Лес. 23:57 - Дарья Коломичева

Оставив, наконец, телефон в покое, Лирой постарался как можно быстрее успокоиться. Он чувствовал себя маленькой девочкой, наивно влюбившейся в школьного хулигана и теперь страдающей от этой любви. Ему были невероятно отвратительны такие чувства, но ничего не поделаешь. Люди редко меняются, как бы сильно им этого не хотелось. Дождавшись, пока пройдет дрожь в коленях и отпустит жар, Лирой принял душ, чтобы полностью прийти в себя. Прохладная вода помогла смыть всю тягость прожитого дня и психологическое напряжение. Затем, чтобы окончательно отвлечься и забыться сном, он лег в кровать и включил телевизор. По одному из каналов шла какая-то старая комедия. Выставив таймер сна на шестьдесят минут, Лорри закутался в одеяло и начал медленно засыпать под лёгкую, ненавязчивую болтовню телевизора.

Целиком насладиться сладостью сна Лирою так и не удалось. Он часто вскакивал от неожиданно пойманной мысли или же пробуждался от неприятных ощущений и предчувствий. Ему было неспокойно и от чего-то немного не по себе. В итоге вся ночь прошла в какой-то нервозности и тщетных попытках впасть в крепкий сон.

Очнувшись от состояния полудрёмы раз, наверное, в десятый, Лирой обнаружил, что на часах уже шесть утра и смысла пытаться засунуть уже нет. Какое-то время он провалялся в кровати, пролистывая страничку юмора на планшете, потом неожиданно для себя вдруг осознал, что до Нового Года остался всего один день, и ему не помешало бы купить подарки своим друзьям. Эта мысль заставила его взбодрится и встать с кровати. Он умылся, пожарил себе яичницу и сделал пару тостов. Потом поел и запил всё это большущей чашкой растворимого кофе с молоком. Ни одно утро Лироя не обходилось без такой чашки. Она была неким символом начала нового дня. Завершив свой завтрак, он оделся, взял кошелек и поехал в центр, на улицу Роуз, где находились все крупные магазины. Собственно, это была не просто улица, плотно застроенная различными бутиками и гипермаркетами, здесь было место сосредоточения всей торговой индустрии города. Маленькие частные магазинчики соседствовали с настоящими акулами бизнеса и мировыми известными брендами. А в самом сердце находился огромный палаточный рынок, на который местные фермеры свозили свой товар. Трудно поверить, но глобальная индустриальная эволюция и технический прогресс не извели фермерское дело, как это предвещали СМИ, а наоборот, сделали его более интересным для молодежи и привлекательным для малых социальных групп. Появилась новая техника, синтезированные удобрения, которые ускоряли рост овощей, при этом отпугивали насекомых-вредителей и были абсолютно безвредны. Поколению, родившемуся и выросшему в эпоху компьютеров, было необычайно интересно работать с природой, особенно используя так называемые «умные» программы и роботов. Способствовало развитию агрокультуры и то, что всё большей популярностью пользовались компьютерные игры-симуляторы фермерского хозяйства, стартовавшие ещё в начале века и твердо державшие позиции вплоть до конца 30-х годов. А с появлением радиоуправляемых роботов-помощников, занятие по уходу и сбору урожая стало не просто полезным, но ещё и необычайно интересным и увлекательным делом.

Расхаживая среди всего этого празднества общества потребления, обернутого в новогоднюю мишуру, Лирой думал только об одном: о предстоящей встрече с Лиллиан. Его мысли были полны беспокойства и сомнения, ему было страшно. Он боялся больше всего на свете испортить то, что уже есть, разрушить их дружбу. Но если и дальше молчать о чувствах, они могут остаться тайной на веки. Ведь завтра не существует. Человеку дано только одно время, это время – сейчас. Все события случаются только «сейчас», позже превращаясь во вчерашние и так далее. История пишется сейчас, когда-нибудь потом превращаясь в книгу. Это циклы времени, четвёртого измерения, самого запутанного, сложного и до сих пор до конца не познанного. Поэтому нужно жить настоящим. Поэтому Лирой сомневался…

Он метался от одного магазина к другому, от прилавка к ларьку, от палатки к полке. Терзаемый романтическими размышлениями, пытался найти подарки друзьям. Ничего подходящего. Ему хотелось подарить что-то особенное, что-то соответствующее ему самому и одновременно подходящее индивидуально каждому. Но даже среди всего бесконечного разнообразия товаров, представленных на улице Роуз, такого предмета не было. Проведя в бесполезных скитаниях несколько часов, Лирой, уставший и немного потерянный, забрел в маленькую кофейню, чтобы немного отдохнуть и привести в порядок мысли. Он заказал средний капучино и, пока ждал заказа, стал разглядывать интерьер. На стенах висели страницы газет разных времен и эпох. Единым полотном они представляли собой историю кофе. Каждая статья, фотография, заголовок и даже рекламные вырезки – всё было посвящено этому бодрящему напитку.

Официантка принесла капучино. Сверху, на пенке была небрежно нарисованная снежинка. Лирой улыбнулся и сделал глоток. «Весьма недурно», – подумал он, и в этот момент ему в голову пришла мысль – идея подарка. Простого на первый взгляд, но очень оригинального и трогательного. Он решил подарить друзьям обрамленную в стеклянную рамку газету. И эта газета у каждого будет особенная – выпушенная в день появления на свет своего будущего хозяина. Эта идея так воодушевила Лироя, что он поспешил допить свой капучино, положил на блюдце деньги за него и направился в библиотеку, чтобы воплотить свой план в жизнь.

На часах был полдень, до встречи с Лиллиан оставалось всего четыре часа, но Лирой был уверен, что всё успеет. Ну или, по крайней мере, попытается. Он добрался до ближайшей библиотеки, с треском ворвался в зал, перепугав почти весь персонал, и подбежал к одной из сотрудниц, печатающей что-то на компьютере. Отдышавшись немного, он спросил:

– Извините, с кем я могу поговорить о выдаче периодики?

– Ну, со мной, допустим, можете, – сухо ответила женщина средних лет, не отрывая взгляд от монитора.

– Мне нужны газеты за определенные даты, примерно двадцати пяти-тридцати летней давности. И я бы хотел их выкупить, это возможно?

Женщина подняла глаза и укоризненно взглянула на Лироя сквозь линзы своих очков.

– Молодой человек, здесь вам не антикварный магазин, мы ничего не продаём, – сказала она и продолжила печатать, делая вид, что не замечает взволнованного и запыхавшегося парня прямо перед собой.

– Возможно, что-то всё-таки можно сделать? Я готов заплатить любую сумму, – продолжил Лирой, доставая кошелек, чтобы продемонстрировать, что скупиться он вовсе не собирается.

На его неловкий жест пожилая дама только покачала головой и разочарованно вздохнула.

– Так вы ничего не добьётесь, – послышался приятный молодой женский голос.

Лирой повернулся и увидел темноволосую девушку в сером платье до колен, у неё в руках была стопка книг, планшет и какие-то папки с документами. Поправив рукой случайно засучившийся рукав, она продолжила:

– Я Лиза, прохожу здесь стажировку. Подкупая библиотекарей, вы ничего не добьётесь, разве что вызовите отвращение к себе и всеобщий игнор.

Девушка стеснительно улыбнулась и протянула руку Лирой. Тот пожал её и тоже представился:

– Очень приятно. Лирой. Так что же мне делать?

– Для начала давайте отойдем и не будем мешать мисс Вебер выполнять её работу, – произнеся это, девушка проводила Лироя в читальный зал, усадила за стол, сама присела напротив и спросила:

– Так зачем вам газеты?

– Понимаете, я хочу их подарить. То есть сделать из них подарок. Попробую объяснить: завтра Новый Год, и я планирую встретить его с друзьями. И мне показалось, что, если бы они получили в подарок газеты, выпущенные в дни их рождения, им было бы приятно. Это уникальный подарок, который символизирует, что каждый из них индивидуален и необычен, и очень важен для меня. Кроме того, прочитав статьи из газет, они бы узнали какое мировое событие происходило в день начала их жизней. По-моему, это очень интересно. Ну мне, по крайней мере, было бы интересно.

– Какая необычная идея… Да, подарок получился бы замечательный. И, действительно, памятный и уникальный… Но, к сожалению, хранящиеся у нас экземпляры принадлежат городскому архиву, и вы не сможете забрать их себе.

– Но что-то же можно придумать? Пожалуйста, помогите мне! Вы моя последняя надежда! – отчаянно просил Лирой. Ему казалось, что этот жест, эти газеты – не просто подарок, а некий символ чего-то очень-очень значительного, что именно сейчас он обязан найти и подарить их. Что важность этих старых клочков бумаги настолько велика, как если бы от них зависела судьба человечества. Лирой часто любил преувеличивать и надумывать нелепые взаимосвязи у себя в голове. Он был полон надежды и отчаяния. Он смотрел на Лизу щенячьими глазами, выражающими мольбу и вызывающими огромное сочувствие.