Воскрешение - Аркадий Польшаков

И хотя учителя по уровню интеллекта были разные, ему повезло, что физику, астрономию и математику преподавал человек, любивший эти предметы и сумевший передать эту любовь своим ученикам. Хочется снять шляпу перед такими ПЕДАГОГАМИ с большой буквы, скромными в быту и незаметными в повседневной жизни. И везде: в школах и техникумах, институтах и университетах, молодому поколению прививалось чувство любви к Родине, стремление учиться, познавать, открывать новое, неизведанное, летать выше и быстрее всех. И это поколение во многих сферах было первое. Они были первые и в макромире - Космосе и в микромире - ядерной физике. В те памятные годы дети могли учиться и заниматься спортом в многочисленных кружках, дворцах и клубах. Детям той поры были чужды идеалы дикого рынка, коммерции, повального стремления к наживе, стяжательству. Как известно, временное, наносное и бездуховное рано или поздно уходит в небытие, остаются лишь вечные человеческие ценности. Очевидно, как в природе, так и у людей той или иной нации, народности есть своя цикличность развития, чередующая спад и процветание. Хорошо, что детство Андрея Югова совпало с циклом подъема страны, что в последующем и определило его успехи в науке и технике. Его любознательность, страсть к исследованию, научная смелость, поиск нетрадиционных путей решения проблем оставались с ним всегда и везде.

Город, в котором жил он, был тихим, провинциальным, утопающим весной в белом великолепии садов. В них цвели яблони, вишни, абрикосы, шелковица, груши и целый ряд других южных садовых деревьев. В скверах, парках, у калиток домов цвела душистая сирень, выбрасывали роскошные "свески" каштаны, над которыми летали, собирая нектар, пчелы. Вдоль тихих улиц зеленой стеной росла белая акация, кстати, не все знают, что ее гроздья не только красивы, но и приятны на вкус. Андрей с друзьями, возвращаясь из школы, зачастую подкреплялись на ходу этим пахучим лакомством.

Будучи уже маститым ученым, побывавшим во многих странах, он часто вспоминал свой родной город, который был ему дороже всех столиц мира. Вспомнил он свою первую любовь.

Под наплывом воспоминаний Югов нажал кнопку встроенного в панель магнитофона и из динамиков негромко полилась проникновенная мелодия и душевный голос запел:

Я пропою вам про любовь,

Про ту, что раз встречаешь в жизни,

Про ту, что без красивых слов,

Подобна "лебединой песне".

Я расскажу вам про любовь,

Что расцветает, как подснежник,

Среди проталин и снегов

Весну зовет предвестник нежный.

Я расскажу вам про любовь,

Про ту счастливую, хмельную,

Что без вина волнует кровь,

Тревожит душу молодую.

Про ту, что не продать - купить,

Где злато-серебро бессильно,

Как дух святой нельзя убить,

Моя любовь - она всесильна.

Я пропою вам про любовь,

Которая светла и чиста,

Сравнима с музыкой богов:

Шопена, Моцарта и Листа.

Я вам поведаю про то,

О чем страдаю беспредельно,

Ведь я люблю Вас, как никто,

Любовью первой своей верной...

(стихи, ноты, фонограммы песен можно запросить по e-mail: [email protected])

Песня разбудила в нем старую рану. Интересно, где теперь его первая любовь? В каком городе живет? Может, осталась в родном Энске?

Километрах в семи от его города раскинулся великолепный Брянский лес, где он любил бывать. Там он находил очарование, красоту и лесную многоголосую тишину. Забравшись на вершину холма, на котором росли могучие сосны, он часами мог слушать, как шумит лес, прерываемый барабанной дробью дятла или далеким кукованием кукушки. Этот старый лес был прекрасен в любую пору. С ранней весны и до поздней осени там можно было прокормиться. На полянах росла земляника. В низинах, где били из-под земли родники, раскинулся орешник, было много дичек (груш, яблонь), ягодников, всего не перечесть. Весной - раздолье цветов: небесно-голубые подснежники, стройные петушки, бархатистые колокольчики. Мать, получив от него букет этого лесного великолепия, никогда не ругала его за то, что он целый день пробыл там с друзьями. Вспоминая об этом, так и хочется воскликнуть: "Остановись мгновенье - ты прекрасно!"

Однако здесь было одно но... Дело в том, что дорога к лесу пролегала через Подгоровку. С каких это пор повелось, никто не помнит, но подгоровские ребята постоянно враждовали с пришлыми. Стоило городскому парню пройти по их территории, как к нему обязательно приставали местные ребята, и порой затевали драку, и, наоборот, когда подгоровские парни появлялись в городе, то городские "качали" свои права. Иногда между враждующими происходили целые сражения.

Помнится, однажды подгоровские ребята рано утром забрались в курень горожан и разграбили его. Курень был их вторым домом, поэтому варварское отношение к нему со стороны подгоровцев городские ребята не могли простить. Собравшись на большой совет, они решили проучить подгоровцев. Для этого был разработан специальный план.

После объявления подгоровцам войны, весь день на улицах, дворах и на пустырях точились ржавые мечи и сабли, отрабатывались приемы борьбы и защиты.

Андрей со своим братом Петькой тоже подготовился к предстоящей операции. Рано утром в назначенный день братья тихонько выскользнули из дома. Мать на это никак не отреагировала, поскольку они частенько в это время ходили на рыбалку. В то памятное утро многие ребята таким же образом покинули свои теплые постели и собрались у старой разбитой фашистской бомбой мельницы. Разделившись на отряды, они стали выдвигаться на заранее обусловленные позиции.

Отряд Андрея первым перешел условную границу между двумя районами. Сначала все было тихо. До подгоровского куреня было рукой подать, когда случилось непредвиденное. Из куреня вышел Рыжий (Петька Сидоренко) и пошел, очевидно, справить малую нужду к кустам, где в то время находились Андрей с ребятами. Увидев засаду, Рыжий с перепугу обмочился и заорал не своим голосом:

- Караул, нас окружают!

Из куреня выскочило еще несколько пацанов и кинулись драпать к реке.

- Вперед, братва ! - закричал Андрей - Всыплем им по первое число! - И горожане бросились погоню. У реки Югов нагнал Рыжего, подставил ему подножку, тот кубарем свалился с крутого берега прямо в воду. Дальше Югов гнаться не стал, крикнул лишь:

- Смотри, Рыжий, поймаю - ноги повыдергаю, а спички вставлю!

Огрызаясь, Рыжий вылез на противоположный берег и побежал звать своих на подмогу.

Тем временем Анатолий Стародубцев со своими дюжими ребятами крушил подгоровский курень. Это не такое уж простое дело, быстро его разрушить, так как он имел дубовые двери и был обложен дерном. Но принесенные таран, лом и кирка, помноженные на рвение ребят, сделали свое дело. Вскоре от куреня осталась груда бревен и мусора. Затем все, что горит, было подожжено, получился большой костер.