Нф-100: Долгая осень - Михаил Фиреон

Вертура, Элет, Ларге и полковник Карнет намотали на лица шарфы и молча вошли в дом. В аккуратной, свежевыбеленной парадной стоял так не вяжущийся с общей чистотой богатого дома ни на что не похожая, но при этом, казалось бы, сочетающая все самые омерзительные запахи в мире, вонь.

-Сэр Турмадин - вращая на пальце четки, наигранно бросил оставшемуся на крыльце рыцарю Ларге - вы никогда не задумывались, в каких единицах меряют запахи?

-Идите, идите! - замахал на него руками тот.

-В Шмонах - доходчиво объяснил за друга Вертура - единица вони в одну секунду на килограмм... Что это?

Услышав подозрительный звук, детектив подошел к двери каптерки и приоткрыл ее. Блеснули выпученные в ужасе зеленые глаза. Из темной комнаты консьержа с брезгливым мяуканьем вырвалась взъерошенная рыжая кошка и, изогнув спину, бросилась к парадным дверям, прочь на улицу. Агенты начали подниматься по лестнице. На втором этаже все также темнела приоткрытая дверь разоренной квартиры профессора Грапса.

-Это началось ночью? - заглядывая в темный коридор, спросил Вертура.

-Да - кивнул полковник - профессор пьет капли от бессонницы, ничего не слышит. Когда он проснулся, Дак, слуга, уже пережевал половину библиотеки. Профессор выстрелил, тот убежал.

Элет мрачно усмехнулся и кивнул.

-Книжек перечитался.

Со ступенек третьего этажа капала отвратительная черная жижа. Все осторожно взялись за перила и заглянули в лестничный пролет.

-Может сразу сожжем дом? - задорным шепотом, предложил Ларге.

-Глупые предложения это к Вертуре - мрачно бросил ему Элет.

Он потрогал сапогом жижу.

-Навоз, как навоз - сообщил он - не забудьте помыть сапоги!

Агенты начали аккуратно подниматься по лестнице вверх.

Из-под плохо прикрытой двери квартиры номер семнадцать на третьем этаже ручейком вытекал поток экскрементов. Аккуратно, стараясь не вляпаться в испражнения генерала полиции, агенты поднялись к дверям. Первым Ларге наперевес со своей новой палкой. За ним Элет со щитом и секирой следом полковник Карнет и Вертура.

-В вашей жизни когда-нибудь было еще больше дерьма? - весело поинтересовался наемник у детектива.

-Было - вспоминая темные своды старой канализации и подземную мельницу Дэ, мрачно ответил тот.

-У меня тоже - доверительно сообщил младший агент - в коровнике на свиноферме, прямо по уши, хоть стой хоть падай, хоть головой ныряй!

Даже здесь, на лестнице стоял невыносимый смрад. Не спасали уже и намотанные на лица, пропитанные духами из флакончика Элета, шарфы.

-Жженый каучук - принюхиваясь как бульдог к куче на газоне, громко кричал с нижний площадки в пролет Турмадин.

-Нет - держась обеими руками за перила, отвечала Гирке - аммиак, формалин и эбонит. Чувствуете привкус серы?

-Я уже ничего не чувствую - брезгливо морщился оставшийся на площадке Элет - откройте окна.

Агенты вошли в квартиру так толком и не успевшего побывать главным полицмейстером Мильды генерала Барнау.

-Ничего так разгромчик - потрогал палкой потемневшие, словно напитавшиеся черно-коричневыми экскрементами стены Ларге. Жирно чавкая отвратительной, залившей лакированный паркет жижей, младший агент безошибочно определил дверь спальни генерала, раздвинул оказавшиеся не по зубам даже прожорливому полицейскому бисерные бусы полога перед дверью и заглянул в комнату - не хотел бы я также! - глумливо бросил он через плечо - а впрочем, какая разница? Мне уже будет все равно.

И зашел в комнату.

-Он что плескался тут что - ли? - возмутился все-таки зашедший в квартиру Элет.

-Да. Памятник вандализму - глядя на изляпанный черно-коричневыми подтеками портрет генерала в парадной мантии с регалиями в полный рост, мрачно кивнул Вертура. Один за другим агенты вошли в комнату и уставились на огромную генеральскую кровать, где на изгаженных зловонных останках простыней и перин развалился не в меру раздавшийся, весь вымазанный в собственных испражнениях генерал. Его голова была раскроена метким ударом меча, а живот вспорот. В черных, отливающих маслянистой жижей внутренностях копошились отвратительные коричнево-черные черви. Ларге протянул палку и потыкал толстую ногу генерала. Под бледной, посиневшей, кожей было заметно шевеление. Отвратительные личинки копошились в мертвом теле.

Чиркнула спичка, Элет закурил.

-Лучше откройте окно - посоветовал ему Турмадин.

-Значит, вы ударили его в голову? - уточнил Вертура.

-В голову - кивнул полковник - потом в живот.

-Кукла - потрогал острием палки туго сплетенные жилы выпавших из разбитого черепа узловатых черных канатов Ларге - видел я одного такого. После выстрела из фальконета.

-Лила - обратился к вошедшей в комнату Гирке детектив - соберите эти останки и отвезите все в контору.

Он отошел к книжным полкам, и хотел было протянуть руку к опрокинутым опустошенным флакончикам и остаткам книг, но побрезговал и вышел из комнаты.

-А где служанка? - спрашивал у полковника Элет - что это за груда тряпья? Генерал любил женские шмотки? Хой, ну и гадость.

-По правде сказать, я их боюсь! - присаживаясь на корточки перед постелью, подхватила пинцетом и вытянула из ребер генерала еще живого, извивающегося червя Гирке - не покойников, пиявок!

Весело объяснила она раздвигающему мечем тяжелые зловонные ошметки портьер и открывающему окна Турмадину.

-Так гадко извиваются! И блестят. Вы смотрели на них под микроскопом? У них круглые пасти с зубами. У вас часто ходят ожившие мертвецы?

-Не каждый день - строго ответил рыцарь и тоже достал трубку.

На лестнице, на полпролета ниже, у распахнутого настежь окна, Вертуру ожидал сержант Юлет. Смотрел в окна дома напротив, с загадочно-многозначительным видом курил свою трубку.

-Сэр Вайриго просил передать вам, что Белый Бриг стоит на рейде слишком близко к Замку.

-И что? - не сразу догадался, что от него хотят детектив.

-Он слишком занят, чтобы лично заниматься этим делом - пространно пояснил сержант.

-Проломите ему борт своей булавой, пусть потонет - мрачно предложил детектив.

-Там могут оказаться невинные христиане - криво усмехнулся сержант.

Детектив пожал плечами, спустился на первый этаж, сказал профессору Грапсу, что все в порядке и вышел под дождь.

За окнами снова стоял серый пасмурный день. По распоряжению лорда Динмара явился мастер Пуляй. Взгромоздившись на неуклюжий, густо дымящий паровой велосипед с гудком, он на всех парах лихо въехал в ворота комендатуры, чем весьма возмутил дежурного.

-На велосипеде нельзя! - замахал руками постовой.

-А на каком основании, милейший? - с ехидным напором поинтересовался из седла контрабандист, чем окончательно вывел из себя полицейского. Но спорить было бесполезно. Мастер оружейник тайной полиции подкатил к коновязям, бросил велосипед под навесом, пересек двор и поднялся на крыльцо.