Точка Скольжения. Архипелаг. Часть первая - Егор Майндер

– Что скажете? – нарушил тишину Вишиани.

– Похоже, нам пора собираться, вот что, – хмыкнул Нинкоро.

Резидент молча перевёл взгляд на Амондо.

– Мне-то уж точно, – сказал старший аналитик, опершись на стол. В его возрасте, с таким весом, стоять даже какое-то время было тяжело, – Мне некого отправить на этот Генератор. Талантливой молодёжи в отделе полно, но такое дело я им не доверю.

– Вызвать оперативников? – уточнил Вишиани.

– А смысл? – возразил Амондо, – Что они там сделают? Затопчут сапожищами место, которое нужно аккуратно осмотреть, или сметут своей энергетикой важные следы? Нет, мне нужен кто-то не из наших. Желательно, со знанием местного языка. Если я всё правильно понимаю, местные боевики на Ситай не сунутся ещё долго. Если кто и появится, то местные – в поисках того, чем можно поживиться в разбомбленном лагере. Оперативники пусть лучше транспорт обеспечат и находятся где-нибудь поблизости. Так, чтобы высадили меня с провожатыми и вернулись по моему вызову. А я возьму вольнонаёмных. Группу Артинеса, он на островах как дома.

– Резонно, – согласился Вишиани, – А ты, Ниас, куда собрался?

– А мне хорошего агента из числа интуитов, умеющих чувствовать ложь. Хочу поговорить со свидетелями событий.

– Лично? Других дел нет?

– Я туда и обратно, могу вылететь вместе с мастером Амондо до базы Восточного Флота в Юнжи Срит, а назад своим ходом доберусь. И займусь уже работой по первому вопросу, откуда в восточных городах Селлестии взялись излишние деньги и не связано ли это с появившимся из ниоткуда Генератором.

– Значит, решили, – подытожил Резидент, – Собирайтесь, к обеду в порту будет наш борт.

Нинкоро поставил чашку, и, захватив, отчёт, вышел.

Остров Тихуес – восточная граница Селлестии. На исходе лета он утопал в зелени, густо покрывшей сопки в центре этого клочка суши. С западного берега материк было уже не видно – да и неудивительно, всё же географически Тихуес принадлежал к Архипелагу Жингкон. Впрочем, исторически – тоже. Но после Континентальной Войны, когда чуть ли не вся карта Геллии оказалась перекроена вдоль и поперёк, усилиями дипломатов остров отошёл Селлестии, ещё тогда понимавшей всю стратегическую важность Тихуеса, которую так и не осознали островитяне.

Жингкон имел здесь две небольшие деревушки. Селлестийцы же построили города. Юнжи Срит – миллионник в сердце острова, давал стране в изобилии морепродукты, строил корабли, как гражданские, так и военные. А заодно и служил главной базой Восточного Военного Флота. На севере острова лежал городок поменьше, который от Жингконцев сохранил только название в честь деревушки. Камо-Фрай располагался как раз на торговом пути в Сиборсию, здесь постоянно останавливались на денёк-другой корабли из Динджи и Тея, из Кассаринадо и Мелиании, Вивии и Андикана – все, кто не рисковал идти проливами Жингкона, опасаясь разбоя и пиратства. Зачастую здесь происходил обмен груза – часть оставалась в Селлестии, на борт загружался Селлестийский груз и корабль шёл дальше – в Сиборсию.

Юнжи Срит спокойно наблюдал за суетой в Камо-Фрай, отбирая себе всё самое лучшее из обилия товаров. Здесь тоже был порт, но не международный, а внутренний. Камо-Фрай лежал на вдававшемся в море мысе на севере острова, а Юнжи Срит – на восточном берегу. Сообщение между большой землёй и Тихуесом шло в основном маленькими судёнышками, а стоянка в Юнжи была для таких корабликов гораздо удобнее. Отсюда они переправлялись через пролив, к городу Нерáнис, лежавшем на восточном берегу материка. И только потом, уже оттуда расходились по стране.

Впрочем, так было далеко не всегда. Большую часть груза всё же оттягивал на себя город Лангес на северо-востоке страны. Тем не менее, остров Тихуес не бедствовал, города росли, в распадках сопок широкого острова всё чаще стали появляться посёлки – и не случайно именно здесь, в полосе между Камо-Фрай и Юнжи Срит – там, где сопки сменялись пологими холмами, и расположились военные базы Восточного Флота.

Юнжи Срит помимо прочего был знаменит и обилием злачных мест, где так любили скоротать увольнение в город военные. В отличие от Камо-Фрай, стремящегося сохранить лицо перед иностранцами, здесь с лёгкостью можно было оторваться на всю катушку. Ночью город отнюдь не затихал – пожалуй, жизни в нём было не меньше, нежели днём. Военные, вырвавшись за стены баз или за переборки кораблей, денег на загул не жалели – и ночной бизнес здесь процветал как нигде в Селлестии.

Днём город кишел самым, что ни на есть, разным людом – и экипажи транспортов, ожидающих погрузки-выгрузки, и команды боевых кораблей, и обычные жители – все куда-то спешили, куда-то опаздывали. Только в небольших тенистых парках, которые были по сути своей просто не вырубленными деревьями, наблюдался хоть какой-то покой. Круглый год на острове было тепло, круглый год он утопал в зелени – и выпавшие дожди тут же стекали по склонам сопок, на которых стоял город, на запад, к морю. Полосы зелени вокруг таких ручейков решено было не трогать – это и были парки, где под сенью листьев люди отдыхали, куда молодые и не очень мамы выводили детишек порезвиться.

Даже в небе здесь царила суета – проплывали крупные корабли и совсем мелкие судёнышки, выше них мелькали катера и челноки, высоко в небе проносились авиалёты – как пассажирские, так и грузовые, а иногда и военные. Воздушный коридор на высотах больших, нежели те, на которых сновали челноки и катера, но меньших, чем высоты для авиалётов, предназначался птицелётам. Диспетчерам всех мастей, областей и рангов всегда хватало работы в Юнжи Срите. Управиться со всей этой массой пролетающих, поднимающихся или садящихся машин всех видов, типов и тоннажей было нелегко. Но к чести диспетчерской службы города, сбоев и огрехов в работе диспетчеров не было давно – вся эта масса воздухоплавающих и воздухолетающих аппаратов расходилась безопасными курсами, приближающимся машинам своевременно указывался коридор, в котором они должны держаться, курс и скорость, которым им надлежит следовать. Для этого потребовалось отдать гражданским службам некоторые мощные военные радары и локаторы, покрывавшие верхушки чуть ли не каждой второй сопки. Впрочем, военные по поводу потерянных радаров особо не грустили – на вырученные с передачи деньги они понастроили более новые, а дотаций от правительства хватило и на то, чтобы все без исключения старые радары ушли гражданским, и военная служба полностью обновила радиолокационное оснащение. Решись противник уничтожить эти электронные глаза военных, чтобы ослепить систему обороны острова, он просто потерялся бы от обилия целей и вряд ли различил бы, где военный объект, а где гражданский…

Один из таких радаров сейчас спокойно наблюдал за небом, где как всегда царила ежедневная, рабочая суета. Сразу десять аппаратов в настоящий момент просили разрешить им изменение курса: среди них были и транспорт среднего класса, и катера, и три птицелёта, один из которых был военным.

Птицелёт, трепеща алюминиевыми крыльями на манер металлической стрекозы, выровнялся в воздухе, закончив разворот. Вид на город пропал из иллюминатора, открылся вид на дальний рейд, где покачивались на якорях висящие в воздухе громадины крейсеров и транспортов большого тоннажа. Где-то там ожидал отправки в док потрёпанный в недавнем бою «Пасгедас», с палубы которого и взлетел птицелёт.

Мелькнул под брюхом пригород Юнжи Срит – и пропал за склоном следующей сопки. Птицелёт шёл невысоко, да и не требовалось сейчас особой высоты – всё равно скоро на посадку. Машина, принадлежавшая к серии военно-транспортных птицелётов, отличалась маневренностью и плавностью полёта. Принятая на вооружение пятнадцать лет назад, она и сейчас была одной из лучших среди своих аналогов. Птицелёты серии «Венетс» могли перевозить шестнадцать человек, были неуязвимы для стрелкового оружия и несли два скорострельных пулемёта и блоки неуправляемых реактивных снарядов по восемь штук в каждом. Использовались они для высадки десанта, при чём могли высадить его хоть в самую гущу боя, предварительно перепахав снарядами предназначенную для высадки площадь. При всём этом для пилотирования был нужен всего один человек, который, кстати сказать, имел сейчас самый, что ни на есть, мрачный вид.

– Почти прибыли! – объявил пилот, явно недовольный тем, что его военно-транспортную машину погнали в такой пустячный рейс – доставить одного человека на Приёмную Базу. Второго пассажира даже и доставлять не требовалось – он просто сопровождал первого. Пилот с тоской посмотрел на экран вида назад – там остался Юнжи Срит, город, где располагалось злачное местечко с девочками и романтичным названием «Ночная Гавань». Туда пилот захаживал всякий раз, как выдавался денёк-другой увольнения в город. А на «Пасгедасе» это случалось не так уж часто – крейсер то и дело гоняли туда-сюда, совершенно не давая покоя. То караван в Сиборсию сопроводить, то в Сэнассию с дружеским визитом, то ещё куда-нибудь, как в этот раз – крейсеру сразу после ремонта предстояло идти в Немвал на совместные учения с войсками исторического союзника.