Пруд Двух Лун (Ведьмы Эйлианана - 2) - Кейт Форсит

Цокая каблуками по каменным ступеням, две девушки бросились обратно на кухню. Новость о том, что собственная служанка Банри интересовалась ею, озадачила и немного испугала Изабо. Она не понимала, откуда старуха вообще могла узнать о ее существовании, не говоря уже о ее связи с Мегэн. Изабо попыталась уверить себя в том, что вопросы старой служанки вовсе не означали, что ее в чем-то подозревают, но не могла выбраться из холодных щупальцев ужаса, которые сжимали ее. Воспоминания о том, что она пережила в застенках Оула, были еще слишком свежи, чтобы она могла легко отмахнуться от подобного происшествия.

Очутившись в жаркой, переполненной людьми кухне, Изабо не могла больше беспокоиться о Сани, поскольку Латифа засыпала ее приказами, следовавшими один за другим без перерыва. К Купальскому пиру предстояло сделать еще столько, что у Изабо не осталось ни времени, ни энергии, чтобы беспокоиться о чем-либо вообще. В эту ночь, как ни измучена Изабо была работой и впечатлениями этого длинного дня, она спала очень плохо, видя в своих снах одни малиновые одеяния и кровь.

За день до летнего солнцестояния Изолт, отдыхавшая в тени моходуба, не веря своим ушам, услышала вдалеке трубный рев дракона.

- Эсрок! - закричала она, вскочив на ноги. - Не может быть...

Рев повторился, на этот раз он длился так долго, что по спине у Изолт побежали мурашки драконьего страха и она поняла, что это не обман слуха. Потом в прозрачном воздухе мелькнули яркие крылья, и она почувствовала запах серы.

- Эсрок! - закричала она еще раз и заспешила по лесу к Тулахна-Селесте, уверенная, что драконья принцесса приземлится именно там, поскольку колючие ветви деревьев могли повредить ее нежные крылья. Золотисто-зеленая маленькая королева, кружа, опускалась с небес к каменному кругу, чуть не задевая своими широкими крыльями высокие менгиры. На спине у нее виднелись две фигуры.

Они были еще слишком далеко, чтобы Изолт могла разглядеть их, и она перешла на бег, мигом забыв о своей утренней тошноте. Девушка проворно пробежала по аллее, перепрыгивая через извилистые корни деревьев, выбежала к подножию холма и на одном дыхании взлетела по его крутому зеленому склону. Уже из последних сил, чувствуя боль в боку, она нырнула в каменные ворота и очутилась в объятиях прабабки.

- Зажигающая Пламя! Что ты тут делаешь?

Старая женщина поцеловала Изолт между бровей и на резком гортанном языке Хан'кобанов пробормотала приветствия и благословила ее рыжую голову.

- Я приехала посмотреть, как ты выходишь замуж, - ответила она. Неужели ты подумала, что я останусь в стороне? Моя правнучка садится на спину дракона, так почему бы и мне не поступить так же?

- Изолт, красавица моя! - воскликнул хриплый голос, и Изолт оказалась крепко прижатой к костлявой груди Фельда.

- Как здорово снова увидеть тебя, Фельд! Эсрок! Неужели ты позволила людям сесть тебе на спину?

Мама посоветовала мне размять крылья, а я слышала, что ты нашла себе пару. Разумеется, я захотела увидеть его и посмотреть, достаточно ли великодушно его сердце и достаточно ли сильны его крылья для такой повелительницы драконов, как ты...

- Мегэн сказала, что в это солнцестояние тебе предстоит пройти Испытания, и я нужен ей, чтобы замкнуть круг, - сказал Фельд с широкой улыбкой на лице, поправляя перепачканным в чернилах пальцем очки. - Я должен был привезти с собой Ишбель, но что бы я ни делал и ни говорил, она не хотела просыпаться, так что я в конце концов решил привезти твою прабабку. Она, конечно, не из Шабаша, но все-таки ведьма.

- Я не ведьма, но хотя бы обладаю Силой, - запинаясь, сказала Зажигающая Пламя на обычном диалекте. Проведя тысячу лет с Прайдами, потомки Фудхэгана почти забыли этот язык, но они с Изолт снова выучились ему от Фельда, пришедшего жить в Проклятую Долину.

Эсрок, стегнув гибким хвостом, объявила, что проголодалась и собирается поймать кого-нибудь себе на обед. Изолт со смехом предостерегла маленькую королеву, чтобы она не вздумала ловить кого-нибудь в лесу Мрака, если не хочет, чтобы Мегэн и Селестины напустились на нее.

- Очевидно, у Оула есть свои стада на пастбищах вокруг Дан-Селесты, предположила она. - Почему бы тебе не поохотиться там? Только будь осторожна. Ты все-таки последняя королева драконов и не должна закончить свою жизнь на отравленном копье!

Эти мерзкие красные ведьмы уже нарушили Пакт Эйдана, поэтому я не вижу никакой причины, почему бы мне не сделать то же самое, зевнув, сказала Эсрок, показав длинный гибкий язык, голубой, как небо над их головами. Она расправила свои прозрачные золотые крылья и легко взвилась в воздух, накрыв своей тенью холм, а потом унеслась прочь.

Изолт одной рукой взяла за локоть Фельда, другой - Зажигающую Пламя и повела их вниз по склону, на поляну, не в силах сдержать радости при виде двух из самых близких ей людей во всем мире. Если Зажигающая Пламя охраняла и направляла ее зимы, то Фельд приглядывал за ней летом, и именно эти двое научили Изолт почти всему, что она знала.

Представляя Лахлана своей суровой и гордой прабабке, Изолт чувствовала некоторый трепет. Под испытующим взглядом Зажигающей Пламя Лахлан вспыхнул и заерзал, но удивил Изолт тем, что не замкнулся по своему обыкновению в угрюмом молчании. Вместо этого он принялся очаровывать старую женщину, обратившись к ней с ритуальным жестом и приветствием Хан'кобанов и выказывая ей искреннее почтение. Через некоторое время суровый взгляд Зажигающей Пламя смягчился, и Изолт облегченно вздохнула.

В тот день вокруг костра не смолкали разговоры и смех. Фельд, за последние восемь лет проведший много времени в одиночестве, подозрительно размяк под действием тернового вина Мегэн. Вся компания дружно хохотала при виде его попыток сплясать джигу, когда Изолт внезапно подняла глаза и увидела бледную призрачную фигуру, стоявшую под деревьями и наблюдающую за ними.

Первой ее реакцией должен был быть приступ страха. Вместо этого Изолт накрыла теплая волна безмерного счастья. Она узнала эту стройную фигурку, окруженную ореолом струящихся серебристых волос. Восемь лет она провела в заботах об этой хрупкой женщине, расчесывая ее невероятно длинные волосы, заставляя ее проглотить немного воды или жидкой каши. Женщина, стоявшая на опушке, была Ишбель Крылатой - ее матерью.

Она просто стояла, ничего не говоря, стояла и смотрела. Смех и шутки медленно смолкли.

- Ишбель! - ахнула Мегэн. - Ты пришла!

- Да, Мегэн, я пришла, - тихо ответила Ишбель. - Я снова слышала в моих снах твой голос и поняла, что ты ждешь меня здесь. В последнее время мой сон часто прерывают. - Она вздохнула и переступила через корень дерева. Изолт... - сказала она, протянув руку к своей дочери. На щеках Изолт выступили красные пятна, на фоне которых белые ниточки шрамов стали очень заметными, и она, неуклюже поднявшись на ноги, пересекла поляну и подошла к матери. Пальцы Ишбель переплелись с ее пальцами. - Ты носишь дитя, моя маленькая.