Талискер (Последний человек из клана - 1) - Лау Миллер

- Тайнэ?..

Медведь лизнул его, затем поднял и обхватил теплыми меховыми лапами, даря жизнь. Талискер не почувствовал ни капли страха; он устроился поуютнее, вздохнул и уснул.

Ему снились сны большого медведя, походившие на песню в ритме биения сердца.

Ашка бежит по зеленой траве - Ашка бурая, Ашка самая громкая и высокая. Исполнительница песен. Мать многих детей. Скоро уйдет. Талискер молча бежал по зеленой траве рядом, слыша дыхание Ашки, смеялся, как ребенок, сердце колотилось в такт песни. Бег через воду. Ашка, пожиратель полночных рыб. Ашка танцует. Тайнэ танцует. Касается меня. Осторожнее. Безумная радость. Плеск серебра, словно фейерверк во тьме леса. Ашка танцует и кружится в воде, и Талискер следует за ней, крича от счастья.

Тайнэ молча бежит через лес. Ашка быстрее. Там юноша. Оуэн. Ашка печальна. Юноша чувствует печаль огромного зверя. Остаться позади, исчезнуть в темноте. Слушай мое рычание. Запомни, как оно отдается эхом. Знай мой призрачный танец на снегу. В глуши. Холодно. Тайнэ любит. Тайнэ спит. Ашка спит.

Последние слова резанули по сердцу, и Талискер закричал, зовя ее, зарываясь пальцами в густой коричневый мех. Биение сердца спящего медведя стихало и стихало.

Слушай мое рычание. Запомни, как оно отдается эхом.

- Нет! О нет!

Талискер проснулся от горестного вопля. Несколько секунд он не мог понять, что происходит, - ему все еще виделся призрачный медведь, грациозно танцующий в снегу. Потом он обернулся, и все стало ясно. Ясно как день.

Малки стоял на коленях у лежащего на земле тела и плакал, как ребенок. Талискер хотел подняться, но ноги не слушались, поэтому он пополз туда, откуда было хорошо видно.

Тайнэ вернулась к ним, обеспокоенная переменой погоды. Бежала целый день в обличье Ашки и нашла их ночью, почти замерзших. Она отдала людям тепло своего тела и погибла, не оставив себе ни капли. Спасла их жизни и умерла. Кроме того, Тайнэ отыскала душу Талискера в пустоте и привела ее куда следовало. Так что она спасла его дважды.

Дункан смотрел на хрупкое тело девушки, вспоминая голос Ашки. Холодно. Тайнэ любит. Тайнэ спит. Ашка спит. Она и в самом деле выглядела так, словно только уснула. Талискер вздохнул, чтобы перестало щемить в груди. Ему было стыдно - он чувствовал, что недостоин такого самопожертвования.

- Ты прав, Малки, - дрожащим голосом выговорил Дункан. - Она была особенная.

Они не могли зарыть ее - земля совсем промерзла, - поэтому воздвигли каменный курган, тело положили сверху и прикрыли плащом.

- Подожди. - Малки снял серьгу посланника и надел ей на палец. Может, то был ее брат. Теперь у нее есть хоть что-нибудь, принадлежащее народу сидов.

- Мне бы тоже хотелось сделать ей подарок. - Талискер посмотрел, что же зажато у него в правой руке. В утреннем свете слабо блеснул святой Христофор. Дункан намотал цепочку на холодную руку Тайнэ. - По-моему, я поступаю правильно. Она и Шула... они обе были особенными.

На вершину кургана положили несколько больших камней, опиравшихся на маленькие по бокам: ни один из них не мог и помыслить о том, чтобы придавить мертвое тело. Наконец, закончив, друзья постояли в тишине, наслаждаясь теплым прикосновением лучей солнца. Над пустошью дул ветерок.

- Она верила в нас, Малки. Ради ее памяти мы должны добраться до Мирранон. Она умерла за то, что считала правильным и святым делом.

Им понадобилось еще полтора дня, чтобы добраться до долины, где, по словам Тайнэ, жила Мирранон. За перевалом местность изменилась. Острые камни и крутые обрывы уступили место траве и пологим склонам. Под сенью горной гряды было еще тепло, и на лугах пестрели цветочки. Путники немного передохнули.

- Что теперь? - вслух спросил Малки. - Нас не встречают.

Талискер промолчал. Он наслаждался - зелень долины действовала на его усталую душу как целебный бальзам.

- Смотри! - воскликнул Малки. К облакам поднимался темный столб дыма. Дункан не мог понять, откуда тот исходит: на пути располагалась рощица.

- Пожалуй, нам стоит поспешить, Малки. - Он встал, чувствуя внезапное беспокойство. - Идем. Если там Мирранон, то, боюсь, нас опередили.

Добравшись до огня, они никого не увидели. Рощица на поверку оказалась лесом вокруг целой группы дымящихся зданий. Сгорели даже некоторые деревья. Пахло углем и дымом.

Малки изумленно присвистнул.

- Да, я ждал не такого.

- Я тоже.

Некоторые стены устояли, и вокруг окон виднелись серебряные узоры. В самом большом, должно быть, принадлежавшем Мирранон, доме были медные двери с выгравированным на них изображением орла в полете. Почему-то эта картина так привлекала взгляд, так напоминала о свободе, что Талискер протянул руку и коснулся ее.

- Дункан, сюда. - Малки показал на тварь, заваленную обрушившейся стеной. - Это кораннид, как ты думаешь?

Пахла тварь и в самом деле как кораннид, но была гораздо крупнее. Малки потыкал ее мечом.

- Надеюсь, мертва, потому что, если эта зверюга решит встать, у нас будут неприятности.

Они разобрали часть завала, чтобы рассмотреть поверженное существо, хотя самую здоровую балку по молчаливому уговору трогать не стали. Тварь походила на сложившую крылья летучую мышь, однако ее черное лицо имело человеческие черты, пожалуй, женские, хоть на голове не было ни волоска. Один глаз выбила падающая балка; другой - ярко-желтый, полный злобы - даже сейчас смотрел на путников. Малки отодвинул крыло кончиком меча. Тело оказалось бесполым и тощим.

- Там еще, смотри!

Тварей оказалось четыре, и последняя пугала больше всего. На ее крыльях виднелись большие пятна крови, к левому когтю присохли белые перья. Рядом на земле валялось еще несколько перьев.

- Мы опоздали, Дункан. Должно быть, они ее убили.

Талискера охватили усталость и отчаяние. Смерть Мирранон означала потерю надежды на возвращение в Эдинбург, ведь камень Деме если не иссяк, то вот-вот иссякнет. Значит, он останется здесь. Бывший заключенный был вовсе не против - на Земле ему светит только новый срок, это Чаплину есть куда возвращаться. Кроме того, в Эдинбурге его никто не ждет. Шула любила его когда-то, но она мертва. Ему представилась Уна с рыжими, сияющими на солнце волосами и лучистыми зелеными глазами...

- Гляди, Дункан.

Возле медных дверей сидел заяц, не сводя глаз с двух людей. Он был размером с собаку и казался странно знакомым. Талискер пошел к нему. Тот не двинулся с места, только склонил голову набок.

- Осторожнее, Дункан, - проговорил Малки, кладя ладонь на рукоять. Может, он заколдован и хочет заманить тебя в ловушку.

Талискер махнул рукой, прося горца оставаться на месте, потом подошел к двери и посмотрел ушастому зверьку в глаза.