Точка Скольжения. Архипелаг. Часть первая - Егор Майндер

Рост. В обоих случаях.

«Деньги не берутся из ниоткуда и не исчезают никуда», – припомнился ему первый закон международной экономики, которая с таким трудом, но всё-таки легла под полный контроль его Организации ради всеобщего блага. Второй закон гласил: «политика диктуется экономикой» – а, стало быть, когда экономика сбалансирована, становятся бесполезными и ненужными войны, гражданские столкновения, перевороты, беспорядки. В этом плане его Организация, даже работая на подавление излишне бурного роста отдельных экономик, работала на поддержание общего баланса, а, стало быть, всё ж таки на всеобщее благо. И потому вопрос, что возникал прямо сейчас и прямо перед его глазами, требовал решения: откуда, скажи, Йялла, берутся деньги в восточных городах Селлестии, утекающие на поддержку наукоёмких отраслей селлестийской же экономики, из-за которых рост цен на экспортируемые Селлестией высокотехнологичные товары так трудно удержать?

– Магистрат требует от нас ответа, – подытожил Нинкоро.

– Решений, – поправил Вишиани, – Решений и действий. Селлестийская экономика настойчиво ломится в число первых трёх экономик региона, она уже обошла Федерацию Драгман, обходит Кентию. Это создаёт сильный дисбаланс, которого лучше бы избежать сейчас, прежде чем остальная Геллия начнёт действовать сама, каждый в своих интересах.

Регион, припомнилось Нинкоро, это неразрывно связанные между собой политически и экономически страны континента: Менадия, Агранд, Тенгри, Немвал, Кентия, Драгман, Неолон. Архипелаг Жингкон, южный выступ материка Андикан – Вивия и Сэнассия. И, конечно, страна-материк Сиборсия. Всё южное пол«ушарие представляло собой один экономический массив, где влияние одной страны значило больше, чем влияние всех государств Северного полушария, вместе взятых. Селлестия занимала пятую позицию, почти семнадцать лет на этом уровне и оставалась – выигрывая по одним показателям, проигрывала в других. И всех всё устраивало, до тех пор, пока страна не пошла в рост.

Не с этим ли и связано его, Нинкоро, назначение сюда, да ещё и с неожиданным повышением?

– Есть способ… стравить в атмосферу? – процитировал он Резидента.

– Есть масса косвенных, это ж, всё же, посложнее, чем отопительно-энергетический центр, – ответил Вишиани, – Первый Организация включила, ограничивая доходы от добавленной стоимости. Никто не станет покупать дорожающий товар у производителя с расходами на доставку, когда можно купить его по прежней цене рядом. Селлестийцы пока не понимают, в чём дело, и радуются постоянному заказу и отсутствию рисков, связанных с колебаниями спроса. Второй инструмент – наши старые добрые корсары. Сейчас Организация сдерживает активность корсаров из стран, не примкнувших к Договору, на основных торговых маршрутах, по которым ходят селлестийские корабли, в том числе и продающие оружие. Этот процесс можно приостановить – отзовём корабли, снизятся расходы Организации на Селлестию, участятся нападения на торговые суда селлестийцев. В итоге по назначению дойдёт меньший объём товаров, меньше будет продано, меньше доход от экспорта. Третий – увеличение расходов на оборону. Тогда значительная часть продукции осядет в самой Селлестии по внутренним ценам. Но нужен повод, чтоб расходы выросли. Четвёртый инструмент – мой любимый, донесение ситуации до лидера страны. Обрушение рынка неизбежно вызовет проблемы в отрасли, а устойчивый плавный рост всегда лучше, чем скачки с вершины на дно. Ну и пятый, самый радикальный – война.

– Разжечь войну ради сохранения рынков? – тут Нинкоро даже удивился.

– Вы ведь неплохо знаете всемирную историю, Ниас, – качнул головой Вишиани, – Вспомните, сколько раз Вистийская Империя прибегала к подобному средству?

Нинкоро осталось только промолчать – случаев, действительно, хватало с избытком.

Резидент понял его молчание и продолжил:

– Но у Империи не было остальных инструментов, что есть у нас. Может, поэтому Вистии и не стало? Так что можем включить все, кроме последнего. К тому же, включение одного часто несёт за собой включение другого, так что, сами понимаете…

Да, Нинкоро понимал. Если случаи нападения пиратов участятся, о торговых караванах придётся забыть и переключаться на полноценные конвои, где охранением служит не частная охрана, а регулярные войска. И, естественно, у Президента сразу возникнет вопрос: почему ему приходится отправлять боевой флот на сопровождение? И адресует он этот вопрос именно Организации, следящей за порядком в международном воздушном пространстве. Ну, а Вишиани расскажет чистую правду: мол, мы бы рады, но терпим на данный момент крупные убытки в связи с международной финансовой обстановкой, и корабли в воздухе в достаточном количестве содержать не можем. Точка. Правда. Ни слова лжи.

В этот момент Ниас Нинкоро, сам с изрядной долей горячей южной крови селлестийцев в жилах, ощутил внутренний протест против неумолимой правоты немвальца Вишиани, против выводов андалийца Амондо. Но понимал, что иначе поступить просто нельзя.

– Итак, решаем, – подытожил Резидент, – Ты, Ниас, ставишь задачи агентурному отделу – в каких городах Селлестии какие проверки провести, чтобы определить, откуда в отрасли берутся неконтролируемые доходы. Возможна контрабанда, или правительство Ребалтаса водит нас за нос и проводит теневую накачку экономики деньгами. Да, не смотри так, он консерватор – из партии, которая долгое время не могла прийти к власти, и им нужны свершения, чтоб у неё остаться. К тому же, опять же, консерваторам, в отличие от глобалистов, нет дела до мировой экономики, лишь бы дома всё было хорошо. Это я сам решу – есть у меня хорошие контакты в его аппарате, заодно и донесу до него картину грядущего кризиса перепроизводства. Заодно отправим запрос в Организацию на приостановку патрулирования у границ воздушного пространства Селлестии. Твоё дело, Ниас – найти, откуда деньги. Пусть агентура сливает всю информацию в аналитический отдел, как обычно.

– А я уже разберусь с ней, – ухмыльнулся Амондо.

– Разберёшься, но позже, – отреагировал Вишиани, – Сейчас для тебя есть другая, более срочная задача. Так сказать, вторая часть повестки дня, вытекающая из первой. Догадаешься, в чём дело?

– С первого раза, – вскинул подбородок, а, точнее, обе части двойного, начальник аналитического отдела, – Жингкон?

– Да, – от Нинкоро не ускользнуло, что Резидент ничуть не удивлён верному ответу с первой попытки, – Нашёлся бы уже кто-нибудь в нашем Магистрате, кто протолкнул бы решение прижать этих фанатиков к ногтю.

– Они не фанатики…. – вставил Амондо.

– Да, просто любят повоевать, потому что они – и только они – избранный Истинными Богами народ, и остальные должны или принять их правду, или умереть. И не надо, что так считают не все. Меньшинство считает, большинство молчаливо соглашается. Так что разницы особой нет. Продолжим. Вот, ознакомьтесь, прямо вчера вечером пришло прямиком из Селлестийского Адмиралтейства, – с этими словами Вишиани отошёл к другому столу, уже обычному, поменьше, взял с него две идентичные стопки листов, и, вернувшись, метнул через стол одну вице-резиденту, вторую – старшему аналитику. Потом снова отошёл к столу, и, вызвав прислугу по интеркому, попросил принести три чашки аганжи – крепкого бодрящего напитка из перетёртых семян одноимённого дерева, горького настолько, что приходилось разбавлять молоком или подслащивать соком ягод умули.

Нинкоро вчитался, попутно отметив: никакой это не официальный информирующий «наверх» документ – «доклад», это строгий отчёт о проделанных действиях в лучших традициях военно-воздушного флота – самый настоящий «рапо́рт». Сразу отложил в уме важную деталь: автор – геирсей Мейлиш, командир авианесущего крейсера «Пасгедас». Перелистнул дальше, поглядеть, что к рапорту подшито: распечатка изображений с бортового радара, полученная по запросу с памяти компьютера корабля; график полётов палубной авиации, копия; ещё копия, на сей раз – листы с бортового журнала. Всё верно, если кто сведущ в деталях и ими заинтересуется, то вот они.

Выходило, что крейсер дежурил в Договорной Зоне. Да, постоянное присутствие там запрещалось, но вот периодическая отправка кораблей допускалась, чтобы проверить, насколько хорошо другая сторона соблюдает Договор. Разрешалась даже кратковременная высадка пешей разведки, с обязательным условием – без бронетехники. Случались и стычки, когда две группы проверяющих оказывались в одно время в одном месте. Словом, происшествия там не были редкостью, так в чём же дело?

– Йялла… – вслух выругался Нинкоро, открыв последние три страницы. Чёрно-белые снимки, на сей раз, судя по подписям – из памяти бортового компьютера уже не корабля даже, а авиалёта палубного базирования. Кто-то из пилотов включил запись видеопотока, получаемого с экрана прицеливания. И на снимках значилось то, что спутать было невозможно: Генератор Точки Скольжения, гигантская ромбовидная рамка устройства, создающего электромагнитное поле такой частоты и напряжённости, что в пи́ке, в резонансе, там искажалось пространство.