Поле вероятности - Наталья Литвинова

Олежке было уже пол года, когда Фарбус Эриконд большинством голосов был избран губернатором Полиса Эймос. Прямо на площади города в честь него был устроен праздник с грандиозным ужином. Вся беднота, заселяющая подземный город, устремилась к центру на бесплатное чаепитие.

После праздника Фарбус пригласил к себе в дом близких родственников и друзей. В их число входила и Ольга. Затерявшись среди этой немалой толпы, в одном из залов она наткнулась на Инфоскоп. Демонстрировались ещё утренние новости о результатах выборов, а так же новость о том, что в сенате потерпело фиаско решение о дальнейшей работе над атмосферной установкой. "Значит, — подумала Ольга, — Фракки одержали победу в этом поединке, манипулируя слишком вескими доводами — элементарной нехваткой финансов". Зато Эриконды праздновали свою маленькую и нелёгкую победу.

Поздно вечером, когда разъехались последние гости, Фарбус лично предложил Ольге подвезти её до дома.

— Не нужно было это делать, — проговорила тихо Ольга, сидя с ним рядом в авто, — возникнут недвусмысленные толки.

Фарбус улыбнулся.

— Пусть толкуют. Вы и в самом деле мне нравитесь. Это давно не секрет.

Смущённая Ольга отвернулась к окну. Мельком взглянув на неё, он продолжил:

— Благодаря этим толкам, ни у кого не возникнет подозрения, о том, что у нас есть и другая сторона дела.

Вот теперь Ольга удивлённо повернула к нему голову, но Фарбус уже не смотрел на неё и не сводил глаз с дороги.

— Помните, вы говорили, о том, что карта, которую мы нашли в подземелье, вам немного знакома?

— Теперь я точно вспомнила, это подземный план дворца "Славы", с некоторыми недоделками. Но, как он попал сюда?

— Так вот, этой карте лет пятьсот и она каким-то образом имеет отношение ко второй половине клада.

— Как? Этот клад в подземелье ещё не весь? — Ольга была ошеломлена, — но как эта карта оказалась во дворце "Славы"?

— Я сам ничего не понимаю, ведь о второй половине клада ходят лишь легенды. Когда Эриконды были свергнуты с поста, часть богатств, в том числе и казна Марса, была тайно вывезена сюда, но часть так и осталась схоронённой где-то под дворцом, в котором жил сам Эриконд и лишь незначительная часть попала в руки Виндекондов. Когда легенда стала обрастать невероятными слухами и домыслами, в Цефеноне, на месте дворца Эриконда было неоднократно перерыто и Виндекондами и тайно Эрикондами. Ни те, ни другие ничего не обнаружили.

— Этой легенде лет пятьсот, не меньше, а дворцу "Славы" едва перевалило за сто.

— В том-то и дело, что дворец "Славы", каков он сейчас, был построен именно сто лет назад, но, как недавно я выяснил, оказывается, до него на этом месте стояла небольшая резиденция Виндекондов, которая была построена в тот год, когда строился и дворец " Власти". И всё это происходило как раз за двадцать лет до свержения Эрикондов.

— Интересно.

Они оба нетерпеливо переглянулись.

— Возникает вопрос, — медленно проговорил Фарбус, — почему дворец "Власти" строился в Архиноне, а не в Цефеноне, там, где и жил мой прародитель?

— Ничего не понимаю, — рассуждала Ольга вслух, — клад, которому пятьсот лет должен быть в Цефеноне, а карта столетнего дворца "Славы" из Архинона, каким-то образом попала в список первой части клада ещё до того, как дворец был построен. Путаница получается. По-моему, никакого клада нет. Сказки всё это.

— Должен быть. Не могут первоисточники врать. И нам нужно его найти, иначе, мы не долго протянем.

Фарбус задумался, молчала и Ольга, переполненная заморочками.

— Кстати, — нарушил тишину Фарбус, — завтра мы отправляем в международный комитет прав и свобод свою петицию об отделении Полиса Эймос и прилегающих к нему Полисов.

— А не рановато ли?

— Нужно брать быка за рога. Пока власть Виндекондов в шатком положении, нужно пользоваться случаем.

— И всё-таки нужно было подождать, — заметила Ольга, выходя из авто, — а что касается клада, нужно ехать в Архинон.

— Там есть наши люди они и займутся этим.

— Чем меньше народа знает об этом, тем больше шансов докопаться до истины.

— Не собираетесь ли вы, Клейто туда наведаться.

— Больше некому.

— Будем считать, что я вам никто, но я запрещаю вам делать это. Не мне вам говорить о характере Аристокла.

Немного подумав, Ольга села обратно в авто.

— Вы говорили, что у вас там кругом свои люди.

— Говорил.

— А, в тюрьме?

— Что?

Фарбус гневно взглянул на неё.

— И говорить нечего, я знаю, куда вы клоните. Решать в этом деле буду только я! И не вздумайте действовать самостоятельно! Эти деньги не стоят вашей жизни!

— Но, Фарбус!

Ольга не сводила с него умаляющих глаз.

— Разговор окончен, — холодно произнёс он, глядя прямо перед собой.

Ольга тяжело выбралась наружу, а Фарбус тут же рванув с места, исчез за поворотом.

Лишь через пол года был созван конгресс международной организации прав и свобод граждан, где решался вопрос об отделении нескольких Полисов в отдельное от Апек государство. Вопрос был слишком неожиданным и невероятным, поэтому большинство конгрессменов проголосовало против этого решения. Стоит ли говорить о том, какие огромные усилия приложил к такому исходу событий сам Виндеконд. Естественно, у него были свои связи, это, во-первых, и, во-вторых, Аристокла знали, как руководителя государства, а династию Виндекондов, как самую устойчивую. За эти полгода на Марсе побывало сразу несколько комиссий, что и говорить, теперь Фарбус и его приближённые ждали возмездия, хотя к дальнейшей участи они были готовы заранее.

7. Возмездие настигнет каждого

— Вот, я сейчас догоню Олежку, вот догоню! — кричала Майка, бегая за братом вокруг энергоканала. Олежка смеялся заразительным смехом и шустро улепётывал от Майки, смешно закидывая маленькие ножки.

Ольга лишь недавно переехала в новую светлую квартиру. По Эймосским меркам, зал был просто огромным. Мебель в зале отсутствовала, лишь на стене красовалось современное марсианское Инфо, подаренное к новоселью Фарбусом.

— Майка, не увлекайся, он может упасть.

Мимоходом Ольга собиралась на работу и спешила успеть к приезду детского автобуса. Сама же она работала в дружной бригаде по переустройству надземной части города. Фарбус предлагал ей работу у себя в офисе, но Ольга отказалась. Уже были оборудованы все дороги, построено несколько домов, продолжалось крушение старых. По сравнению с другими марсианами, Ольга была сильной и выносливой, поэтому и не гнушалась самой тяжёлой работы и делала всё, что скажут. Одним словом, город преображался с прямым участием Ольги. Выглянув из окна на улицу, она увидела подъехавший автобус, в этот момент раздался приличный шлепок, мгновение и вой, подобный сирене раздался по всей квартире. Майка испуганно подхватила Олежку на руки и прижала его к себе. Надо сказать, что Олежка был тяжёлым даже для Ольги, но Майка очень любила своего брата, поэтому и не чувствовала тяжести. Выхватив малыша из рук Майки, Ольга громко запричитала: