«Если», 1998 № 01 - Сьюзи Чарнас

…Прошу извинения. Доктор Эрон Кей с двумя добавлениями. Речь о двух новых кончинах — доктора Джеймса Кавабаты и интенданта Мириам Штайн. Ее я обнаружил, когда переносил тело Кавабаты на ледник. Все они будут там, там ты их и найдешь, друг. Полсотни ледышек и одна горка пыли… может быть. Причина смерти… Я еще не говорил о причине смерти? Острая… От чего, собственно, мрут хвостики сперматозоидов? От острой утраты способности к дальнейшей жизни. Острая пост-функциональная непригодность… Симптомы — вдруг тебе понадобятся симптомы? Это интересно. Симптомы проявляются после непродолжительного контакта с некоей жизненной формой с планеты Альфа — упоминал ли я о недолгом физическом контакте, локализованном в лобной зоне? Наблюдаемые симптомы сводятся к потере ориентации, апатии, нарушению речи, отсутствию аппетита. Подавленная реакция, патологическое снижение внимания, эхолалия речи. Слабое присутствие рефлексов, без выраженной кататонии. Пониженная сердечная деятельность. Обследование шестерых позволило выявить пониженную асинхронную динамику электроэнцефалограммы и ранний тета- и альфа-дефицит. В высшей, повторяю, в высшей степени не похоже на последствия электрошока. Симптоматика не поддается интерпретации как результат физического, электрического или какого-либо еще воздействия. Гормональная деятельность подавлена, холинергическая активность ослаблена в меньшей степени. Гормональное исследование не выявило, повторяю, не выявило нехватки адреналина. Черт, их просто высосали, вот и все!

Ах, да, прогноз.

Прогнозируется смерть.

Все это представляет большой научный интерес, друг. Ты, конечно, всему этому не поверишь. Ты уже несешься туда. Тебя ничто не остановит. У тебя есть на то веские причины, вон их сколько: спасение рода человеческого, созидание нового мира, национальная гордость, личное тщеславие, научная истина, мечты, надежды, планы… Неужто у каждого крохотного сперматозоида, закачанного в трубопровод, имеются собственные резоны?

Она призывает нас к себе. Икра зовет нас сквозь световые годы — не спрашивайте, каким образом она это делает. Призыв распространяется даже на доктора Эрона Кея — сперматозоида, ответившего «нет»… Господи, как же явственно я ощущаю это сладостное тяготение! Почему я позволил им улететь?! Прошу прощения. Доктор Эрон Кей выпивает очередную рюмку. Потом еще и еще. Йелластон был прав: помогает, знаете ли. Все мы бесконечно разные, а что толку? Так о чем я?.. Мы производим обходы, я всех осматриваю. Они почти перестали двигаться. Новеньких я тоже навещаю. Меня сопровождает Лори: она помогает мне нести все необходимое. Совсем как раньше — но не будем распространяться о Лори, моей младшей сестренке. Сегодня пропали еще три зиготы — Кавабаты и обоих датчан. Зигота Дона по-прежнему на Лужайке, но, полагаю, и она скоро смотается. Может, они исчезают, когда умирает соответствующий человек? Скорее, это просто совпадение. Мы — абсолютные нули. Зиготы на произвольный период остаются вблизи места, где произошло оплодотворение, после чего удаляются, чтобы имплантироваться. Куда они имплантируются — в космос? Где они рождаются? Что они вообще собой представляют — существа, которые нас породили и которые образуются после нашей смерти? Как гамета взирает на короля? Кто они — негодяи или ангелы? Господи, как же это несправедливо!

…Прости, друг. Я пришел в себя. Сегодня свалился Дон Парселл. Я оставил его на Лужайке. Я ежедневно обхожу моих пациентов. Большинство по-прежнему остается на своих рабочих местах — будущих могилах. Что мы можем, Лори и я? «Наполнить жизнь в этом мире добротой»? С точки зрения науки, крайне интересно, что все видели там разное: Дон — Бога, Коби — яйцо, Алстрем лепетала что-то про дерево Игдразил. Брюс Янг рассмотрел свою Мей Лин. Йелластон узрел Смерть. Тиг увидел мать. А доктор Эрон Кей — всего лишь разноцветные сполохи. Почему я не пошел за всеми? Кто знает? Статистическая погрешность. Дефект хвостика. Ноги запутались… Лори увидела свою утопию — что-то вроде земного рая. Но о Лори мы не говорим… Она сопровождает меня на обходах и наблюдает умирающие гаметы — наших друзей. Все, что было у них в каютах, личные мелочи, весь этот корабль, которым мы так гордились… «Mono no avare — таков пафос вещей», — как говаривал Кавабата. Наручные часы, владелец которых скончался, очки… Вот и весь пафос.

…Да, дружок, доктор Эрон Кей все больше погружается в уныние. Он отказывается думать о том, как поступит, когда не останется больше никого. Сегодня Коби сломал ногу. Я нашел его и перенес в постель, чем, кажется, доставил ему удовольствие. Он как будто не испытывал сильной боли. Его зигота, штуковина, которую он сотворил — уже давно исчезла. Наверное, я не слишком четко фиксирую события. Не стало уже многих. Но «дух» Йелластона в последний раз был на месте. Сам Йелластон забрел в астронавигационный купол и таращится оттуда наружу. Понимаю, он хочет закончить свои дни там. Боже! Бедный старый тигр, бедная обезьяна, все, что так ненавидела Лори, уже исчезло. Кому есть дело до личности сперматозоида? Ответ ясен: другому сперматозоиду… Доктор Кей становится плаксив. Если начистоту, он льет слезы в три ручья. Запомни это, дружок. Это представляет научный интерес. Что сделает доктор Кей потом? На добром старом «Кентавре» установится тишина и покой. Быть может, этот корабль вечен, разве что свалится на какую-нибудь звезду… Значит, доктор Кей проживет остаток своей жизни здесь, в двадцати шести триллионах миль от родного семенника? Будет читать, слушать музыку, возделывать свой сад, делать записи огромной научной важности? Груда замороженных тел и один скелет. Внимательнее со скелетом, дружок! Или, может, разобраться с «Альфой», последней из трех разведывательных ракет? Неужто в один прекрасный день славный доктор Кей отчалит на маленькой старушке «Альфе» и отправится неизвестно куда? Куда же? Гадайте! Заплутавший хвостик, последний человечек в яйцеводе. Вперед по трубопроводу! Прошу прощения.

…Вовсе не последний! Не будем забывать про флотилии межзвездных кораблей, которые стартуют с Земли, когда до нее долетит зеленый сигнал. Они будут прибывать и прибывать… Ведь зеленый сигнал подан, и тут уж ничего не изменишь. Предел человеческих мечтаний! Теперь их не остановить. Всякая надежда померкла.

Но речь идет, разумеется, всего лишь о жалкой горстке тех, кто доберется до планеты, а не обо всем населении матушки Земли. Так что большая часть яиц так и помрет без оплодотворения. Природа потрясающе расточительна! Пятьдесят миллионов яйцеклеток, миллиард сперматозоидов — и один-единственный лосось…

…Что произойдет с теми, кто не улетит, кто останется на Земле — с остальной человеческой породой? Пораскинем мозгами, доктор Кей. Что бывает с неиспользованной спермой? Застаивается в семенниках и дохнет от перегрева. Вторичная абсорбция. Это вам ничего не напоминает — Калькутту, Рио-де-Жанейро, Лос-Анджелес? Преждевременное или запоздалое появление на свет — увы, увы… Бесполезное загнивание. Функциональная непригодность, атрофия органов. Конец всему — сплошное гниение. Гибель в неведении. Зачем-то воображают себя людьми, думают, что у них еще есть шанс…