Ярость рвет цепи - Романовский Александр

Курт бежал по бетонному полу, перепрыгивал через трубы и пучки силовых кабелей. Его путь освещал ровный желтый свет, излучаемый лампами накаливания. Сенсоры заранее обнаруживали приближение твердого тела, после чего давали команду светильникам. Но стоило Курту промчаться мимо, как лампы тут же выключались. Несколько метров полумрака, и другие сенсоры обнаруживали появление волка.

Свет мчался вместе с ним, хотя Курт не нуждался даже в этом спутнике. Безволосые любили всякого рода удобства, не терпели темноты и легко могли заблудиться даже в собственном жилище, если там вдруг отключили бы электричество. Курту было трудно представить, как они живут с таким обонянием, полагаясь только на зрение.

С другой стороны, у них была куча других преимуществ, о которых волки могли только мечтать. Машины, обладавшие практически сверхъестественными возможностями, превосходные еда и питье, роскошно обставленные жилища, мягкие безволосые самки… Наконец, они могли ходить где угодно, не прячась по душным подвалам! Они жили, будто короли, в своих недосягаемых Ульях.

Спохватившись, что думает совсем не о том, о чем надо бы думать, молодой волк невольно замедлил бег. Жизнь с каждой секундой уходит из тела сестры, а брат, низкий, продолжает грезить о своем запретном плоде. Даже эту вылазку, которая может оказаться для Джейн последним шансом, он, Курт, воспринял как еще одну возможность коснуться этого плода.

Неопределенное будущее одновременно страшило и притягивало его. Он никогда не слыхал об участи тех волков, которых в прошлом изгоняли из стаи. Что, в общем-то, было неудивительно – из памяти изгнанников предварительно стирали всю информацию о местонахождении убежища.

Курт Страйкер никогда не решился бы уйти из стаи, но в глубине души страстно хотел этого.

Тут Курта пронзила страшная мысль, от которой он даже споткнулся.

А что, если он решился на это злодеяние вовсе не из-за страдающей сестры? Что, если именно то, что таилось в глубине его сознания и заставляло снова и снова подниматься на поверхность, и подтолкнуло его сейчас на дорогу, с которой уже не свернуть?! Втайне от себя самого он желал, чтобы его изгнали из стаи. Только знал, что не переживет такого позора.

И вот, пожалуйста, подходящий случай представился.

Упрямо стиснув челюсти, Курт устремился вперед. Лампы пролетали мимо так быстро, что превратились в смазанные желтые пятна. До выхода осталось рукой подать. Ну и что, если его догадка верна? Что это меняет? Он любит свою сестру и сделает все, чтобы ее спасти. Если богам угодно, чтобы его мечты осуществились именно таким замысловатым образом… Что ж, тем лучше. Он готов.

Наконец ноги вынесли его к лестнице. Никаких ступеней, одни холодные и неудобные железные брусья. Проем в потолке был такого размера, чтобы в него смог протиснуться крупный безволосый. Волкам это удавалось без труда, хотя когти порядком мешали обхватывать перекладины.

Прежде чем приступить к подъему, Курт задержал дыхание и около минуты прислушивался. Остроконечные уши чуть подрагивали, улавливая малейшие колебания воздуха. Ничего. Даже приложив левое ухо к металлической лестнице, он не услышал ни единого шороха. Безволосые бродили где-то далеко.

Курт начал подъем. Лапы скользили по холодному металлу, и, чтобы не сорваться, приходилось прилагать изрядные усилия. Через несколько секунд голова вынырнула из бетонной полыньи. Показался следующий ярус – практически ничем не отличавшийся от предыдущего. Изощренности и глупости безволосых можно было лишь поражаться (ну и, конечно, завидовать). Они возводили свои Ульи для того, чтобы экономить место, а на деле получалось, что огромные помещения предназначались исключительно для того, чтобы обслуживать другие помещения, те – еще какие-то, и так – до бесконечности. В таком случае, кто же сидит на самом верху? Это была одна из тех загадок, которые Курт никак не мог разгадать.

Помедлив, он вновь прислушался, попробовал воздух на вкус. Ничего. Но вдруг совсем рядом раздался тихий шорох, словно что-то тащили по бетонному полу. Волк осторожно выглянул наружу.

Как он и думал, это оказался один из роботов-ремонтников, которых безволосые запускали в подвал чинить мелкие поломки. Внешне эта машина напоминала таракана – большого, с блестящим металлическим хитином. Он неторопливо перебирал тонкими ножками, продвигаясь куда-то по своим делам и освещая дорогу фонариком. Казалось, робота ничуть не заботило, что происходит вокруг, но старейшина советовал держаться от этих штуковин подальше. Радиосвязь в подполье была ужасной из-за обилия бетонных преград и высоковольтных кабелей, поэтому тараканы-ремонтники были предоставлены самим себе. Тем не менее безволосые могли научить их обращать внимание на все подозрительное и запоминать увиденное. Появление таких шпионов имело бы для стаи крайне печальные последствия.

Как волк ни торопился, природная осторожность победила. Он ждал, повиснув на лестнице, пока стальной таракан не уберется на достаточное расстояние. Это был парадокс номер два: безволосые создавали одни машины, а затем другие – чтобы обслуживать предыдущие. Стало быть, у этого таракана также имелись свои слуги, тогда как на подземном ярусе обитали его повелители – генераторы, распределители, трансформаторы и прочее, прочее… А где-то в самой глубине, если верить слухам, находился подлинный властитель – ядерный реактор, энергия которого питала весь Улей. Концентрация безволосых была там особенно велика. Огромный лифт опускался и поднимался дважды в сутки, когда сменялись рабочие. Даже безволосые не осмеливались переложить всю ответственность на одни лишь машины.

Дождавшись, когда блики фонарика погасли вдали, Курт стал подниматься дальше. Он миновал еще два уровня, заполненные тьмой и тишиной – лишь в отдалении мерцали мониторы да перемигивались диоды. После каждого лестничного пролета приходилось терять несколько мгновений: следующий начинался немного правее проема в полу, чтобы технику, если он вдруг сорвется, не пришлось лететь чересчур далеко. Кое-кто из волков проверил это на собственной шкуре. Безволосые предвидели многое, и все-таки отнюдь не все.

Вскоре холодные железные брусья кончились. Потолок на этом уровне был много выше, нежели на предыдущих. Светильники безразлично освещали огромное пространство. Вокруг, насколько хватало глаз, возвышались ровные ряды одинаковых металлических ящиков. Внутри что-то время от времени попискивало, потрескивало и звякало. Именно сюда безволосые любили захаживать чаще всего, однако на этот раз никого в пределах видимости не оказалось.