Тигр на свалке - Дмитрий Шубин

Приземлились мы на поляне перед домом с частично обвалившейся крышей. Я взял у Алекса полицейский фонарик, который дал ему Роско, и направился один в эту халупу. Если мы тут и оставили чемодан, считал я, то Макс запихнул его под доски пола. В углу самой большой комнаты, в тайнике, мы хранили некоторые свои принадлежности. Котелок, фляжку, пару бутылок с текилой, спички, мешочек с марихуаной, два спальных мешка и несколько банок консервов, на случай голода. Серебристый плоский чемодан был тут. Я вытащил его, раскрыл и посветил фонарем. Мафиози не обманули. В чемодане было девять полных пачек сиреневых кредиток, обклеенных банковской лентой, много разбросанных купюр и скрепленная резинкой стопочка пластиковых кредитных карточек. Тут же лежала и злополучная пальчиковая, или, как их теперь называли, игольчатая дискета в прозрачном футляре.

Довольный, я выскочил из дома, подбежал к автолету, открыл водительскую дверь и положил чемодан прямо на колени П. Алексу.

– Вот оно! – радостно произнес я.

– Отлично, Санчо! – Роди распахнул кейс.

– Ух ты! – Элизабет уперевшись передними лапами в спинку сиденья, заглядывала через плечо хозяина. От вида денег она даже высунула язык.

– Я не сомневался. – Алекс удовлетворенно мотнул головой и захлопнул чемодан. – До рассвета пара часов. Спать некогда. Надо до первых лучей солнца улететь от Уруапана – и чем дальше, тем лучше. Садись, погнали.

Я быстро обежал машину и, запрыгнув в салон, захлопнул дверцу. Роди поднял автолет в воздух.

Самый прямой путь в Мехико лежал через город, через центр, через «Деловой центр». Естественно, П. Алекс так не полетел. Но и облетать стороной Уруапан не стал, чтобы сэкономить время, а главное – чтобы не привлечь внимание полицейских патрулей, которые несут службу на окраинных трассах. Шли над рабочими и спальными районами, не превышая скорости. Уже в южных пригородах по радио поступило сообщение о том, что обнаружен один из разыскиваемых «Мерседесов». Водитель ранен в плечо, но задержан.

– Это немного расслабит посты, – бросил Алекс и увеличил скорость. Оказалось, зря. Уже через пять минут в хвост к нам встал полицейский автолет с включенной мигалкой.

– Черт, черт, черт! – выругался Роди и стукнул в ярости ладонями о рукоятки штурвала. – Сам виноват. Хотя в такое время здесь никто не летает, не трасса. Они все равно бы остановили нас для проверки документов. Надо было как-нибудь по-другому лететь. Хотя по трассе тоже было опасно.

– Может, тормознем? – как бы на всякий случай спросил я. – Паспорта левые есть.

– Не прокатит. Меня тут как облупленного знают. Посмотрим, на что способна эта малышка. – П. Алекс переключил скорость и выжал педаль газа. Автолет стартанул так, что меня вдавило в кресло. Элизабет, которая сидела между нами, отбросило назад, она ударилась в спинку заднего дивана, заскулила, но Роди на это уже не обращал внимание. Я скосил взгляд на зеркало заднего вида и увидел, что полицейская машина сильно отстает, постепенно превращаясь в точку. Тут же ожило радио:

– Внимание всем постам! – вещал патрульный. – Говорит шестнадцатый. Нахожусь в четвертом южном секторе. Преследую автолет «Фиат», купе, спортивного или полуспортивного класса. Государственный номер семьдесят девять ноль три. Нарушитель уходит в юго-восточном направлении. Прошу подкрепление. Вот сволочь, у него скорость в три раза больше, чем может выжать моя кляча! Мне не догнать. Парни, перехватите его кто-нибудь или сбейте на крайний случай! – Коп выражался, нисколько не смущаясь того, что он в эфире. Последнее, что мы услышали, это отчаянный вопль патрульного: – Вот сволочи, они исчезли с моего радара!..

Наш автолет пропал с радара не потому, что мы оторвались от преследователя на очень приличное расстояние. На самом деле мы ушли под землю. Спросите: как так? А вот так. П. Алекс резко снизился, подлетел к огромному строению, похожему на ангар, выскочил из машины, раскрыл ворота, и вот мы уже влетели внутрь. В самом центре ангара находилась огромнейшая дыра, шахта, вертикально уходящая в глубь. Автолет завис и стал медленно опускаться. Видимо Роди знал об этой шахте и раньше, иначе зачем бы он направил машину именно к этому месту? Мы неторопливо плыли вниз. Фары ярко освещали плотные слои породы.

– Что это за шахта? – спросил я.

– Осталась со времен строительства трансконтинентального скоростного метрополитена. Там внизу проходит ответвление Гвадалахара – Мехико.

– И что, ты хочешь лететь прямо по туннелю? Нас поезд не сшибет?

– Мы станем ему в хвост. Как-то раз это попытался сделать один беглый каторжник. Оттого я и знаю про эту шахту.

– У него получилось? – с опаской спросил я.

– Нет. – Роди посмотрел прямо мне в глаза, выражая полную серьезность. Вышла пауза – и он рассмеялся. – Не бойся, я же сказал, что встанем в хвост поезду. Тот парень просто не рассчитал и выскочил в туннель перед составом. Пришлось ему гнать вперед до тех пор, пока его не нагнал локомотив. Да и автолет наш близко не сравнить с той тюремной колымагой, которую покойничек украл.

Добравшись до самого дна, мы медленно, «на ощупь», стали пробираться по заброшенному проходу под стальными балками и над проржавевшими рельсами до тех пор, пока фары не осветили вместительное пространство, уходящее вправо и влево, и идеально гладкую стену впереди. Это был один из двух основных туннелей для скоростного метро, тот, по которому составы шли в сторону Мехико.

П. Алекс выключил фары, опустил стекло и замер, стал просто прислушиваться. Поезд мы ждали недолго. Минут семь-восемь. Первым о его приближении услышала, конечно же, Элизабет, которая, расположившись на заднем сиденье, вдруг закричала:

– Едет, едет, мать вашу!

И тут мы почувствовали вибрацию и ветер – поезд нагнетал перед собой воздух, давление которого с каждой секундой увеличивалось. Роди поднял стекло и, будто стоя на стартовой полосе, начал периодично выжимать педаль акселератора. Состав промчался перед нами за пару секунд. П. Алекс отпустил сцепление, одновременно включая фары, и стартанул, лихо выруливая в туннель. Поезд мы нагнали только минут через десять. Скажу вам, впечатление потрясающее. Задний вагон постоянно ускользал из поля нашего зрения, терялся то в правом, то в левом повороте. Ну прямо аттракцион какой-то. Помню, подумал тогда: выдержит ли Роди такое напряжение, мы же не спали уже больше суток, а тут такие гонки. И главное, лучше не отставать, а то, чем черт не шутит, еще нагонит локомотив, идущий сзади. Алекс выдержал. Через полтора часа скоростной непрекращающейся погони состав начал терять скорость и, соответственно, мы тоже.