Измененная - Лисса Прайс

Юджиния устремила на меня невеселый настороженный взгляд:

– То есть все по-прежнему?

Значит, Хелена была настороже. Однако опасность стала намного серьезнее. Пока я нахожусь здесь, моя жизнь ежесекундно подвергается опасности. Юджиния ничего не знает – и это должно ее уберечь.

– Мне пора, – сказала я. – Пожалуйста, будь осторожна.

Я села в спортивную машину Хелены и включила двигатель. А потом я вызвала навигатор, проверяя, куда Хелена ездила. При виде длинного списка мне захотелось сдаться, но тут я узнала одно из имен списка. Редмонд. Этого человека называла Юджиния в ту первую ночь, которую я провела в этом доме. Она сказала, что он звонил Хелене.

– Редмонд, – сказала я навигатору.

– Редмонд! Сию минуту! – прощебетал навигатор.

Навигатор привел меня к какому-то складскому помещению в промышленном районе долины Сан-Фернандо. Добровольно я в такое место поздно вечером не поехала бы. Я проезжала мимо сетчатых заборов, удерживающих псов, которые требовали, чтобы я проезжала дальше. Наконец в навигаторе всплыл адрес. Это оказалось целое скопление складов, на крышах которых были смонтированы прожектора, создававшие круги яркого света. Я припарковалась на территории так, чтобы мою машину не смогли с улицы увидеть разбойники.

Редмонд должен был находиться в последнем здании. Дверь оказалась заперта. Я нажала на кнопку старомодного металлического звонка. Чуть выше находилось небольшое отверстие со светящейся серединкой – видимо, камера. Редмонд поступил хитро, заставив свое жилище казаться старым и дешевым. Спустя секунду дверь с громким щелчком открылась.

Внутри все было очень профессионально: примерно в таких условиях должен был бы жить и работать скульптор. Цементный пол, простой коридор, созданный при помощи гладкой белой перегородки. В дальнем конце коридора я увидела прохладное свечение лампы дневного света. Я вытащила пистолет.

Сердце у меня отчаянно колотилось. Что, если это ловушка? Мне сейчас очень хотелось бы, чтобы у меня в голове была Хелена. Она бы это знала – она бы меня предупредила. Мне следовало потребовать больше сведений об этом Редмонде, пока она оставалась со мной.

Я дошла до конца коридора. Повернув налево, я оказалась в большом помещении, разбитом на участки рядами столов и верстаков с деталями каких-то электронных приборов, компьютерами и мониторами. Некоторые из них работали, другие стояли наполовину выпотрошенными. Их было настолько много, что некоторые были закреплены на перекладинах, подвешенных к высокому потолку. В воздухе стоял запах химии.

Виртэкран над одном из заваленных всякой всячиной верстаков показывал ту входную дверь, где я нажимала кнопку звонка. Под ним перед рядами компьютерных мониторов горбился седоволосый мужчина. Старичок.

Я не могла понять, живой он или мертвый. Он не шевелился, пока я прокрадывалась ему за спину, держа обеими руками поднятый на уровень груди пистолет.

– Редмонд? – спросила я.

– Хелена, – промямлил он с британским акцентом. – Ты так копалась, что я чуть не заснул.

Он поднял голову. Я увидела отражение его лица в черных экранах мониторов. Он тоже смотрел на мое отражение в них и обращался ко мне, не поворачиваясь.

– Хелена, это еще зачем?

– У меня есть пожелание.

– Обычно ты просишь, не наставляя пистолет на меня.

Он начал разворачиваться вместе с рабочим креслом. Я резко опустила ногу на металлическое кольцо, остановив его на месте.

– Заложи руки за голову, – потребовала я.

Все, что я сейчас делала, я узнала от папы или из фильмов. Но это сработало: он послушался.

Один из мониторов попискивал в такт пульсирующей красной точке на карте города. Похоже, эта точка отмечала именно то место, где мы сейчас находились.

– Что это? – спросила я, указывая на монитор.

– Это ты. Твое устройство отслеживания. Но ты и сама это знаешь.

Он прищурил глаза.

Он был худой и долговязый, с шевелюрой безумного ученого.

Строение черепа у него было очень правильное: в молодости он явно был хорош собой.

– Все про мое тело знают больше меня самой, – проворчала я. – Ну а теперь я хочу, чтобы ты удалил чип. Я закончила.

– Как все прошло?

– О чем ты?

– О твоем грандиозном плане.

– Столько мониторов – и ты не смотришь новости?

Он уставился на меня и выдвинул кресло вперед, продолжая держать руки за головой. Он разглядывал меня, исследовал, хотел увидеть то, что находилось внутри меня.

– Боже мой! – Он опустил руки и подъехал так близко, что я ощутила запах мяты в его дыхании. – Там не Хелена, да?

У меня дрогнула рука, в которой я держала пистолет.

– Да. Она умерла.

Он нахмурил лоб:

– От чего?

Я качнула головой.

– Точно не знаю. Но я слышала, как это произошло. Она в этот момент была у меня в голове. По-моему, ее кто-то убил.

Он ловил мои слова с округлившимися глазами.

– Мы начали сближаться, – добавила я. – Я думала, что встречусь с ней, лично.

– Хелена была настоящим огненным смерчем. – По лицу Редмонда скользнула печаль. – Мы познакомились в колледже… уже больше ста лет назад.

– Что именно ты знаешь про банк тел?

– Все, что мне нужно было знать.

– Тогда я ограничусь кратким вариантом. Банк тел ее убил. Она предупредила, что меня они тоже захотят убить. – Я снова навела на него пистолет. – Я хочу, чтобы ты удалил этот чип.

– Понимаю, почему тебе не хочется, чтобы они тебя отслеживали. Ты видела смерть Хелены.

– Вернее, слышала. Так что извлеки его, пожалуйста.

– Не могу.

– Но ты же делал операцию и изменял его! Два раза.

– И это было непросто. А вот извлечь его я не могу. Тебе его поставили как часть сложной сети, так что если кто-то попытается его извлечь, он самоуничтожится. Как минимум у тебя будет кровоизлияние, а в худшем случае тебя просто разнесет на куски. Считай это крошечной бомбой у тебя в голове.

– Бомба? У меня в голове? Вы шутите!

– Мне очень жаль.

Кровоизлияние. Разлетевшаяся на куски голова. Мне стало нехорошо.

– Это отвратительно! – Я опустила пистолет. – Зачем они это со мной сделали?

– Скорее всего это делают со всеми донорами. Как предохранитель. Так никто не сможет убить донора и завладеть ценной технологией.

– Значит, я останусь с куском металла в голове, и он будет связывать меня с ними всю мою оставшуюся жизнь?

– Боюсь, что да.

Я никогда не стану прежней. Никогда не буду считать себя в безопасности. Та девушка, которая вошла в банк тел, исчезла навсегда.

Редмонд откашлялся.

– Есть и хорошие новости.

– Какие это?

– Измененный чип есть только у тебя. Это делает тебя уникальной.