Часть 1 - Дуров Викторович

Вообще, Ника умело направляла беседу таким образом, чтобы рассказывать о себе как можно меньше, Лика потом призналась, что несколько раз хотела спросить, кто Ника по профессии, где работает, но как-то все не складывалось. Даже фамилию гостьи спросить забыли.

В таком случае, Михаил попал. Может и в хорошие руки он попал, но в твердые. Или это Виктор Михаилу завидует?

Виктор с семьей остались на даче, а Ника и Михаил отправились в город автобусом. Уходили в обнимочку, как любовники. Когда же это они успели любовниками стать? И где? Наверное, пока прогорали дрова, на чердаке.

Провожая парочку глазами, Виктор увидел, что они свернули с дороги к автобусной остановке в лес. И вправду, чего зря время терять.

А Оксана подошла к отцу, и прошептала с некоторым разочарованием:

– А я думала, что девушка дяди Миши будет из другого мира.

При этих словах Виктора кольнуло воспоминание о том, что в Смоляче он не видел смолячанок. Загадка, которая не дает покоя.

Н-да, украли у Виктора напарника. Приходится самому по параллельным мирам лазить. И если бы быть уверенным, что все закончится хорошо, что сегодня поход в мир Каменное Дерево вполне безопасен. Но – все наоборот, не отпускает уверенность, что сложно сегодня придется. Смертельной опасности может и нет, однако наверняка сказать нельзя, не научился Виктор к предчувствиям прислушиваться так, чтобы все понимать. Старый уже, наверное, учиться.

За сомнениями и воспоминаниями Виктор умудрился пропустить то место на дороге, где открывался лаз. Не беда, развернулся. Интересно, если он с другой стороны во мглу въедет, то выедет тоже в другую сторону? Будет ехать к Смолячу, или от него?

Пора, кстати, мантру читать, то самое место.

«Корни ветра не коснутся взгляда снежной черепахи». В этот раз картинка перед внутренним зрением возникла сразу, четкая и ясная. И умиротворение не появилось, а буквально нахлынуло. А вот и мгла, мерцает, как и в прошлые разы.

Виктор неторопливо въехал, никаких оптических эффектов не заметил совсем. Только что был в одном мире, теперь в другом, растет мастерство пролазника.

В мире Каменное Дерево было раннее утро, хотя на Планете Земля – вечер. Это потому, что время идет быстрее. Хотя достаточно тепло.

А выехал он действительно в другую сторону, колеса велосипеда шуршали по серой половине дороги, впереди виден поворот, значит – от Смоляча едет.

Что касается ощущений, Виктор испытывал воодушевление оттого, что снова проник в параллельный мир, а также страх, желание спрятаться. Глаза сами выискивали подходящее место в кустах. Откуда этот страх, с чего бы? Может – чутье пролазника? Когда Виктор сообразил, что да, это действительно чутье, было уже поздно: из-за поворота выехал паровозик. И страх пропал, значит прятаться действительно нет смысла, а может даже опасно, ведь водитель паровозика уже увидел велосипедиста, и бог весть что подумает, если Виктор вдруг возьмет и свернет в кусты.

Мог бы и сам сообразить, что правильнее будет и в этот раз спрятаться, понаблюдать за дорогой. На всякий случай, раз чутье предупреждало об опасности.

Зря, значит, Виктора хвалили на сайте пролазников за хорошую подготовку и планирование похода в параллельный мир, раз даже мысль о планировании в голову не пришла.

Паровозик был небольшой, всего три человека поместятся. Сначала ехал медленно, но потом вдруг рванул вперед. Виктор насторожился, притормозил на всякий случай, а когда пузырь-самоход резко остановился рядом, едва не упал с велосипеда. Потому что увидел, кто в паровозике сидит: это была женщина, да еще какая! Блондинка с голубыми глазами, правильными чертами лица и ладной фигурой – это описание ничего толком не описывает, смолячанка была невероятно женственна, привлекательна уже за пределами привлекательности, в ней что-то возвышенно-потустороннее было. Если бы Виктору показали ее фотографию и спросили, кто это, он бы ответил: «Богиня полярного сияния».

Словом, первая встреча с женщиной аюром превзошла все ожидания.

На материале для одежды смолячанка неплохо сэкономила: у верха декольте почти до пупка, по бокам узеньких шортиков прорези вместо карманов, и сквозь них откровенно белеет тело.

Но лицо у женщины было обеспокоенным, даже испуганным. Причем ясно было, что она не за себя боится, за Виктора, уж очень глаза расширены. Что ее могло напугать, одежда? У них тут за три недели мода поменялась? Все может быть.

Тут Виктора ошарашило дополнительно, он наконец-то узнал, как смолячане из своих паровозиков выбираются – пузырь над платформой исчез. Не втянулся в платформу, не лопнул, не растворился в воздухе, просто был – и нет.

Женщина быстро, напряженно спросила по-смолячански:

– Во сэтэм порухен оберета?! Есэм зову хэелетов! – и надела очки. Голос у нее полностью соответствовал внешности, такой же… божественный.

Как ни странно, сказанное женщиной вполне укладывалось в словарный запас Виктора. И как не дико, обалдение от встречи с богиней и последовавшего за этим исчезновения пузыря не помешало смыслу слов дойти до сознания. «У вас нарушение цикла?! Я вызываю врачевателей!» – вот что было сказано.

Упоминание врачевателей заставило пролазника мобилизоваться и сконструировать корявую фразу:

– Есэм наладэн, – то есть «со мной все хорошо».

Богиня полярного сияния на секунду замерла, а потом протянула с веселым облегчением:

– А-а-а, сэтэм занэнаш, – и рассмеялась. Очень красиво смеялась, Виктор аж сам подхихинул.

А что же она сказала? «А-а-а» – понятно, что означает. «Сэтэм» – тоже понятно, «вы», это слово Виктор помнил. А «занэнаш»? «Нэнаш» означает чужой, неместный. «Занэнаш», если Виктор хоть что-то понимает в смолячанском, должно означать «иностранец», или даже «инопланетянин». А может, «иномирянин», «пролазник»?! Вряд ли, аюры про сеть лазов не знают. Скорее все же «иностранец», смолячанка по акценту Виктора так решила.

Чем бы ни был этот их цикл, у иностранцев или вовсе такого не бывает, или оно по-другому происходит, в другое время. Но до чего же все-таки приятно иметь дело с вдумчивыми людьми, им можно не врать, они сами себя обманут. Услышала богиня акцент Виктора, и все ей стало ясно: перед ней иностранец, присутствие которого на дороге не обязательно означает нарушение у него цикла. Впрочем, она не очень ошиблась, разве что не представляет, насколько «занэнаш» ей встретился.

Виктор пожал плечами, на всякий случай. Пожать плечами – очень хороший способ уйти от ответа, каким бы ни был вопрос.

Женщина посмотрела в сторону браслета на руке Виктора и спросила спокойным дружелюбным тоном: