Гибель дракона - Игорь Луковский

Репин. Да... Что это они из машины вышли?

Таня. Мужчина и женщина?

Репин. Идут с веревкой, как альпинисты... Да и плохо идут... Еще свалятся...

Слева, на скалистом склоне, появляются две фигуры. Впереди - Алеша Синицын. Его внешность поражает сразу: он опирается на альпеншток, за спиной солидный рюкзак с подвешенными железными кошками, на одном ремне - сумка, на другом - фотоаппарат. Отросшая борода, красный, уже обожженный солнцем нос и дымчатые очки забавно дополняют его костюм: бриджи с гетрами, куртку на молниях и невероятных размеров горные ботинки. За ним - Оля Сторожкова в костюме альпиниста.

Синицын. Ага, вот и застава! Сидите, Олечка, как мы сократили путь. Пока они еще там будут кружить на машине, а мы уже здесь!

Оля. Еще надо спуститься...

Синицын. Ничего, ничего... Правда, тут круто - не менее сорока градусов...

Оля. Пустите меня вперед.

Синицын. Тс-с-с... Осторожно. К такому спуску надо подходить продуманно. Прежде всего - что за порода? Выветренный известняк - он может осыпаться! Левую ногу - сюда, правую - сюда-а... Та-ак, Олечка... Так... Страхуйтесь за меня!

Репин (нервничая). Честное слово, свалятся! (Сбегает по лестнице, кричит.) Товарищи! Товарищи! Обойдите кругом - вон тропка!

Синицын. А-а! Привет, товарищ начальник! Я - сотрудник журналов "Знание-сила" и "Вокруг света" - Алексей Синицын! Сейчас пожму вашу руку. Олечка, тихо! Страхуйтесь за меня... Та-ак... Если точно рассчитывать каждый шаг, никогда не упадешь! (Падает и, как на салазках, в туче пыли съезжает вниз).

Оля. Ой!

Синицын (кричит). Не выпускайте веревку! Страхуйтесь за меня! Я вас держу! Держитесь!

Репин (подбегая.) Ушиблись?

Синицын. Пустяки. Позвоночник, кажется, цел. У меня ведь штормовые штаны на вате. (Смотрит на спускающуюся Олю.) Олечка, а вы не упали?

Оля. Нет...

Синицын. Значит, я вас все-таки удержал! Я говорил, что порода осыпается! (Встает.) Будем знакомы - Синицын! Ведь до чего же у вас хорошо на Тянь-Шане! Господи! Воздух! Прямо так сам и вдыхается, чорт его знает, не воздух, а концентрат! А солнце! Сплошные ультрафиолетовые лучи!.. А вода!..

В этот момент совсем рядом раздается гудок машины. Все оглядываются. Входят Северин, Некрасова и Берлога - в костюмах альпинистов.

Синицын. А вот и вся наша экспедиция. Вадим Ильич, видите, как мы сократили путь!

Репин (увидев Берлогу). Никодим Иваныч?! Вы?!

Берлога. Репин! Друг милый! (Обнимаются.)

Репин. Так это опять вы!.. К нам! Ну, здорово!

Берлога. Я, я! Да только в большой компании. Вот - начальник экспедиции профессор Северин. Физиолог! Репин. Гвардии старший лейтенант Репин!

Северин. Очень приятно. Наши сотрудники - доктор Некрасова, доктор Сторожкова, и... (смотрит на Синицына) товарищ журналист, прикомандированный к нам...

Синицын. Мы уже знакомы.

Берлога. А где же начальник - капитан Родионов?

Репин. Капитан Родионов уехал на учебу в Алма-Ата. Теперь у нас капитан Шатров. Но не хуже, не хуже - отличный боевой офицер! Товарищи, прошу вас в помещение. Капитан Шатров занят по службе, просил извиниться перед вами... (Идут к домику.)

Северин. Ничего, ничего. Прошу ради нас ничем не нарушать вашу обычную жизнь и... службу.

Некрасова. Мы к вам ненадолго...

Северин. И задание у нас довольно срочное. Выясним некоторые данные и тотчас домой - в Москву.

Репин. Мы, признаться, ждали геологов... Они часто посещают наши места. Ищут разные руды... А физиологи... С тех пор, как у нас была Тушмалова... вот с Никодимом Ивановичем... и... (печально качает головой) с ней такая странная история... Так и неизвестно - где она?

Берлога (с жестом возмущения). Как неизвестно?!

Северин (останавливает его взглядом). Нет. Пока ничего. Никодим Иванович, вы, может быть, позаботитесь о разгрузке багажа? Видите - машина уже во дворе.

Берлога. Есть. (Уходит.)

Репин. Вы... наверно приехали... вот... изучать, как люди живут в высокогорных условиях... а? Это ведь тоже физиология?

Северин (уклончиво). Да... эта проблема нас также интересует... Скажите, эта вершина и есть - Хан-Тенгри?

Репин. Точно так. Хан-Тенгри - "Властелин духов", как называют его китайцы.

Северин. Он и выглядит, как настоящий властелин.

Некрасова. Удивительная пирамида...

Синицын. Прямо - готовая обложка для журнала. (Вытаскивает фотоаппарат.)

Репин. Извините... здесь пограничный район. Если у вас имеется...

Синицын. Специальное разрешение на фотосъемки? Есть, товарищ лейтенант! У меня, да чтоб не было! Вот! Все в порядке!

Репин. Да. Пожалуйста.

Оля. Ах, Синицын, да здесь нужна не ваша лейка, а кисть большого художника!

Синицын. В чем дело? Я сделаю фото, а художник потом возьмет и раскрасит. Вот вам и будет кисть!

Некрасова. Хан-Тенгри... Трудно поверить, что эту пирамиду построила природа - она так легка и воздушна!

Оля. А высота!

Репин. Семь тысяч метров.

Северин. Скажите, а там... Мраморная стена?

Репин. Точно так, товарищ профессор. Мраморная стена!

Северин. И в этом направлении - ущелье Бохдо? Отсюда километров... семь?

Репин. По козьим тропам около пяти, товарищ профессор.

Со двора выходит капитан Шатров уже в походном снаряжении с автоматом. С ним двое рядовых.

Товарищ капитан, научная экспедиция прибыла.

Шатров. С приездом, товарищи! Гвардии капитан Шатров. Очень прошу извинить, но сейчас у меня срочные дела по службе, освобожусь только вечером, так что, если позволите, уж тогда буду к вашим услугам.

Северин молча внимательно. вглядывается в него.

Некрасова. Ну, разумеется, мы не хотим вам мешать и...

Северин. Вы сказали - ваша фамилия Шатров?

Шатров. Так точно.

Северин. Воевали на Первом Белорусском и в сорок четвертом - были ранены?

Шатров (удивленно). Был...

Северин. Тяжело?

Шатров. Тяжеловато...

Северин. Да, да, довольно тяжеловато. И были вы тогда еще сержантом танковых войск. А в пограничники, видно, перевелись уже после выздоровления?

Шатров (совсем пораженный.) Так точно...

Оля (за его спиной, всплеснув руками, тихо). Ой... так это он...

Северин (поворачивается к Некрасовой). Нет, каков молодец! Узнаете?

Некрасова. Узнаю!

Шатров (в полном недоумении). Меня? (Вдруг видит Олю.)

Оля. Шатров...

Шатров. Сестрица... милая... вы?!

Оля. Я, я... А это... ведь это же профессор Северин! Помните, когда мы отправляли вас из госпиталя в тыл, я рассказала вам.

Шатров. Еще бы не помнить!.. (Шагнул к Северину.) Так это вы меня тогда... оживили?!

Северин. Вот и выходит - я вас видел на фронте, а вы меня - нет! Да ну, ну! Что там руки жать, давайте по-русски! Молодец, Шатров! (Обнял его.) Ну, как сердце? Работает прилично?

Шатров. Хорошо!

Северин. Одышки, не бывает? Головокружений? Спите крепко?