Затерянные среди звезд - Евгений Гуляковский

Утром Неверов сам проверил шлюпку и сам выбрал пилота, который должен был прилететь за ними в том случае, если ему и Элайн удастся вернуться.

В его плане, на первый взгляд совершенно безумном, была одна изюминка, которая делала его не таким уж безнадежным. Однако в детали он не стал посвящать никого, кроме Ленца. Именно ему отводилось в этой операции центральное место. Ему и кораблю «Севастополь», способному на какое-то, пусть и весьма непродолжительное, время зависнуть на плазменном столбе своих двигателей над определенным местом планеты…

Шлюпка с вездеходом и двумя пассажирами стартовала точно по расписанию. Она приземлилась в десяти километрах севернее горы грайров. В этой части плана Неверов не собирался рисковать и испортить все какой-нибудь случайной преждевременной стычкой.

Наконец пасть шлюпочного пандуса захлопнулась за вездеходом, взревели антигравитационные генераторы шлюпки, мгновенно швырнувшие ее выше низких облаков, и они остались вдвоем с Элайн. Одни на всей этой огромной планете…

И хотя Неверов знал, что это не так, что всего в сотне километров отсюда находятся охранные посты колонии — он не мог справиться с чувством полного одиночества, полной оторванности от прежнего человеческого мира.

Элайн молчала. Она не сказала ни слова с того момента, как они сели в шлюпку. Только необычная бледность и пальцы, впившиеся в обивку кресла так, что на ней остались глубокие следы ногтей, говорили о том, каково ей сейчас.

Он не спешил, оттягивая то самое последнее действие, после которого обратного пути уже не будет. Проверил механизмы вездехода, заряды в лазерных накопителях — хотя знал, что оружие в этой экспедиции ему не понадобится.

— Ты сможешь перевести то, что я хочу им сказать?

Она кивнула.

— Если хочешь, я могу это сделать прямо сейчас. Тогда ты сможешь вернуться.

— Мы вернемся вместе.

— Отсюда никто еще не возвращался. Знаешь, сколько их здесь было, земных кораблей? Никто из них не вернулся…

— Мы вернемся. Поверь мне.

Он включил двигатели и резким толчком послал машину вперед. Каменистая пустыня в нескольких метрах внизу, под ними, побежала навстречу…

Совсем, как в прошлый раз, — только гора была значительно ближе, и вездеход, не рыская, шел знакомым маршрутом, записанным в блоке памяти.

Он остановил машину в километре от того места, где в прошлый раз произошла стычка с биороботами грайров.

— Отсюда пойдем пешком.

Элайн побледнела и вцепилась в поручни кресла, словно надеялась таким образом остаться в машине.

— Я знаю, как тебе трудно. — Он взял ее руку и крепко сжал. — Только мы сами можем себе помочь. Только мы двое. Ты должна с этим справиться.

Она закусила губу и с минуту молчала.

— Я попробую. Но если не получится… Если я начну выполнять их приказы, ты должен будешь…

— Я этого не сделаю, Элайн. Ты же знаешь, что не сделаю. У тебя остается единственный выход справиться, иначе мы оба навсегда останемся в этой горе.

ГЛАВА 25

Они второй час неподвижно стояли перед склоном. Дождь кончился, такое редкое здесь солнце прорвало жидкие облака и осветило вздыбившийся перед ними, вертикально уходящий ввысь и в стороны колоссальный лик горы грайров. Теперь даже в мыслях Неверов называл гору только этим именем.

Ничто не говорило о том, что ими кто-то заинтересовался. Проход в монолитной стене и не думал открываться, а этого он ожидал меньше всего. Степан уже подумывал, не применить ли снова бластеры, когда Элайн сказала:

— Успокойся. Они просто заняты — у них есть дела поважнее нашего визита.

И вновь он почувствовал какой-то суеверный страх и почти полную уверенность — все-таки она читала его мысли… Но была одна вещь, знать о которой она не должна или по крайней мере не должны знать те, кто обитает за этой стеной. Он постарался не думать ни о чем, связанном с «Севастополем» и с поручением, данным Ленцу. Это плохо удавалось. Справиться помог какой-то навязший в зубах рекламный ролик из далекой и такой нереальной сейчас земной жизни: «Покупайте прокладки „Орбит“ без сахара…» Или, может, наоборот, с сахаром? Впрочем, это не важно. Главное, раз за разом повторять дурацкую фразу, до тех пор пока в голове не останется ни одной посторонней мысли.

— Перестань, — сказала Элайн. — Ты мешаешь мне говорить с ними, их не интересуют твои дела.

И тогда, неожиданно почувствовав, как в нем закипает гнев, он справился со своими мыслями без всякой рекламы. А когда совсем было собрался повернуться, чтобы идти обратно к вездеходу, Элайн сказала:

— Возможно, это всего лишь проверка. Возможно, им интересно знать, как много у людей выдержки.

Он побледнел от сдерживаемого гнева, но ничего не сказал и даже не подумал.

— Они хотят, чтобы мы вернулись за нашей машиной. Только тогда откроется туннель.

Неверов не стал возражать. Внутри кабины вездехода он чувствовал себя гораздо уверенней. Хотя и заподозрил в этом какое-то новое издевательство или, вернее, скрытую насмешку. Они словно хотели сказать, как мало значат для них оружие людей и их машины…

Через полчаса, когда вездеход подошел к подножию горы, отверстие туннеля оказалось открытым в том самом месте, где и в прошлый раз. Вот только сторожевых биороботов не было видно, гора по-прежнему выглядела пустынной и молчаливо-равнодушной к волнениям и заботам людей.

Но туннель был открыт, и этого им вполне хватало.

Едва они въехали внутрь, как темнота сгустилась настолько, что пришлось включить прожектор.

Ни одного поворота, только однообразная гигантская труба впереди. Неверов осторожно послал машину дальше, и сразу же створка гигантской двери за ними встала на место. Они оказались внутри горы, полностью отрезанные от внешнего мира.

«Оставь надежду — всяк сюда входящий…» — пробормотал он сквозь стиснутые зубы знакомую строчку из поэмы Данте. Никто ему не ответил. Даже Элайн.

Метров через пятьсот туннель кончился. Теперь они двигались по дугообразному арочному мосту, пролегавшему над внутренней полостью горы, настолько большой, что противоположной стены не было видно даже в свете прожектора. На фоне той стены, что теперь осталась позади и постепенно удалялась от продвигавшейся вперед машины, Неверов заметил какое-то движение. Но это было совсем не то, что он ожидал увидеть. Не было никаких гигантских машин, заводов, вообще никаких механизмов. Стена, сложенная из геометрически правильных ячеек, напоминала соты гигантского улья.

— У них нет машин. Вообще нет. Они им не нужны, — уловив его невысказанный вопрос, произнесла Элайн.