Опeрaтoр Б - Эдвaрд Ли

- Я тоже не мог заниматься математикой, Пит, - говорил Венц. - Я ненавидел это - алгебру, тригонометрию, геометрию. Но я закрыл все свои хвосты, я смог, я это сделал. Тебе нужно поднять эти оценки по математике - с тройкой дальше не пройдёшь. Ведь ты хочешь попасть в хороший...

- Я вышел в финал, папа, - сказал ему Пит. - У меня девяносто девять баллов.

Венц опешил.

- Ты шутишь? Девяносто девять? Чёрт, я ни разу в жизни не получил девяносто девять на тесте по алгебре!

- Да, так что я получу четвёрку за курс. Во всём остальном пятёрки.

Венц хлопнул по рулю.

Это мой мальчик!

- Эй, это здорово, Пит! Теперь ты попадёшь на доску почёта! Замечательно! Дружище, мы празднуем эти выходные! Сегодня вечером игра "New York Yankees", завтра поход в парк "King’s Dominion"[7], весь день в воскресенье половим крабов в заливе, и... знаешь что? Я думаю, может быть, мы сделаем небольшой поход в магазин байков, когда школа закроется на лето. Как тебе этот вариант?

- Спасибо, папа, - сказал Пит, но это был мрачный, унылый ответ.

Мальчик казался далеко отсюда.

Венц оглянулся.

- Эй, напарник, что случилось? Ты выглядишь так, будто кто-то застрелил твою собаку... а у тебя даже нет собаки.

- Ну... мама сказала...

Венц ухмыльнулся.

- Что? Что сказала твоя мать?

- Она сказала, что ты, возможно, блефуешь.

- В чём блефую? О чём ты?

Пит угрюмо пожал плечами:

- Об уходе из ВВС.

Чёрт!

Венц заскрежетал зубами, затем подогнал автомобиль к обочине и резко остановился. Он посмотрел прямо на своего сына.

- Пит, когда я сказал тебе и маме, что ухожу из ВВС, я имел в виду именно это.

- В самом деле?

- В самом деле, Пит. Слушай, я знаю, что тебе и твоей матери пришлось тяжело. Половину времени меня не было рядом - неудивительно, что она развелась со мной. Но мы говорили об этом несколько месяцев, и всё решено. В понедельник я выйду на пенсию, мы с твоей мамой снова будем вместе, и мы снова будем семьёй.

- Да, но ты говорил это много раз в прошлом, а потом этого никогда не происходило.

Дерьмо, - подумал Венц.

Ничего из того, что он мог сказать, не могло исправить ситуацию. Даже правда выглядела как оправдание.

- Да, но это потому, что в последнюю минуту всплыли вещи, которые я должен был сделать для ВВС. Знаешь, вещи, о которых мне нельзя говорить.

- Секретные вещи.

- Да. Вот почему меня почти никогда не было рядом. Я должен был это сделать, Пит. Когда ты на службе, ты должен подчиняться приказам.

- Я знаю.

Когда Венц увидел своё лицо в отражении лобового стекла, самый низменный импульс побудил его ударить его, просто воткнуть кулак в стекло. За одну секунду он увидел всё своё сожаление - и всю свою гордыню, замаскированную под службу.

Ради всего святого, это же мой сын, и я променял его на работу! Мне очень жаль.

Когда Питу было четыре года, он чуть не умер от пневмонии; Венц совершал секретную разведывательную операцию над Северной Кореей. Когда Пит сделал свой первый хоум-ран в Малой лиге, Венц летел на высоте сто тысяч футов, тестируя новые уплотнения топливных баков на "SR-71"[8]. А когда Пита отправили домой из школы за драку, когда он больше всего нуждался в отцовском совете и дисциплине, Венц радостно парил на истребителе "YF-22 Advanced Tactical Fighter" по испытательной резервации "White Sides Mountain".

Какой-то грёбаный я отец, - подумал он. - Всегда перекладывал ответственность на Джойс, всегда был слишком занят, играя в большого, плохого секретного лётчика.

- Я говорю тебе, Пит, что это было в прошлом - теперь всё меняется. Твоя мама даёт мне ещё один шанс, и на этот раз это не шутка. Мы всё исправляем, снова собираемся жить вместе, и у нас всё получится.

Впервые с тех пор, как он сел в машину, Пит выглядел искренне восхищённым.

- И ты вернёшься домой?

- Нет, я собираюсь поставить палатку на заднем дворе. Конечно, я возвращаюсь домой! Я собрал все свои вещи, нанял грузчиков. Дело сделано.

Глаза Пита расширились на Венца.

- Ты обещаешь?

- Обещаю, приятель-братан, - без колебаний сказал Венц. - Ты можешь рассчитывать на это, - он вывел машину обратно на дорогу. - И нет ничего в мире, что заставило бы меня нарушить это обещание. А теперь давай посмотрим, как "New York Yankees" надернут всем хвосты!

«« - »»

В офисе было темно. На столе под тусклой лампой лежала открытая папка. Первая страница гласила:

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

ТОЛЬКО ДЛЯ ЧТЕНИЯ:

ОТЧЁТ ОБ ОЦЕНКЕ ОФИЦЕРА,

ОТДЕЛЕНИЕ ВМФ, ФИЛИАЛ МОРСКОЙ КОРПОРАЦИИ.

СУБЪЕКТ: ФЭРРИНГТОН, УИЛЛАРД, Э.

ОЦЕНКА: 0-7 / ДАТА РОЖДЕНИЯ: 13 ФЕВРАЛЯ 1948. СЛУЖЕБНЫЙ НОМЕР: 220-76-1455

СУПРУГА: (УМЕРЛА)

ДЕТИ: ОДИН (УДОЧЕРИЛИ)

ДРУГИЕ ЖИВЫЕ РОДСТВЕННИКИ: НЕТ

ПОДРАЗДЕЛЕНИЕ 4,

ВВС США,

КОМАНДА ВОЗДУШНОЙ РАЗВЕДКИ

FORT BELVOIR, ВИРДЖИНИЯ.

КОПИРОВАНИЕ ПРИЛАГАЕМОЙ ИНФОРМАЦИИ МОЖЕТ НАКАЗЫВАТЬСЯ СМЕРТЬЮ В СООТВЕТСТВИИ С ПОСТАНОВЛЕНИЕМ ВВС 200-2 И 797 АКТА О ВНУТРЕННЕЙ БЕЗОПАСНОСТИ.

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

Слева в папке была прикреплена личная фотография, и с её глянцевой поверхности смотрело лицо генерала Уилларда Фэррингтона.

Рука закрыла папку. Было слышно бормотание. Полужирный шрифт на манильской обложке папки гласил:

ОПЕРАТОР «А»

Секретную папку закрыла рука генерала Ренье, и через мгновение его голос пробормотал:

- Чёрт возьми...

Другой офицер - майор - сидел в комнате, погружённый в темноту. Он был полевым агентом связи Текна/Байман; следовательно, его имя было засекречено.

- Господи, - сказал Ренье. - Кто бы мог подумать, что такое может случиться?

- Всё так долго шло хорошо, сэр, - ответил майор. - Возможно, мы приняли обстоятельства как должное.

Ренье раздражённо поднял глаза.

- Да, думаю, так и было. Этот парень безупречно занимается этим уже более десяти лет, и не было никаких проблем.

- Да, сэр, но помните сколько у нас времени на поиск. У нас нет ещё десяти лет. У нас нет даже десяти месяцев.

- И ты говоришь мне,