Муравейник - Лайт Дэйтон

Редар перевернул все ее представления о мире. Молодая Управительница искренне полагала, что предназначение людей — служить смертоносцам, и те, кто этой радости лишены, во многом ущербны и несчастливы. Раньше она была уверена, что «свободные» люди пустыни чем-то сродни диким, не прирученным зверям, что они примитивны и даже отвратительны. Тот же Велиман, например, стал таким, каким он известен всем сейчас, лишь проведя несколько дождей в плену у смертоносцев. Что именно здесь, в Акмоле, он превратился из варвара в настоящего человека, достойного служить Повелителям, в непобедимого мастера войны.

Оказалось, все совсем не так. Редар — простой «свободный», из тех, кого в Долине Третьего Круга презрительно зовут песчаными крысами, — оказался стойким и мужественным. Мало того, дикий и невежественный дикарь смог изобрести новое смертельное оружие, гибельное даже для всесильных Повелителей.

Управители и их помощники являлись особой кастой среди паучьих слуг, Повелители доверяли им, у этих людей с малолетства воспитывались инициативность и цепкий, острый ум. Но с Редаром Нае едва ли не впервые в жизни захотелось почувствовать себя просто женщиной, и она не могла и не хотела противиться этому желанию.

Редар приветствовал Управительницу, как всегда, немного язвительно:

— О, Управительница Ная! Как я рад, что мы встретились снова! Твой Повелитель, я смотрю, никак не может оставить меня в покое.

— Не надо, Редар, — сказала Ная почти просительно. — Мой Повелитель Фефн не посылал меня к тебе. Я же тебе говорила уже: он считает, что ты погиб. Я пришла сама, без приказа. Потому что мне так захотелось.

Ная лгала. Минувшим вечером Повелитель открыл в ее мозгу, что ценный пленник еще жив. Ну, конечно! Как она могла надеяться скрыть от него хоть что-то? Ведь он видит каждую ее мысль, даже те, в которых она сама себе боится признаться.

Как она и ожидала, Фефн не разгневался, а наоборот — похвалил свою верную прислужницу. Теперь, после страшной гибели того неопытного паренька, Редар остался единственным пленником, знающим секрет огненной смерти. Заставить его силой изготовить несколько огненных снарядов — бесполезно, непокорный двуногий скорее умрет, чем подчинится, это Фефну уже стало ясно. Но, может, стоило попробовать другой способ.

Симпатии, дружба, любовь — все это было смертоносцам мало знакомо. Их разум подчинялся холодной логике и суровой необходимости. Поэтому в странном желании сохранить строптивому пленнику жизнь Младший Повелитель усмотрел лишь попытку Наи перевоспитать гордого пустынника. Сделать его еще одним полезным рабом. Правы были мудрые древние смертоносцы: двуногие охотнее служат себе подобным.

Редар почувствовал фальшь в голосе Наи, но расценил это по-своему.

— Ага! Опять «просто проведать»? Кстати. Совсем забыл поблагодарить тебя за мягкую подстилку в моем уютном жилище. — Редар хлопнул ладонью по вороху паутинной ткани. — Это ведь ты распорядилась. А скажи, за то, что Лези приносит теперь больше еды, я тоже должен благодарить тебя?

— Да, это я приказала.

— О, я так польщен. Ты думаешь, что, чем мягче будет моя постель и чем больше кусок еды, тем быстрее я начну прислуживать твоему раскорячьему хозяину? Я не Сим, Управительница, я от твоих Повелителей столько навидался, что даже за все мясо мира и гору одеял высотой с песчаный бархан не буду лизать их мохнатые лапы.

— Ну, почему ты во всем видишь подвох?

— Потому что не доверяю ни раскорякам, ни их рабам!

И все же Нае удалось немного успокоить горячность Редара. Ее тихий и спокойный голос, в конце концов, даже заставил его почувствовать себя немного виноватым, что был груб и резок с ней. Но признаваться в этом Редар, естественно, не собирался.

А Ная незаметно перешла к главному.

— Повелителю очень нужно твое огненное оружие.

Редар тут же ощетинился:

— Для того чтобы выжечь пещерный город? Моих друзей, близких? Всех, кто меня когда-то приютил…

— Нет. Для войны с муравьями. Шестилапые наступают, и все силы моего Повелителя уходят на войну с ними.

— Не смеши меня, Управительница! Одного смертоносца достаточно, чтобы обездвижить или обратить в бегство полсотни рыжих. А уж десяток раскоряк справится со всей их армией. Я видел, как это действует, даже ощущал на себе. Смертоносцы неуязвимы, так как любое существо — человек, муравей, скорпион, не важно, — стоит ему только подумать о том, чтобы нанести раскоряке вред, тут же либо замирает без движения, либо, визжа от ужаса, убегает прочь. И зачем же смертоносцам мой огонь?

Ная медлила с ответом. То, что муравьи не поддаются ментальным ударам, было страшной тайной смертоносцев. Стоит об этом узнать простым слугам — и начнется паника. Безграничная вера в могущество пауков, в их неодолимую силу тут же даст трещину, и бывшие паучьи слуги в страхе разбегутся из Долины подальше на восток, лишь бы не оказаться на пути муравьиного нашествия. Из людей тайну знали немногие — Ная, две-три самые доверенные служительницы, да одноглазый мастер войны Велиман. Может, еще догадывался кто-нибудь из мастеров рангом пониже. Но почти все они были из пустынников и привыкли полагаться только на свои силы. Бессилие ментального оружия смертоносцев нисколько их не пугало. Эти люди сражались, защищая свои семьи, своих любимых и друзей. Они делали бы это и без приказов Фефна…

— Ну, — нетерпеливо прервал ее размышления Редар. — Так что же?

Услышав правду, он почти не удивился. Наоборот, он ухватился за эту мысль. Смертоносцы оказались не такими уж всемогущими! Гм… Салестер в свое время предлагал заключить союз с муравьями против раскоряк. А если наоборот? В голове смутно забрезжила какая-то идея, но пока еще Редар не мог понять ее до конца.

— Вот как! — задумчиво протянул он. — Так кто же бьется с шестилапыми? Пауки? Их не так много…

— Велиман, мастер войны из бывших пустынников, обучил людей охотничьим приемам, организовал опол…

— Ты хочешь сказать, что раскоряки разрешили вам взяться за оружие? Вот так да! — Теперь Редар был действительно поражен. — Насколько я знаю, такое случалось только раз, в городе Великого Найла, когда на город шло войной таинственное Граничное княжество.

— Повелители и раньше не запрещали нам носить оружие, — спокойно ответила Ная, — рыбакам, например. Лесорубы режут ветки большими ножами. А в тех поселениях, где не разводят ни кроликов, ни мокриц, есть охотники. И у них имеются настоящие копья.

— Да, но теперь-то оружие есть у всех — у ткачей, у землекопов, даже, наверное, у стряпух! А твой этот… Фефн не боится, что его любимые рабы взбунтуются и перережут ему глотку?