Страж - Джефри Конвиц

- Никакой полиции, - твердо заявил он.

- Ты поступаешь нелогично, - сказала Дженнифер.

- Полицейские станут расследовать это дело точно так же, как какое-нибудь рядовое ограбление, - и непременно наломают дров. Тогда ничто не спасет Элисон. Если мы не поступим по-моему, она погибла. - Он пристально посмотрел на Дженнифер.

- Но...

- Нет!

- Но мы имеем дело с чем-то непонятным, - сказала Дженнифер.

- Если нам непонятно, то полицейские тем более ничего не поймут. Нет, в полицию я не пойду - это мое последнее слово. - Майкл перебирал лежащие на столе бумаги. - Давай попробуем на минутку поверить во все это. - Он взял в руки несколько документов и покачал головой. - Элисон перестанет быть самой собой и превратится в кого-то другого.

- В сестру Терезу?

- Да в кого бы то ни было!

- В монахиню, - уточнила Дженнифер. Майкл кивнул. В монахиню или не в монахиню, ситуация не становилась от этого менее абсурдной. Но раз он решил поверить во все это, придется принимать правила игры, какими бы нелепыми они ни казались.

- А Галлиран? - снова спросила Дженнифер.

- Судя по всему, он тоже исчезнет, а Элисон в обличье сестры Терезы займет его место.

Дженнифер глубоко затянулась сигаретой. Майкл подвинул к себе перевод и зачитал:

"Судьбою предначертано тебе

Блаженный край сей неустанно охранять

От Зла вторженья или приближенья".

Несомненно, это обращено к Элисон. Ее готовят к участи какого-то стража. Отец Галлиран, если продолжать следовать нашему допущению, - тоже страж.

Они молча перелистывали папки.

- А как насчет ее отца и всех остальных, кого она видела в том доме?

- Думаю, это были видения. Возможно, их вызвала к жизни ее давняя ненависть к отцу.

- Возможно.

- Сцена их борьбы явилась отражением событий прошлого. Другого логического объяснения я не нахожу. Что это было? Галлюцинации? Кошмар? Помешательство? Выбирай. Я не знаю, как это назвать. А что касается Чейзена и компании... Я думаю, они действительно там были, и это дело рук Управления епархии. - Он помолчал, глотнул кока-колы, которую налила ему Дженнифер, и продолжал:

- Ее могли загипнотизировать. Это много может объяснить. Вот как она увидела слова в книге. Вот как она нашла объявление в газете, в которой никакого объявления не было.

Дженнифер вытащила из стопки бумаг документ на право владения домом.

- Я отправился к домовладельцу, чтобы задать ему несколько вопросов, но его не оказалось дома. Монсеньер Франкино не мог не знать, что я врал, когда представился как поверенный мистера Карузо. Возможно, инквизиторы уже собрались и решают, как со мной поступить.

- Майкл, - сказала Дженнифер, - все это прекрасно, но каким образом ты собираешься остановить их?

- Пока не знаю, но я сделаю это. Согласно бумагам все произойдет завтра. Я намерен занять пост у особняка, начиная с двенадцати ночи.

- Но...

Он не дал ей продолжать.

- И будь я проклят, если позволю кучке религиозных фанатиков уничтожить Элисон! - Он резко повернулся и принялся шагать по комнате. - И нечего ударяться в панику от всяких там мистических штучек-дрючек! Мы имеем дело с весьма реальными персонажами, никакими не волшебными. Вопрос лишь в том, что они затеяли.

- Все-таки, я думаю, надо позвонить в полицию.

- Нет. В последний раз говорю тебе: нет!

- Пожалуйста.

- Я даже обсуждать это не собираюсь. Никакой полиции.

- Почему? Ты боишься их? Значит, то, что я узнала о твоем прошлом, правда?

- Я не думаю...

Теперь Дженнифер перебила его:

- Сейчас неважно, что ты сделал тогда. Элисон в беде, и если ты действительно беспокоишься за нее, то прежде всего должен думать о ней, не страшась, что твои прошлые грехи выплывут наружу.

- Я думаю о ней прежде всего.

- Нет, Майкл.

- Нет? По-твоему, я влез во все это ради собственного удовольствия?

- Честно говоря, я не знаю, как и зачем ты влез во все это. - Помолчав, Дженнифер продолжала:

- А может, ты подделал все эти документы. Может, ты нарочно затащил Элисон в музей полюбоваться на ту старуху. Может, ты заодно со всеми этими своими священниками. Может, никаких священников и нет. А я нужна тебе для алиби, чтобы ты мог убить ее, как Карен, и оставаться чистеньким.

Майкл схватил Дженнифер за волосы и потянул вниз. Она вырвалась, ничуть не испугавшись.

- Никогда не произноси имени Карен, - предостерег он. - Запомни раз и навсегда: Карен убила себя, потому что я бросил ее.

Дженнифер поправила прическу.

- Знаешь, Майкл, я всегда подозревала, что под твоим внешним спокойствием скрываются необузданные страсти.

- Я все же настаиваю на своем плане.

- И что у тебя за план? - скептически спросила она.

- Сегодня вечером я приведу ее сюда. - Он помолчал, обдумывая что-то, и продолжал:

- Ты устроишь вечеринку. Сядь на телефон и пригласи всех, кого только можешь. Зови гостей к десяти, чтобы к нашему приходу здесь уже было полно народу. Я хочу, чтобы все время, пока я буду в особняке, Элисон окружали люди. - По лицу Дженнифер он понял, что она согласна. - И проследи, чтобы она никуда не выходила! Что бы ни случилось, держи ее здесь!

- А если ей станет плохо?

- Я оставлю тебе телефон врача. Он сразу же приедет.

Дженнифер неуверенно кивнула, выбора у нее не было.

Майкл обнял ее и зашептал ей в самое ухо:

- Что бы ты ни думала, я люблю эту девушку, и никто не причинит ей зла! Никто! - Столь бурное проявление чувств с его стороны было удивительно. - Я знаю, что говорю.

Дженнифер отстранилась.

- Надеюсь, что это так, - проговорила она, недружелюбно глядя на него.

Майкл собрал бумаги и сложил их в кейс.

- Может, они побудут пока у меня? - предложила Дженнифер.

- Зачем?

Она опустила глаза. - На всякий случай.

- Нет. Я предпочитаю носить их с собой, - сказал он. - Могут понадобиться.

Он открыл дверь и вышел, прижимая к себе "дипломат". Не слишком ли много он рассказал ей? Он не был в этом уверен. Он даже не был уверен, что ей можно доверять. Возможно, в эту самую секунду она звонит в полицию. Но выбирать не приходилось. Сегодня ночью рядом с Эдисон должен быть кто-то. Кто-то, имеющий представление о том, что может произойти.

Майкл брел по Мэдисон, не обращая внимания на сверкающие витрины, затем свернул на 71-ю улицу и остановился на углу, глядя на серую каменную ограду Централ-Парка. Никого. Лишь пожилой согбенный джентльмен в шляпе сидел на скамейке с тростью в руках.

.Майкл поворошил ногой опавшие пожухлые листья. Роль героя не для него. Он произнес про себя:

- Мистер Гатц, я хочу, чтобы вы умерли. Затем завернул за угол и вошел в дом.

- Добрый вечер, - поздоровался привратник.