально, за мной давай, — шепнул ему, не поворачиваясь, Лугин. И добавил: — Впереди типа скафандры — не дрейфь.

С противоположной стороны в ряд также застыли шесть черных с лиловыми вставками силуэтов. И дальше два раза по шесть. Маленькими шажкам Сергей дошел до первого из них. Ощущение было таким, словно в следующую секунду сработает тайная пусковая кнопка, и все завертится, закружится, кафры двинуться, размахивая здоровенными лапами, и ревя, точно как тот, которого ранил с калаша Кирюха. Но все оставалось в прежнем покое, таком глухом, будто злая усмешка чужого идола. Возможно, прежде чем сунуться сюда, стоило очень тихо осмотреть полки рядом с оформленным Мякушевым лазом, и выбрать какое-нибудь эффективное оружие вроде чудо-утюга, гладящего плазмой. Только чего теперь рассуждать? Когда ждешь опасность из-за угла, мозги работают лишь в одном направлении, и не сразу понимаешь, что случай подсовывает более разумные решения.

Сергей протянул руку и потрогал ближайший скафандр. Не из любопытства, а для самоуспокоения. Точно ли пустой, как доспехи рыцаря в музее? Вроде да. Черновол, появившийся в проходе, явно был ошеломлен. Нихрена себе натюрморт: мичман Лугин едва ли не за руку здоровается с братом по разуму. И с двух сторон словно почетный караул кафры, кафры.

А металлический конус, блестевший в мигающем оранжевом свете, оказался носом здоровенной конструкции, формой похожей на кита-касатку, однако морда подлине и вместо хвостового плавника цилиндры гроздью. И размеры побольше любого кита. Рядом стояла такая же штука. Что-то вроде самолетов или малых космических кораблей для орбитальных полетов. Теперь понятно к чему скафандры. Зал, целиком облицованный плиткой, тоже заканчивался «паутинкой»: здоровенная арка у дальней стены, затянута тонкими серебристыми волокнами, сплетавшимися морозным узором. Если она — тоже люк, то, скорее всего, отсюда выход прямиком в космос, и не дай бог милиционеру взбредет проплавить здесь лаз, в поисках Нововладимирска. Будет тогда всем не пещерный город, а сразу небесный рай.

— Типа никого, — заметил Черновол, обойдя металлическую «касатку». — Это, если я не дурак, у них ангар для транспортных средств местного значения. Интересные самолетики, — он похлопал одну из инопланетных машин по загнутому крылу и повернулся к машине, мигавшей оранжевыми огнями и издававшей тяжкие вздохи. — Вентиляция что ли какая? А может аварийка сработала, по факту нашего проникновения. По любому здесь долго задерживаться нельзя. Какие соображения, Сереж?

— Берем полезные вещи с полок, и валим, как пришли. Лучше в тот узкий туннель, — предложил Лугин, дойдя до хвоста космолета и убеждаясь, что огромный зал не имеет продолжения и проходов, откуда стоит опасаться кафров. — Там отсидимся, — продолжил он, — разберемся со шмотками. Обмозгуем, как дальше. Может, совершим сюда еще один налет. Но сначала в безопасное место и все семь раз обдумать.

— Оружие и всякие ерундовины — хорошо, — Тарас щелкнул предохранителем и убрал пистолет в кобуру, — но для нас главным вскакивает вопрос воды и жратвы. И если мы за сутки не выйдем к биотронам, то сам понимаешь: с этого навороченного оружия остается только застрелиться. Пить, меж прочим, очень хочется.

— Понимаю, — мичман провел языком по пересохшему небу. — Меня тянет застрелиться уже сейчас, — он невесело усмехнулся и глянул на Кирюху, высунувшегося из-за угла. — Я чего подумал: если здесь вроде ангара или шлюза такого с летающими машинами, скафандрами и комплектами всякой экипировки, то вполне среди прочего может иметься запас воды и какой-нибудь сухпаек.

— Ну даешь, — теперь оскалился Черновол, аж порозовел шрам над его губой. — А кафры, по-твоему, «Сервелат» с пельменями кушают? И пьют они мож не Кока-Колу, а нашу кровь.

— Не, у Лужка мысль правильная, — ухватился Мякушев, слышавший конец разговора, и, махнув рукой на скафандры, сообщил: — Напугали, бля! Предупреждать же надо, что куклы! А то я чуть пальбу не открыл.

— Ага мы для тебя табличку забыли привесить: «Кирюха не ссы!». Чего там говоришь, мысль? — Тарас вскарабкался на крыло «касатки» и придирчиво оглядел пузырчатые образования на корпусе. Кнопки люка, сенсоры какие?

— Мысль, что у этих козлов горбатых запас жратвы и питья здесь обязан быть. Вряд ли «Сервелат», но нам может подойти: растительность с их биотронов нам вполне по вкусу, — пояснил Кирилл, подошел ближе к Черноволу и слегка пнул кафравскую машину. — Доперли, что это за хрень? Это, ребята, сто пудовый космолет для полетов возле планет. Уж я вам здесь не вру. А раз так, и скафандры рядом, и оружие во всяком ассортименте, то как здесь не быть жратве?