Золотое руно (сборник) - Сойер Роберт

— Да.

— И, — продолжил Дэйл, — это решение, вероятнее всего, будет включать в себя требование смертной казни. Часто это требование не включается, даже если тяжесть преступления ему соответствует, если остаётся хотя бы тень сомнения. Присяжные могут не чувствовать сомнений, приговаривая вас к пожизненному заключению, но приговаривая к смерти захотят большей уверенности. Однако если вы просто признаете вину, это устранит все оставшиеся у присяжных сомнения.

— Я готов к любым последствиям.

Дэйл пожал плечами.

— Это, как вы сказали, ваша прерогатива. Как ваш адвокат, я должен проинформировать вас о том, что лучшим вариантом для вас будет просто послать меня в офис Линды Зиглер и сказать ей, что мы можем согласиться на признание вины. Мы можем заключить сделку — вы признаёте вину, а дело переквалифицируют из умышленного убийства в причинение смерти по неосторожности — тогда вас совершенно точно не казнят, а вы, возможно, отделаетесь пятью годами тюрьмы.

— Можно и так, — сказал Хаск. — Если прекратится преставление доказательств.

— Хорошо, — сказал Дэйл. — Но, послушайте, я потратил массу усилий, готовя это дело и своё заключительное слово. Вы по крайней мере обязаны мне возможностью выступить с ним — пусть даже только перед вами и Фрэнком.

Щупальца Хаска сплелись в выражении озадаченности.

— Не улавливаю, для чего.

— Доставьте мне удовольствие, — сказал Дэйл.

— Но ведь нет никакого смысла…

— Я думаю, есть, — сказал Дэйл. — Прошу.

Хаск издал вздох, очень похожий на человеческий.

— Ну, хорошо.

— Спасибо, — сказал Дэйл, поднимаясь на ноги. Он засунул большие пальцы под подтяжки и повернулся лицом к несуществующему жюри.

— Дамы и господа присяжные, я хотел бы поблагодарить вас за внимание, проявленное вами к этому весьма непростому делу. Это было дело, непохожее ни на какие другие, касавшееся вопросов, выходящих далеко за стены этого здания… — Дэйл, замолк. — В этом месте Линда должна вскочить и заявить протест, — сказал он и улыбнулся. — Я не должен побуждать присяжных принимать во внимание что‑либо, кроме фактов, установленных в ходе судебного разбирательства. — Он снова переключился в режим зала суда. — Там или иначе, дамы и господа, давайте снова рассмотрим улики.

Мы слышали слова капитана Келкада о том, что изначально команда звездолёта состояла из восьми тосоков, включая его самого. Мы также слышали, что одна из этих тосоков, по имени Селтар, умерла во врёмя полёта к Земле, и что обвиняемый, Хаск, выполнил изъятие её органов, что было нормальной, предусмотренной инструкциями процедурой в случае, когда умирает один из членов команды.

Обвинение хотело бы заставить вас поверить в то, что этот непредвиденный случай — необходимость вскрыть мёртвое тело — оказал на Хаска такое возбуждающее действие, что им овладела непреодолимая тяга испытать это снова. И когда такая возможность представилась, согласно версии обвинения, Хаск и правда повторил этот опыт, убив Клетуса Роберта Колхауна и жестоко расчленив его тело.

Мы также слышали, что на месте преступления была найдена тосокская кровь — но улики, несомненно связывающие эту кровь с Хаском, представлены не были. Также на месте преступления был кровавый отпечаток, который мог быть отпечатком тосокской ноги, но, опять же, обвинение так и не смогло доказать, что след этот принадлежал Хаску.

Далее, известно, что мой клиент действительно сбросил кожу примерно в то же самое время, когда был убит доктор Колхаун. Обвинение подчёркивало этот факт, предполагая, что Хаск ускорил наступление момента линьки, потому что запачкался кровью доктора Колхауна.

На первый взгляд, то, что линька Хаска была вызвана искусственно, подтверждают показания Станта, ещё одного тосока, который оказался сводным братом обвиняемого. Выяснилось, что в соответствии с особенностями тосокской биологии Хаск и Стант родились с разницей от силы в несколько часов, и что линька у них должна происходить практически синхронно. Однако, как мы все видели в этот самом зале суда, — Дэйл подмигнул, давая Фрэнку и Хаску понять, что он не полностью погрузился в фантазию своей заключительной речи, — сам Стант сбросил кожу без какой‑либо видимой стимуляции через пять месяцев после Хаска.

Затем нормальный ход разбирательства был прерван ужасным событием — психически больной человек стрелял в обвиняемого. Судья Прингл без сомнений проинструктирует вас, и с полным на то основанием, что сам факт того, что это событие имело место, не должен влиять на ваш вердикт. То, что кому‑то пришло в голову выстрелить в Хаска, не делает его виновным. Но и симпатия к его ранению также не должна подводить вас к мысли о его невиновности. В самом деле, будет лучше всего, если вы это событие полностью проигнорируете.

Кого вы не можете просто проигнорировать, так это доктора Карлу Эрнандес, хирурга, помогавшего тосоку по имени Стант доставать пулю из тела Хаска. Доктор Эрнандес готовила Хаска к операции и заметила на его теле нечто, в чём она опознала рубцовую ткань — рубцовую ткань, образовавшуюся после предыдущего хирургического вмешательства.

Мы все, конечно, слышали о способностях тосоков к регенерации. Мы даже знаем из показаний свидетелей о том, что они могут заново отращивать не только конечности, но и повреждённые органы. Так что само собой разумеется, что эти отчётливые, выглядящие вполне свежими шрамы на теле Хаска появились сравнительно недавно — со временем они бы полностью исчезли.

Но что могло оставить эти шрамы? Ответ, дамы и господа присяжные, очевиден: они появились в результате хирургического изъятия органов из тела Хаска.

Когда доктор Нобилио и капитан Келкад вернулись на корабль пришельцев, они подтвердили то, что я уже давно подозревал: что несколько органов, которые Хаск должен был изъять из тела Селтар, также отсутствуют.

Так что же, Хаск — это какой‑то межзвёздный монстр, настолько жадный до частей тела, что он не только пожрал некоторые из тех, что изъял из тела своей мёртвой коллеги, но и зашёл так далеко, что с этой целью вырезал органы из своего собственного? — Дэйл замолчал и посмотрел сначала на Фрэнка, потом на Хаска.

Конечно же, нет. Это было бы просто смешно. В конце концов, эта рука на спине, может быть, и даёт Хаску определённое преимущество перед людьми в выполнении тонких манипуляций, но это преимущество совершенно точно не делает его способным производить хирургическое вмешательство в собственное тело.

А это, дамы и господа, означает, что хирургические шрамы на теле Хаска были оставлены кем‑то ещё. И кто же это мог быть? Явно не кто‑то из людей, иначе Хаск просто назвал бы нам его — какая бы это была ирония для наших помешанных на НЛО друзей! Пришельцы являются на Землю, и люди вырезают из них органы, а не наоборот. Но в нашем случае произошло не это. Нет, операцию Хаску явно делал другой тосок — и тот факт, что края разрезов были стянуты не швами, а чем‑то неизвестным, доказывает это. Но зачем? И кто из оставшихся шестерых членов команды мог это сделать?