Лаборатория - Мила Светлова

— За что? Что я совершила? — в сотый раз вопрошала я себя. — Чертова память! Что произошло за эти проклятые полгода, о которых я ничего не знаю?

Я вдруг вспомнила сцену ареста отца. Зайди на Желтый форум — сказал он. «Оригинальный способ прощаться с дочерью», — со злостью подумала я. — «Ни слов успокоения, ни каких-либо намеков. Намеков? Боже, какая же я идиотка! Желтый форум — это не намек, это прямое указание к действию. Где же еще, как не на Желтом форуме можно найти существующие и не существующие новости про все и про всех на свете. Необходимо срочно зайти в сеть». Я привычным жестом попыталась нащупать Ключ, который всегда носила на цепочке, на шее. Ключа не было.

— Естественно, — сказала я самой себе. — Ведь я в больнице, а Ключи на шеях у пациентов здесь не предусмотрены.

Страж, услышав просьбу вернуть мне Ключ, заметно поскучнел.

— Не положено, — заявил он и начал закрывать дверь.

— Как это не положено, — заорала я, пытаясь помешать ему. — По закону, у каждого жителя Демократического острова обязан быть при себе Ключ.

— Вы арестованы.

— И что? Арестованный — не человек?

— Не положено, — отрезал он, захлопывая дверь у меня перед носом.

Проклятье, меня лишили даже доступа к сети — источнику информации, которым я привыкла свободно пользоваться с детства и без которого я чувствовала себя как без рук. Немного успокоившись, я глубоко задумалась: необычное поведение отца могло иметь другую причину, чем простое сумасшествие. Например, эта дурацкая фраза: если у тебя будут проблемы, посмотрись в зеркало. В другое время я восприняла бы это пожелание, как издевательство, потому что моя внешность не располагала к любованию собой в зеркале. Но сейчас чертовски странное время. Я подошла к зеркалу, возле которого недавно отец поправлял прическу, и от неожиданности застыла как вкопанная: на меня смотрела абсолютно незнакомая мне молодая женщина. Я даже обернулась назад, чтобы убедиться, что за мной никто не стоит. Дрожа от страха и возбуждения, я принялась изучать свое отражение:

Нос, рот, глаза — все мое, разве что волосы коротко пострижены (а я себя помню с длинными волосами). Что касается фигуры, то я поздравила себя с великолепным приобретением — такой фигуре могла бы позавидовать и топ-модель. А пол года назад я не называла себя иначе, чем бесформенной толстухой. Теперь понятно, почему паренек за дверью густо покраснел, увидев меня: в больничной пижаме, без бюстгальтера я выглядела очень даже сексуально. И все же не короткая стрижка и не стройные ноги делали меня другой, а твердое выражение лица, блеск в глазах, прямая осанка, гордая посадка головы. Короче, я видела перед собой уверенного в своих физических и душевных силах человека.

Я еще долго стояла перед зеркалом, дивясь метаморфозам, происшедшим с моей внешностью и строя радужные перспективы, касающиеся личной жизни. Расческа, оставленная отцом у зеркала, заставила меня вспомнить о несчастьях, так неожиданно настигших нас. Бедный мой папочка, такой трогательный со своими смешными привычками. Я машинально пригладила расческой волосы, прокручивая в памяти арест отца и события ему предшествующие. Если отбросить предположение, что папа свихнулся, то… Расческа, вот что он имел ввиду, когда предложил полюбоваться на свою физиономию в зеркале. Он специально забыл ее у меня в палате, чтобы я воспользовалась тем, что в ней спрятано. А что там спрятано? Он настойчиво советовал зайти в сеть, а это значит, что мой изобретательный родитель спрятал в расческу Ключ. Но почему он воспользовался таким чудным способом? Один из полицейских, производивших арест, спросил второго, не успел ли папа мне что-нибудь передать. За нами следили, и отец, зная это, приготовил мне маленький, но очень ценный подарок. Но если за палатой следили, то воспользоваться Ключом я не смогу.

Охранник, открывший на мой стук дверь в четвертый раз, без обиняков сообщил, что я ему надоела.

— Мне нужно в туалет, — сказала я, пропуская его жалобы мимо ушей.

Эта простая, в общем-то, просьба поставила парня в тупик. После долгих раздумий, он сказал, отчаянно краснея.

— Я думаю, эммм, что в туалет можно. Но мне придется Вас сопровождать.

— Конечно, — кивнула я. — Иначе я могу смыться. Через унитаз.

— Слишком много говорите, — поделился своим наблюдением полицейский. — Идите вперед, я за Вами.

— А ведь он прав, — думала я, следуя за своим стражником. — Раньше за мной такого недостатка не замечалось.

Никогда не умевшая, да и особенно не желавшая общаться с людьми, я редко вступала с кем-либо в беседы, а если уже приходилось участвовать в разговоре, то я предпочитала больше слушать, чем говорить. Интересно, какие еще сюрпризы о себе самой меня ожидают в дальнейшем?

Полицейский, пунцовый от смущения, запустил меня в туалет, оставшись охранять меня снаружи. В туалете я самым тщательным образом обследовала расческу и обнаружила миниатюрный чип и тонюсенькую полоску бумаги, приклеенные к ручке расчески. В записке советовалось ввести Ключ под кожу на руке, чтобы при обыске его не обнаружили.

Я включила заветный приборчик, но вместо привычной паутины киберпространства увидела перед собой сплошную стену с массивной дверью посередине.

— Это еще что такое, — в замешательстве пробормотала я.

Тот час же перед дверью появился премиленький чертенок с рожками, копытцами и хвостом пони. Чертенок прыгал перед моим носом и строил мне уморительные рожицы. Еле справившись с изумлением, я попросила его открыть мне дверь.

— Нужен пароль, — ответил он, продолжая мельтешить перед глазами.

— Какой пароль? — удивилась я еще больше. Я старалась говорить как можно тише.

— Так я тебе и сказал, — нагло отрезал чертёнок.

— С каких пор нужен пароль, чтобы зайти в сеть? — я потихоньку начинала свирепеть.

— С тех самых пор, как некая молодая особа сунула свой нос, куда не должна была, — пояснило адское создание.

— Но я не знаю никакого пароля! — шепотом воскликнула я.

— Ничем не могу помочь.

Чертенок исчез, а в стене появилось окошко, за которым виднелся недосягаемый мир сети. Через пару секунд оно открылось, и в нем показалась смеющаяся физиономия отца.

— Привет, солнышко! Тебе понравился мой дьяволенок?

— Папа, мне не до шуток. Что происходит?

— Хочу напомнить тебе, что ты говоришь с программой, поэтому задавай конкретные вопросы.

Проклятие! Как я могла забыть, что я в виртуальном мире и общаюсь с виртуальными образами?!

— Ты знаешь, за что нас арестовали?

— Хочу напомнить тебе, что ты говоришь с программой, поэтому задавай конкретные вопросы, — повторило папино подобие.