Психоисторический кризис - Дональд Кингсбери

Цены, разумеется, бешеные. Эрона восхитил греческий диаграммизмос , древний прибор, основанный на двоичной системе, который первобытные люди применяли, чтобы делить и умножать на 2, 4, 8, 16, 32 и так далее, что имело чрезвычайно большое значение для едва оперившейся торговой цивилизации. Он поиграл с абаком из Междуречья, который умел переводить числа из десятичной в шестидесятеричную систему, но в конце концов остановился на логарифмической линейке в комплекте с шаблоном. Россум № 26 заверил его, что во время постройки коновского ископаемого воздушного дредноута не существовало даже самых грубых электронно-вычислительных машин, и Эрон решил, что логарифмическая линейка может оказаться полезной.

В дневное время Эрон, как правило, работал с инженерами. Это было непросто. Созданная ими виртуальная модель «летающей крепости» отлично себя чувствовала в своей искусственной вселенной — но только будучи оборудована приборами, неизвестными в эпоху механических конструкций. Между тем Кон сформулировал задачу Эрона предельно четко: модель должна быть аутентична, иначе его прибьют вверх ногами к религиозному артефакту. Однако как только инженеры, вняв его уговорам, ограничивались технологией, известной древним, модель входила в штопор и падала на виртуальный ландшафт с прямоугольниками полей, деревенскими сараями, мельницами и деревнями, или же врезалась в небоскребы. Один из инженеров даже выдвинул теорию, что Вашингтонскому государству в войне против Геринга помогали высокоразвитые существа из дальнего космоса. Ведь первобытные сапиенсы были так примитивны…

У себя в офисе Эрон смазал логарифмическую линейку, чтобы она хорошо скользила, и проверил нанокалибратором правильность делений. Инструмент оказался удивительно точным. При аккуратном обращении он с легкостью давал три десятичных знака. Эрон целый вечер решал с помощью линейки физические задачи, затем сделал на репликаторе два десятка копий и наутро раздал их недоумевающим инженерам. Он был самым молодым в команде, но физическая школа Дальнего имела солидный авторитет, поэтому, когда он настоял, чтобы они воспроизвели все свои вычисления на логарифмической линейке, инженеры заспорили, но никто не отказался сразу. В качестве последнего аргумента трое старших инженеров полезли в компьютер и предъявили несколько критических параметров, которые, по их мнению, нельзя было рассчитать с помощью допотопной линейки. В ответ Эрон лишь улыбнулся.

— Это ваши проблемы. Власти города-государства Сиэтл просто не могли строить машины с более точными параметрами, чем те, которые можно рассчитать таким вот образом! Их общество было еще технически неразвито, и армия, не располагая ничем, кроме нескольких элитных воздушных фаэтонов и колесных экипажей на каменноугольном топливе, была вынуждена сражаться на своих ногах и без всякого силового поля! У них не было никаких компьютеров, только числовые таблицы!

— Война невозможна без компьютеров! Терранцы были пастбищными животными!

— Послушайте, Гардак! Вы же инженер, а не историк. У первоначальных пехотинцев не было никаких средств передвижения, даже колесных. Колесницы появились позже. Солдаты шли пешком, и их мечи не имели источников энергии!

— Этого не может быть! Во время войны с Герингом америндийцы доставляли с помощью «летающих крепостей» атомное оружие! А в атомных лабораториях были компьютеры. Фейнмановские надписи ясно свидетельствуют об этом.

Эрон снова улыбнулся.

— Я изучал этот вопрос. Дело в том, что староанглский язык очень трудно интерпретировать. Опять же, они писали хоть и много, но использовали крайне недолговечные носители. Те фрагменты, что вы цитируете, можно, конечно, истолковать как упоминание о примитивных компьютерах, но скорее всего это была просто толпа женщин-рабынь с механическими арифмометрами, которые передавали друг другу таблички с цифрами, подчиняясь командам надсмотрщика и его ассистента, который подавал синхронизирующие сигналы голосом. Хорошо известно, что в Америндии процветало рабство — до нас дошли даже изображения одного из их верховных жрецов. А оружие с взрывающимся зарядом — признак очень низкой технологии.

— И все-таки для постройки такой «летающей крепости» совершенно необходим надежный компьютер — по крайней мере в десяти ключевых узлах!

— Вы так думаете? Знаете, Гардак, это верно лишь в том случае, если вы намерены строить улучшенную версию аэрокара!

— Я профессионал и стараюсь усовершенствовать любую незрелую идею.

— Подход понятный, — согласился Эрон. — Я видел ваш аэродинамический расчет поверхности крыла и все эти хитрые бороздки с электронной подпиткой для минимизации сопротивления воздуха. Вы использовали там больше компьютерных наворотов, чем им нужно было на расчет бюджета всей страны. Вы хотите создать модель, которая будет лететь сама, пока команда пьет чай! Плюс еще оболочка, непроницаемая для инерционных снарядов, и способность наносить удар с безопасного расстояния! А самонаводящееся оружие? — Он поморщился. — Они использовали только ручное наведение!

— Но Кон не разрешает ставить разумное лучевое оружие! Как можно вручную метать свинцовые снаряды в движущуюся мишень при скорости ветра тридцать пять метров в мгновение?

Эрон пожал плечами.

— А скрытый комплект атомных движков?

— Это только на крайний случай, если Кону надоест ползти, и он захочет перейти звуковой барьер. Он может им и не пользоваться.

— Он не хочет ничего такого!

— Но этот летающий гроб работает на углеводородах! Двигатели в любой момент могут сдохнуть, и он упадет как камень!

— Ну и что? Настоящие ведь падали! И их подбивали. Сиэтлийцы теряли сотни своих героев каждый раз, когда посылали такие алюминиевые рамы с заклепками в бомбовый рейд!

— Но полетит-то не герой, а этот придурок Кон! И машина должна быть безопасной! — застонал инженер.

К нему присоединился самый храбрый из остальных инженеров:

— Да наплевать на старого Хаукума, дело даже не в нем! Ведь сначала эту штуковину придется опробовать нам с вами!

Но Эрон не сдавался. Логарифмическая линейка — и точка! Это был приказ. Тогда непокорные инженеры послали делегацию к самому Кону.

Вскоре тот появился из своего походного жилища, похожего на гигантский гриб. За ним брела притихшая делегация. На этот раз на адмирале была надета голубая униформа со шнурами и латинскими символами «US AF». Кон взобрался на импровизированный подиум — грузового робота с лестницей — и молча обвел взглядом своих людей, ожидая, пока соберутся все до последнего. Потом он отцедил несколько кратких фраз. Так мог бы говорить император Галактики. Приказ гласил: выполнять указания физика Эрона Оузы беспрекословно! На лице адмирала играла легкая улыбка.