Мне так хорошо здесь без тебя - Кортни Маум

Камилла с мрачным видом пнула туфлю.

– Ну давай, милая. Улыбнись маме, ладно? Расскажешь ей про зоопарк? И про лошадок?

Камилла дернула плечом и снизошла:

– Ладно…

Я помог ей слезть с кровати – ее все еще пошатывало после сна. Заправил покрывало и взбил подушки, чтобы не видеть вмятину от ее тела, когда вернусь сюда один. Этого я просто не вынес бы.

– Идем, солнышко. – Я взял ее за руку. – Спускайся аккуратно. Курточку взяла?

– Она там, у двери.

– Ну хорошо. Пошли. Вниз по кроличьей норе!

И мы стали спускаться. Я следил, чтобы Камилла не промахнулась мимо ступеньки. Когда Анна впервые увидела эту лестницу, ее чуть удар не хватил. Она тут же представила все ужасы, которые могут произойти на этом архитектурном недоразумении. Спустившись сам, я подхватил Камиллу на руки и поставил перед Анной.

Анна быстро захлопнула ноутбук и вытерла глаза.

– Привет, Кам-кам! – воскликнула она, обнимая нашу девочку.

Смотреть на них обеих сразу было невыносимо.

– Ничего не забыла? Точно? – спрашивала Анна, нервно приглаживая волосы.

У нее размазалась тушь под правым глазом. Она посмотрела на меня и кивнула на ноутбук:

– Это очень здорово. Очень, очень сильно. Правда.

И не дав мне ответить, она схватила куртку Камиллы, висящую у «Синего медведя».

– Как тебе спалось, хорошо? – щебетала она, помогая дочке одеться. – Ты отдохнула?

Потом она поцеловала меня в обе щеки, прижимаясь губами чуть сильнее обычного.

– Очень сильно, – повторила она.

Я только кивнул. Ответить я не мог, потому что перехватило горло.

– Все, милая, поцелуй папу, и нам пора.

Камилла так и сделала. Анна бросила еще один взгляд на «Медведя». Она как будто хотела что-то сказать, но все-таки промолчала. Открыла Камилле дверь и вышла следом за ней.

Звукоизоляция в доме была ни к черту, я слышал каждый их шаг. Маленькие ножки и ножки побольше топали каблучками по деревянному полу коридора, по шаткой и скользкой лестнице, в которой Анна тоже видела потенциальную опасность.

Я дождался, пока шаги стихнут. Открыл ноутбук. Перемотал запись на полминуты назад. Я знал, что именно там увидела Анна, но решил удостовериться.

«Милый, я же хотела с Камиллой поговорить!» Мама смотрит в камеру. «Господи, опять ты со своей штукой?» «Это была не Камилла. И да, я опять со штукой». Папин голос: «Зачем снимать, как мы телик смотрим? Кому это интересно?» «Прошу ответить на вопрос. Как сделать так, чтобы любовь не угасла?» Фокус на папино лицо с лучиками морщин вокруг глаз. «Милый, у тебя что-то случилось?» Мама берет пульт. Наплыв на ее встревоженное лицо, затем на папино. Папа опускает глаза. «Нет». «Милый, что с тобой?» Моя дорогая мама подходит и садится рядом. Камера дергается. На экране мамино лицо, ее рука, убирающая в сторону диванную подушку. «Может, все-таки выключишь камеру?» И мой сдавленный голос: «Как мне быть? Что я наделал…» Наклоненная камера снимает мерцающий телеэкран. Девица в рекламе туалетной бумаги демонстрирует прочность каждого слоя. Запись обрывается.

Я сидел, тупо уставясь в экран, в шоке от того, что Анна это видела. Видела, как я теряю лицо, как мямлю, ползу к родителям за утешением. Больно было чувствовать, насколько мне их всех сейчас не хватает – моих родителей, дочери, жены. И насколько тогда мне стало легче, когда мама просто гладила меня по спине.

За дверью послышались шаги. С замиранием сердца я различил в них две пары ног.

Шуршание в коридоре. Стук.

Я распахнул дверь. На пороге, держа Камиллу за руку, стояла Анна.

– Извини, – сказала она. – Можно войти?

– Забыли что-то? – ляпнул я и осекся. – Конечно!

– Камилла, солнышко, постой здесь. Я на минутку.

Анна нажала на кнопку, включающую свет в коридоре. Освещение в этом доме было с таймером, примерно через минуту лампы выключались сами.

– Мы что, одну ее там бросим? – прошептал я.

– Щелку оставь, – отрезала Анна и утащила меня за дверь, к «Медведю». – Я на минутку, милая!

Она посмотрела на меня, и выражение ее лица было решительным.

– Ричард, мне надо с тобой поговорить. Про те свидания.

Я прикрыл глаза.

– Нет. Не надо. Я больше не могу.

– Нет, слушай… Я несколько раз ходила. Приглашала няню Камилле, все как положено. И я… – Она нервно обернулась и крикнула: – У тебя там все нормально, зайчонок?

– Нет! – ответила Камилла.

– В общем, я пыталась, – продолжила Анна быстрым шепотом. – Честно пыталась. Но надо заново выкладывать все эти истории, все объяснять, нельзя просто сказать одно слово – и все понятно. И так легко было его в себя влюбить… Так легко, и мне от этого стало так грустно.

– Ты меня слышишь? Я не могу! – прошептал я, чувствуя, как подкашиваются ноги. – Не здесь! Не сейчас!

Она обхватила мое лицо ладонями:

– Ричард, я хочу, чтобы ты вернулся.

– Ма-ам! – завопила наша дочь. – Лампочка погасла! Я боюсь!

Анна выглянула в коридор и ударила по выключателю.

– Просунь руку в дверь. Я буду держать тебя за руку. Но заткни уши. Ухо. Хоть одно. Маме с папой надо поговорить.

– Господи… – прошептал я.

Камилла послушалась. И даже принялась напевать, чтобы уж точно ничего не слышать.

– Я знаю, будет сложно, – сказала Анна. – Но я готова попытаться. Я хочу, чтобы ты вернулся.

У меня предательски задрожал подбородок.

– Ты серьезно? Скажи, что серьезно!

– Серьезно. Но я не намерена быть у тебя на вторых ролях.

Я ничего не мог с собой поделать, из глаз брызнули слезы.

– Никогда такого не будет! – выпалил я сдавленно.

– Не знаю, что из этого выйдет, – сказала Анна, глядя на ручку Камиллы. – Но мне тебя не хватает. Я скучаю по нашей прежней жизни.

– Мама, свет погас!!!

– Да чтоб вас!.. – прошипела Анна. – Секунду, милая! – Свободной рукой она отбросила с лица растрепавшиеся волосы. – Короче, возвращайся. Прямо сейчас.

– Сейчас?! А ей что скажем?!

– Не знаю. Не знаю я.

– Ма-ам!!!

– Господи, Кам-кам, да нажми ты на кнопку! Сейчас мы все вместе поедем домой.

– Не хочу я ничего нажимать!

– Je te jure, Camille, si tu ne…[29]

Я вылетел в коридор и нажал на кнопку, обещая малышке, что мы выйдем через минуту. А потом Анна втянула меня внутрь, захлопнула дверь и поцеловала в губы со всей страстью.

– Обратной дороги не будет, – прошептала она, обдав меня горячим дыханием. – Вперед – значит, вперед.

– Камиллу из-за сегодняшнего эпизода придется отправлять к психотерапевту, – заметил я, целуя ее в лоб и в уголок рта.

– Я уже ее вожу, – ответила Анна и закрыла мне рот поцелуем. – Обсудим еще. Время будет.

Глава 23

Владелец квартиры искренне обрадовался сообщению, что я съезжаю. Он передумал сдавать ее и решил пожить в ней сам, когда вернется из круиза. «Когда один, много места не надо, – сказал он мне по телефону. – А ванная, подумать только! Кусок мыла, зубная паста – и все! Я как будто снова холостяк!»