Грэйв - Диваныч Ватников

Макс захандрил окончательно и, чтобы сбить мрачные мысли, пошел ставить чайник для кофе. Тут же на помощь прибежала Ленка.

— Эдик ты чего такой? Чего загрустил? Не танцуешь совсем, такой праздник ты нам устроил, такой

праздник. У меня с Нового года такого не было! Жаль только, что мандарины закончились. Теперь, небось, опять до декабря ждать их.

Макс улыбнулся

— А ты в тумбочке хорошо смотрела?

Ленка взвизгнула и помчалась к тумбочке. Достала коробку с мандаринами.

— Эдик! Когда ты успел их туда положить? Ты прямо Игорь Кио какой-то! Где ты их прятал, сознавайся!

Макс рассмеялся. Хорошее настроение возвращалось.

— Где прятал, там уже нету. Бери всю коробку, тащи домой, до декабря, конечно не хватит, но до утра хватит точно.

— Не, Эдик, так нечестно. Тогда надо между всеми поделить.

— Ну как знаешь. Только не делите сейчас, а то опять сразу сожрете и спать ложится придется без мандаринов. И кофе не выпьете и эклеры уже не влезут. Придется утрамбовывать. Все, чайник вскипел, пошли народ кофием поить и эклерами кормить.

Расходились дружно. Хотя подвыпивший Актуганов и кричал, что «морской закон — волной смоет», а Долгих предлагал убираться с утра, комнату все-таки убрали сразу, посуду помыли. Пустые бутылки спрятали в шкаф, кроме трех из-под токайского, такие нигде не принимали. Макс положил их в кейс, сказав, что по дороге выбросит где-нибудь в мусорный бак. Илюшина принесла мандарины, их поделили. Хотели всучить и Максу, но он отказался от своих трех штук, всучив их трем девушкам. Проходную форсировали вместе, стараясь не дышать, но вахтер все равно что-то унюхал и понимающе хмыкнул. Сначала усадили в автобус тех, кому надо было на окраину, потом отправили туда же тех, кому нужен был трамвай. Почти одновременно подошел трамвай в центр, им уехали остальные, оставив Макса и Илюшину вдвоем. Ленке надо было топать пешком, Максу по легенде нужен был автобус до вокзала. Макс предложил проводить. Ленка обрадовалась.

— Ой, действительно, проводи, а то я с зарплатой, рабочий день давно закончился, народа на улице мало. Я покажу дорогу, ты там на другую остановку выйдешь, там и твои автобусы, и троллейбус.

Опять начал капать закончившийся было дождь. Лена достала из сумочки зонтик, дала Максу, а сама взяла его под руку. Вот черт, проклятый кейс, подумал Макс, у которого обе руки оказались заняты. Подошли к светофору.

Близко не подходим — предупредила Ленка — Тут, сколько себя помню, на проезжей всегда ямы в асфальте, во время дождя каждая машина тучу брызг поднимает. Чинят каждый год, чинят асфальт, чинят и все без толку. Говорят, здесь как раз протекала речка, у которой вон тот фарфоровый завод построен. Меня знаешь сколько раз тут водой из луж окатывало! Не сосчитать. Зазеваюсь и уже мокрая.

Макс подумал, что надо бы дать задание грэйву привести перекресток в порядок. Ушедшая было хандра вернулась.

— Лен, вот смотри, закончу я с установкой возиться, будет она автоматической, ты что тогда делать будешь?

— Да что, дел что ли мало? В крайнем случае, не найдется дел в лаборатории, так пойду в цех, буду те же самые микросхемы по группам сортировать, делов то.

— Ну а если мы такие микросхемы сделаем, что и сортировка не нужна будет?

— Ну, пойду проволоку к кристаллам приваривать, я уже когда-то месяц сидела за микроскопом.

— Ну а если мы и этот процесс автоматизируем? Это ж тысячи работниц куда-то разом пристроить надо.

— Эдик, ну чего ты пристал. Во-первых, не придумаете вы такие станки быстро, лет двадцать пройдет. А во-вторых, не поставите же вы все станки разом, одновременно. Процесс растянется на год-два и всех куда-нибудь успеют пристроить. Я тогда, через 20 лет, может уже начальницей большой буду, не пропаду.

Ленка показала Максу на одноподъездную девятиэтажку.

— Вон мои окна, на восьмом этаже, тридцатая квартира.

Макс мысленно выругался. Как раз в лифте этого дома грэйв устроил один из порталов. Макс несколько раз пользовался им. А что если бы на Ленку напоролся? И ладно вечером, а утром?

Дошли до подъезда, встали под козырек. Ленка забрала у Макса зонтик.

— Ну все, давай прощаться, на чай не приглашаю, у меня мама строгая. Да и папа болеет, — погрустнела она — рак. Мучается очень. Тебе туда. Прямо на остановку выйдешь. Еще раз спасибо за праздник, Эдик.

Ленка чмокнула Макса в щеку и упорхнула в подъезд.

Макс закурил.

Надо же, не пропадут они. Даже представить себе пока не могут такое. Автобус не резиновый, но пока не лопнет, место для еще одного человека всегда найдется. Все будет хорошо, а дрянной перекресток с вечной лужей — это мелочи. Девочка два года работает на острие прогресса, пусть пока лаборанткой, а на палку чая пока пригласить не может, с родителями живет. Сколько ей лет? Около девятнадцати, может все двадцать. Впереди — целая жизнь, а рядом смерть. Рак страшная болезнь, пока не лечится. Пока. И не поступишь ты, умная добрая девочка, в свой институт, пока отец, живущий рядом с тобой, умирает. Пока. Интересно, у грэйва есть лекарство от рака, надо узнать, пока не поздно. Опять это пока. Пока я тут за свою чистенькую новую биографию дрожу. Вот что, ребята, дармового корыта я вам не дам. Придется вам отрабатывать.

Макс зло швырнул недокуренную сигарету на асфальт и шагнул в подъезд.

Часть третья 

21

Утром Макс попросил у Евгения Николаевича оторваться от работы на пять-десять минут. Потащил его в соседнюю комнату, где на столе Макса был собран простенький испытательный стенд.

— Вот, Евгений Николаевич, диод сделал, посмотрите вольтамперную характеристику.

— Тоже мне, диод. Эдик, мы микросхемами занимаемся — пробурчал Один.

— Ну, микросхемы то все-таки из дискретных элементов состоят — заметил Эдик — Вы посмотрите, посмотрите.

— Ну что тут смотреть? Так, обратное напряжение. Да, тока нет. При каком обратном напряжении пробивается?

— Постоянного напряжения наш источник больше чем 800 вольт не выдает, их держит, дальше не знаю, только переменку пробовал, три киловольта держит, дальше не знаю.

Один подал максимальное напряжение.

— Ого, обратного тока вообще нет — Евгений Николаевич подергал провода и пощелкал переключателем шунтов амперметра. — хорошо, замечательно, а что там с прямыми токами?

— Вы обратите внимание на падение напряжения на диоде, за приборы не беспокойтесь, я предохранитель на 20 ампер поставил

— Ну да, ну да, на диод Шоттки очень похоже. Ну ничего себе! Падение всего один и два милливольта при пятнадцати амперах! Замечательный результат, можно поработать, но при чем тут все-таки наши микросхемы?