Очарование Ремиты (СИ) - Григоров Сергей Львович

Покраснев, Джулия спросила:

— А вот когда кавалер говорит даме комплимент, разве он поступает плохо? Пусть он немного лукавит, говорит неправду, но ведь это ей доставляет удовольствие.

— Молодец, Юлия. Ты придумала хороший пример, показывающий, насколько сложно и неоднозначно все, что относится к этике. Все законы этой науки выводятся из так называемого «Золотого правила», которое гласит: «В отношении других поступай так, как тебе хочется, чтобы они вели себя с тобой». Однако выполнение сиюминутного желания зачастую кажется важнее долговременных интересов — вот и нарушаются этические законы. До добра это, впрочем, как правило, не доводит. Любимая поговорка вашего наставника на этот счет: «Что посеешь, то и пожнешь».

Кокроша вот-вот прилетит, с беспокойством подумал Олег, а в ангаре разбросаны детали вертолета. Надо как можно быстрее вынести их.

— В процессе освоения учебного материала вы убедитесь в историчности формулировок законов этики или, иными словами, норм, правил поведения. Эти нормы в виде «это хорошо» и «это плохо», порождающие требования «делай так» или «не делай так», не свалились откуда-то с неба, а были получены в результате многолетних тонких наблюдений за человеческой психикой. В этом отношении хороший пример дает изучение одних из самых ранних поэтических произведений — «Илиады» и «Одиссеи», авторство которых приписывают древнегреческому поэту Гомеру. Герои этих произведений знать не знают о каких-либо моральных нормах и добродетелях, существуют без какого-то ни было духовного принуждения. Характеризуя их, автор, как правило, упоминает их физическую красоту, силу, ум, красноречие, благородство происхождения, но отнюдь не их личностные моральные качества. Почему, вы спросите? Отчасти, наверное, потому, что на момент создания «Илиады» моральная терминология вообще отсутствовала. Только в «Одиссее», написанной немного позже, изредка появляются термины, имеющие моральный смысл — например, «добродетель», «честный», «благодеяние» и так далее. Следует ли из этого, что герои Гомера безнравственны?

Олег, вчера бегло прочитавший какой-то старый комментарий по этому поводу, сказал:

— Не обязательно. Они же всегда поступают так, чтобы принести пользу своим соплеменникам. Даже идут на смерть. Какая же это безнравственность?

— Совершенно правильно! Можно не знать этики, но быть порядочным человеком. Однако все-таки лучше теорию знать, не так ли? Так что проявите, пожалуйста, должное усердие. Памятуя о вашем интересе к структуре ремитского общества, я дополнил учебные материалы сведениями о действующем в настоящее время так называемом Кодексе чести. Это неофициальный свод правил поведения ремитских дворян по широкому кругу вопросов. Лично мне, например, наиболее интересно было ознакомиться с принятыми правилами проведения дуэлей. — Если б только знал Лоркас, к чему приведет эта его самодеятельность! — Ни на какой другой планете Галактического Содружества чего-либо подобного не существует. Итак, приводим в рабочее состояние гипноизлучатели.

Торт

Вечером, когда Алик и Юра продолжили свою нескончаемую игру, а все остальные сгрудились у конструктора, Олег с Джоном совершили две ходки от ангара к хижине, перетаскивая детали вертолета. Перенесли все, кроме двух тяжеленных аккумуляторов, которые одновременно должны были служить им сиденьями. В третий раз совершать длинный поход просто не было сил. На тот случай, если завтра вдруг вернется Кокроша и закроет ангар, аккумуляторы вытащили наружу и спрятали в кустах.

Вернувшись в гостиную, Джон совершил оплошность, поинтересовавшись у Алика, как идут дела в компьютерной игре. Там, оказывается, все полетело вверх тормашками. Мощные Аликовы армии, устав охранять остатки Юриных сил в его столице, взбунтовались и перешли на сторону противника. Победа, словно неуловимая птица счастья, вырвалась из рук и обернулась обиднейшим поражением. Юра умело развивал контрнаступление, и Алик беспомощно наблюдал за тем, как уменьшалась подвластная ему территория. Поэтому невинный вопрос Джона предоставил ему удобную возможность не признаваться в поражении. Алик предложил начать новую игру втроем. Ведь они с Юрой столько времени занимали самый мощный компьютер — другим тоже хотелось поиграть, но не было возможности… Юра, признав справедливость доводов Алика, легко согласился. Так Джон помимо своей воли был втянут в новую компьютерную эпопею.

Вообще говоря, справедливость требовала пригласить и Олега в качестве четвертого игрока, но Алик сделал вид, что не замечает грозного соперника. Да Олег и не рвался к компьютеру. Перед сном он любил почитать. Его ждала книга «для души» — антология поэзии. Прочитав вслух несколько строчек, он «прокатывал» внутри себя возникшие волны переживаний, а потом долго размышлял над тем, как он сам выразил бы прозвучавшие мысли. Но уйти в свою комнату ему на сей раз не удалось. Девочки запросили помощи, и весь вечер он составлял танцевальные программы для их роботенков.

Утро следующего дня было особым. Все спешили поздравить Юру с днем рождения и желали ему много разных приятных вещей. Тетя Поля поймала его, когда он выбегал из комнаты чтобы сделать разминку, и расцеловала. Тут подоспела миссис Макгорн и тоже клюнула его в затылок. На крыльце встретили Лоркас с Винтером и степенно пожали руку. А далее все мальчики и девочки наперебой приносили свои поздравления. Юра смиренно выслушивал все славословия в свой адрес, потому что так было положено. Его утренняя зарядка не удалась, но ничего не поделаешь: день рождения бывает раз в году, и приходится терпеть.

На завтрак, естественно, Тетя Поля приготовила самую любимую Юрой кашу — пшенную с тыквой. У девочек еще не все было готово, и они поели на ходу, даже не присаживаясь.

Начиная занятия, Лоркас торжественно объявил, что в честь именинника после обеда урока не будет, а сейчас они займутся «повторением пройденного». Это означало, что все отведенное время они будут решать задачи. Считалось, что тем самым они повторяют пройденные ранее темы и закрепляют свои знания. Юра любил решать задачи: он всегда радовался, когда ему удавалось применить какие-нибудь теоретические познания на практике.

После урока напряжение достигло предела. Девочки суетились: вот-вот объявят общий сбор, а они еще не одеты, да и недоделок оставалась куча. Олег с Аликом помогали Джону вносить последние штришки в подарок Юре.

Отвергаемый всеми, Юра сидел на крыльце, не зная, куда себя деть. В гостиную нельзя — девочки сразу начинали визжать, чтобы он не подсматривал за их творческими муками. В столовой суетилась Тетя Поля, также мечтающая чем-то его удивить. Заниматься спортом не хотелось — все-таки он именинник и весь день обязан быть красивым и нарядным. Он первым заметил серебристый лит, появившийся в той стороне, куда позавчера улетел Кокроша.

На Юрины крики выскочил Лоркас и тоже стал наблюдать за потихоньку приближающимся литом. Он сразу сказал, что, судя по некоторым признакам, аппарат полностью автоматизирован. Вероятно, наставник не может лично прибыть на торжество, но послал подарок. Так оно и оказалось. Приземлившись, лит подкатил почти к самому крыльцу, и тогда стало видно, что в кабине действительно никого нет. Лоркас, глянув на печати, вскрыл грузовой отсек и начал разгружать лежащие в нем свертки и коробки. Юра с радостью помогал.

Основная часть груза предназначалась для Винтера, несколько тщательно запакованных коробок, помеченных черепом с перекрещивающимися костями, — для профессора Макгорна. Но нашлось и два особых пакета. Один маленький, а другой огромный. Юра хотел посмотреть, что в них, но Лоркас не позволил. А тут подкатили на машине Винтер с профессором Макгорном, быстро все грузы перетащили в здание, а лит отправили в обратный путь.

— Вы внимательно осмотрели все печати? — спросил Винтер у Лоркаса.

— Конечно, — ответил учитель. — Не понимаю вопроса. Вы мне не доверяете?

— Не в этом дело, — ответил Винтер. — У нас крайне изощренный враг. Моя автоматика, например, не зарегистрировала нарушение границы потому, что лазутчику был известен пароль.