Часть 1 - Дуров Викторович

Что это, прогулочный парк для местных сумасшедших?

– Они работают на компьютерах, – предположил Михаил.

Отличная догадка! Наверное, это как виртуальная клавиатура, которую только они в своих очках видят. Точнее, не только клавиатура, весь интерфейс сразу. Вот и тыкают руками в видимые только им одним кнопки и значки, курсоры двигают. Очень похоже, если присмотреться. А раз их очки могут клавиатуру изобразить, то и любое другое изображение передать – не проблема.

– Работают? – вопросительно прошептал Виктор. Он в этот момент смотрел на длинноволосого, который некоторое время сидел спокойно, а потом снова резко задвигался всем телом.

– Этот вроде как в «дум» играет, – высказал предположение Михаил. Да, по всей вероятности Михаил опять прав.

– А этот комедию смотрит, – кивнул на смеющегося Виктор.

Увидели еще двоих в очках, которые играли в виртуальную спортивную игру. Похожи на двух мимов, которые изображают игру в волейбол, вот один махнул рукой в прыжке, второй рванулся в сторону, видимо, не успел, потому что досадливо тряхнул руками. Первый победно улыбался.

А потом увидели нормальную, не виртуальную игру в настольный теннис. Стол сделан из желтой твердой пленки, края стола скруглены, вместо сетки – барьер из прозрачной синей твердой пленки, ракетки неправильной формы, с изогнутыми рукоятками, шарик искристый, при ударах вспыхивает, но в остальном – то же самое. Игра велась лихо, на больших скоростях, трудно будет с такими спортсменами соревноваться. Если шарик улетал далеко, его приносила обратно собака, маленькая дворняжка, отдавала одному из игроков, видимо – хозяину. Тот каждый раз чесал собачке за ухом. Очень похоже на землян местные себя ведут, теннисисты, которые играют во дворе дома Виктора, тоже приучили свою собаку шарики приносить.

Пролазники задержались возле одного из вольеров, где неторопливо летал кругами вокруг центрального фиолетового куста дракончик. На самом деле – зверек, покрытый шерстью, но кожистые крылья, а также длинные шея и хвост делали его очень похожим на дракона. Мутант? Неизвестный земной науке вид? Генная инженерия? Инопланетянин? Никаких надписей нет, так бы, может, разобрались. Надо будет накатать жалобу начальству местного парка, а то туристы-иномеряне озадачиваются.

Михаил даже полез было за фотоаппаратом, но к соседнему вольеру, в котором сидели всего лишь фазаны, подошел человек без очков, и Виктор Михаила остановил.

Пролазники свернули на боковую дорожку, там нашлась свободная скамеечка. Виктор сел отдыхать. Он устал не физически, просто слишком много впечатлений, нужно хоть немного успокоиться, чтобы не наделать ошибок. Михаил, воспользовавшись отсутствием смолячан вокруг, выхватил фотоаппарат и принялся фотографировать все подряд, включая облака над головой. Хотел осторожно снять скрытой камерой теннисистов и фанатов виртуальности, но передумал.

Когда Виктор немного отдохнул, двинулись дальше. Вышли из парка на еще одну тихую улицу, и тут внимание пролазников привлекла вывеска с надписью: «Небохляд». Очень знакомое слово, которое Виктор запомнил после первого своего попадания в этот мир. Оно фигурировало в надписи на щите перед лесом. Ту надпись Виктор принял за предупреждение для местных мечтателей, о том, что их может случайно занести в параллельный мир. Проснулся охотничий азарт, вдруг это местная организация пролазников? Или еще что-нибудь аналогичное.

Приблизились, напряженно присмотрелись. Обычное, как для местной архитектуры, пузырчатое сооружение, внутри видны стеллажи с множеством плоских коробочек. Как диски в земных магазинах компактов. Двое местных перебирают коробочки, снимают со стеллажей, рассматривают, ставят обратно. Переговариваются, посмеиваются. Очень знакомая картинка. Вот зашел еще один, целеустремленно прошел между стеллажами, быстро выбрал коробочку, надел очки, прикоснулся к браслету, нажал на невидимую кнопку, потом снял очки и вышел, засовывая коробочку в карман.

Но самое интересное – перед магазином располагалась стойка из твердой пленки. А на стойке – книжки. Тонкие брошюрки, такие в городах Планеты Земля раздают бесплатно.

Это не означает, что в этом мире тоже литературу на халяву раздают, потому пролазники стали прогуливаться напротив, наблюдая.

Неторопливый прохожий остановился перед стойкой, выбрал книжку, раскрыл, и, не прикоснувшись ни к очкам, ни к браслету, пошел дальше. Значит, все-таки халява.

С порядками в этом мире надо еще разбираться. Одни управляют паровозиками с помощью джойстиков, другие доверяют автоматике, третьи вовсе предпочитают велосипеды. Одни играют в виртуальный волейбол, другие предпочли реальный настольный теннис. При наличии встроенных в очки компьютеров, все равно есть печатное слово.

Михаил подошел к стойке, выбрал книжечку потолще. Попытался ее развернуть, но страницы оказались неожиданно жесткими, негнущимися. Книжка выпала из рук. Михаил совершенно непроизвольно выдал короткое сдавленное: «Ой!», – и те двое, что перебирали коробочки внутри «Небохляда», немедленно уставились на Михаила. Взгляды встревоженные и озадаченные, один что-то быстро спросил, и в его вопросе тоже прозвучало злополучное «ой». Ответить нет никакой возможности, начнешь по-русски болтать – непонятно, чем все закончится.

Что делать? Очевидно, надо обойтись жестом. А каким? Отмахнуться? А вдруг это будет воспринято, как вызов на ритуальный поединок? Или как оскорбление, что немногим лучше?

Действуя исключительно по наитию, Михаил виновато улыбнулся и пожал плечами, мол: «Извините, мужики, что зря озадачил». Развернулся и пошел прочь. При этом он напряженно смотрел на Виктора. Ну да, ему сейчас лучше не оглядываться, делать вид, что ничего особенного не произошло, чтобы зря не провоцировать. Молодец, хорошо держится.

Местные в «Небохляде» еще некоторое время смотрели в спину Михаила, потом перекинулись парой слов… и вернулись к своим коробочкам. Гоняться за Михаилом, надевать очки и вызывать местных полицейских не стали. Обошлось. Виктор успокаивающе кивнул Михаилу, тот расслабился.

А ручки то, между прочим, подрагивают. Да, не знаешь, на чем проколешься, совершенно невинное междометие вызвало такую бурную реакцию. С другой стороны – еще легко отделались.

Когда Михаил поравнялся с Виктором, тот прошептал:

– Наверное, пора возвращаться.

Михаил молча согласился. Действительно пора, многое увидели, добыли книжку с местным языком, записали на диктофон немало разговоров, наделали фотографий. И так первая вылазка затянулась, а уже вечереет, и на небе собираются дождевые тучи. Не хочется промокнуть в этом мире, мало ли чего.