Лаборатория - Мила Светлова

— Как ты себя чувствуешь, котенок? — дрогнувшим голосом спросил он.

— Вполне сносно, папочка. Ты случайно не знаешь, что я делаю в больнице?

— Тебя нашли 2 дня назад в Парке без сознания. Врачи говорят, что ты здорова, но переутомлена.

Внезапно он схватил меня за плечи и сильно тряханул:

— Где ты пропадала столько времени? Я с ума сходил от беспокойства. Я думал, что тебя уже нет в живых.

— Где я пропадала столько времени, — машинально повторила я, убирая его руки с плеч. — Папа, о чем ты говоришь? Я никуда не пропадала. Я жила как обычно, работала и… Только я не помню, что я делала позавчера в Парке.

— Жила как обычно?! — вскричал папа, вскочив на ноги — О боже! Ты исчезла полгода назад, не появлялась ни на работе, ни дома. Тебя объявили в розыск по всему острову. Твои фотографии распространили в сети. У нас так сложно пропасть без следа, но ты умудрилась это сделать и сейчас утверждаешь, что ничего особенного не произошло!

— Папа, о чем ты говоришь, — закричала я, испугавшись не на шутку. Я решила, что мой бедный родитель тронулся умом.

— Ах, она еще не знает, о чем я говорю?! — Внезапно отец замолчал и подозрительно уставился на меня.

— Назови дату последнего дня, который ты помнишь, — потребовал он.

— 22.1.

— А сейчас 1.7!

— Ты не помнишь, что с тобой было за это время? — после продолжительной паузы неуверенно спросил отец.

Я тупо глядела на него, пытаясь переварить все, что я только что услышала. Честно говоря, меня не покидала мысль, что у отца — внезапное помрачение рассудка, и он выдумывает разные небылицы о своей единственной и любимой дочурке.

— Значит, я куда-то пропала на полгода и ни черта не помню об этом. Ну что же, у меня вся жизнь впереди, чтобы вспомнить о своих невероятных приключениях, — делано весело произнесла я, что бы хоть как-то успокоить моего свихнувшегося собеседника.

Папа отвернулся, явно не разделяя со мной радости.

— Происходит что-то очень странное, — тихо произнес он.

— Что происходит? — я тоже понизила голос.

Папа грустно покачал головой, крепко обнял меня и встал.

— Не волнуйся, дочка, все образуется. Кстати, ты сильно изменилась за эти полгода. Как бы то ни было, если возникнут проблемы, посмотрись в зеркало, ты необычайно хороша. А я, пожалуй, пойду.

Я растеряно смотрела на то, как папа подошел к зеркалу, вытащил расческу и начал причесываться. Эта его привычка тщательно укладывать свои три волосинки перед выходом всегда смешила меня, но сейчас мне было не до смеха: теперь я была уверена, что мой отец сошел с ума. Закончив наводить красоту, отец направился к выходу. В этот момент дверь в мою палату открылась и на пороге появилась парочка полицейских. За широкими плечами стражей порядка я узрела взволнованную физиономию одного из врачей больницы, доктора Элиота, моего хорошего знакомца.

— Мистер Истон Линд, — торжественно объявил один из полицейских, делая шаг к отцу. — Вы арестованы.

Второй полицейский взял моего родителя за локоть и вывел из палаты. На пороге отец остановился, повернулся ко мне и, посмотрев мне прямо в глаза, четко произнес:

— Зайди на Желтый форум.

Когда они вышли, первый полицейский повернулся ко мне, вперил в меня свой грозный взгляд и отчеканил:

— Мисс Мэй Линд. Вы тоже арестованы. По настоятельной просьбе вашего лечащего врача вы остаетесь в больнице еще на сутки. После этого вы будете препровождены в тюрьму. За вашей палатой будут постоянно следить.

Полицейский развернулся и вышел в коридор. Когда он закрывал дверь, я слышала, как он крикнул своему напарнику:

— Он успел ей что-нибудь передать?

— Нет, — прокричал в ответ второй служака.

Долгое время после ухода незваных и нежданных посетителей я пребывала в прострации. Я и мой отец — арестованы. Чушь, этого не может быть! За что?! Я точно не совершала никаких противозаконных действий, а подозревать отца, видного ученого, в каких-либо преступлениях просто смешно. Я вдруг вспомнила утверждение родителя о том, что я куда-то исчезала на полгода, и что я ничего не помню об этом. А может он сказал правду, и за это время произошло что-то ужасное. От этой мысли меня прошиб холодный пот. Необходимо срочно с кем-нибудь поговорить. Я направилась к двери и попыталась ее открыть. Она была заперта. Я робко постучала. Дверь открылась, и на пороге появился полицейский. Это был совсем молодой парнишка. Посмотрев на меня, он почему-то покраснел и отвернулся.

— Какое сегодня число? — спросила я дрожащим голосом.

— 1.7, — ответил он.

Ноги внезапно стали ватными, и я со стоном опустилась на пол.

— С вами все в порядке? — тревожно спросил мой стражник. — Может быть, позвать врача?

— Н-н-нет, — язык меня не слушался.

Молодой человек нерешительно потоптался на пороге, потом пожал плечами и закрыл дверь.

Значит, это факт — у меня пробел в памяти, и я совершила нечто плохое и втянула в это дело отца. Но, мой Бог, что? Я абсолютно мирный человек и не могу обидеть даже муху.

Преступления на Демократическом острове — редкость. Этому способствует малочисленность населения и гениальная Теория Абсолютной Справедливости, по которой построил наше общество Спаситель. И все же преступления существуют и иногда караются очень строго, вплоть до смертной казни. Я представила себя на электрическом стуле и завизжала от страха. Это просто сон, кошмар, сейчас я проснусь, и все будет по прежнему. Я крепко зажмурилась, посчитала до ста и открыла глаза: моя палата — камера никуда не исчезла. Увы, все это происходит со мной наяву. Я зарыдала от переполнявшего меня ужаса и беспомощности, а, закончив лить слезы и вымыв лицо прохладной водичкой, обнаружила, что ко мне вернулась способность ясно мыслить.

— Нечего здесь сидеть и разбрасываться соплями. Необходимо взять себя в руки, — твердо сказала я самой себе вслух.

Я снова забарабанила в дверь, и снова на пороге появился молоденький полицейский.

— В чем меня обвиняют? — требовательно спросила я.

— Секундочку, — он долго рылся в своих карманах и наконец-то выудил оттуда какую-то бумажку.

— Ордер на ваш арест — пояснил он и уткнулся в нее носом. — Ага, вот. Здесь написано, что вы арестованы по обвинению в шпионаже в пользу исламистов.

Опять повторилась сцена с эффектным падением на пол и с предложением позвать какого-нибудь доктора.

Такого поворота событий, я при всем своем воображении, никак не ожидала. Я шпионка!? Просто смех!!! Приветствую тебя, новоиспеченная Мата Хари! Кстати она не по своей воле распрощалась с жизнью. Холодная лапа страха снова сжала мне сердце. У меня было ощущение, что кто-то жестоко выхватил меня из спокойного теплого пруда реальной жизни и бросил в ледяной водоворот кошмаров, созданных чьим-то больным воображением.