Тающий призрак - Фил Смит

Тэд тяжело вздохнул, вспомнив о жене. Бедная Джуди! Она не могла бы представить себе такого жуткого происшествия, никогда! И ей еще предстоит узнать, что это сделал Стив. Они не смогут долго скрывать от нее правду.

Кто-то похлопал его по плечу.

Это был шериф Блейк, бледный и мрачный.

— Плохо дело, док, — сказал он. — Мне очень жаль. — Блейк подошел ближе. — Послушайте, док, — он понизил голос. — Будет лучше, если вы объясните, что происходит, пока в городе еще остались живые люди.

Нельсон, нервничая, посмотрел через плечо на машину и фигуру генерала возле нее.

— Я не могу этого сделать, — ответил он. — Это государственная тайна.

Лицо шерифа потемнело.

— В нашем округе при чудовищных обстоятельствах погибают люди, а вы продолжаете занимать официальную позицию. Как это понимать, доктор Нельсон? — он вложил всю свою язвительность в слово «доктор», и Тэд поморщился.

— Послушайте, Нейл, — возразил он. — Вы видите, у меня связаны руки.

— Вам бы наручники на них надеть, — прошипел шериф.

— За что? — поразился Нельсон.

— За укрывательство преступника.

— Здесь нет преступника.

— Тогда кто же, черт вас возьми, сотворил все это? — взорвался шериф.

Генерал услышал сердитый голос Блейка и бросил в их сторону подозрительный взгляд.

Нельсон вдруг почувствовал смертельную усталость. Зачем ему поддерживать эту нелепую, дурацкую игру? Люди должны наконец узнать правду: экспедиция потерпела фиаско. Все это время астронавты находились в научно-исследовательском центре с фиктивными медицинскими паспортами. Факты о том, что двое из них погибли, тщательно скрывались. А эта идиотская уверенность, что полет «Прометея-2» будет удачным! Он не хочет становиться соучастником преступления, он устал вешать всем лапшу на уши о том, что американская космическая программа непогрешима и не знает себе равных. Он только выгораживает безмозглых кретинов, вроде Перри, которые пойдут на любые жертвы во имя своих амбиций. Нет, с него хватит. Пусть Перри отдувается вместо него.

— Хорошо, шериф, — решительно сказал Нельсон, стараясь, чтобы его голос донесся до генерала. — Если вы хотите более подробных объяснений, я думаю, вам лучше будет поговорить с генералом.

Блейк был настолько ошеломлен последними событиями в его родном городе, что без особого трепета подошел к грозно выглядящему Перри.

— Что это происходит здесь у вас перед запуском новой станции? — резко спросил он.

— Боюсь, это не подлежит разглашению — программа засекречена, — спокойно ответил Перри.

— А это тоже засекречено? — в бешенстве спросил Блейк, показывая на два трупа в машине. Он не давал себе труда сдерживать ярость.

Генерал на секунду потерял самоуверенность.

— Можно сказать, да, — он замялся.

— Поскольку я отвечаю за безопасность всех жителей этого города, и этих двух граждан тоже, будьте любезны объяснить, какое отношение имеют ваши секреты к случившимся убийствам?

Блейк был на добрых пятнадцать сантиметров выше Перри и, несмотря на худобу, угрожающе возвышался над генералом.

Перри оказался меж двух огней. Пока из Хейла не прибыло подкрепление, он не мог установить в городе военное положение и нуждался в поддержке шерифа. Он уничтожающе взглянул на Нельсона и отвел шерифа в сторону. Нельсон расслышал несколько фраз о том, что необходимо общими усилиями контролировать ситуацию, пока слухи не начали расползаться.

Тэд не мог оторвать взгляд от машины, пока до него долетали обрывки их разговора. В своем невежестве Перри надеялся, что его амбициозность обезопасит все оборудование и инструменты, а главное, избавит новую экспедицию от судьбы, которая постигла «Прометей-1». Не признавая медицинских тестов, военные чиновники отказывались признать страшную опасность, которая дожидалась астронавтов в мертвой пустыне. Столько внимания безжизненной планете — и ни капли планете живой. Это было чудовищно.

Сигнал коротковолнового передатчика прервал горькие раздумья доктора. Это звонил Дик Лорин. Он просил Нельсона приехать как можно скорее — есть на что посмотреть.

Тэд предупредил генерала и попросил одного из полицейских отвезти его в центр. К тому же он беспокоился о Джуди и хотел быть поближе к ней. После всего, что случилось, не стоило оставлять ее одну.

Транквилизаторы были щадящими, и вскоре Джуди проснулась в пустом доме. Она еще не совсем очнулась после таблеток и в полудреме спустилась вниз.

Она уселась в кресло и невидящим взглядом уставилась в окно. Занавески были отдернуты, а жалюзи чуть приоткрыты, и тоненькие полоски света падали в сад. Джуди рассеянно глядела на эти полоски, но она не видела сада. Она думала о Стиве.

Почему-то он казался ей центром трагедии. Она вспомнила о матери. Джуди поняла, что с ней случилось что-то ужасное, но не могла сосредоточиться на этом. Стив совершенно заполнил ее мысли. О нем она тоже толком ничего не знала, кроме — того, что он серьезно болен и это поставило под угрозу будущее космической программы.

Джуди хотела бы навестить Стива, лежащего в одиночестве в изоляторе, где за его жизнь борются врачи. Для них всех он был чем-то вроде подопытного кролика, даже для ее мужа: Тэд не мог вести себя иначе, это была его работа. Но она знала, что Стив нуждается в том, что не могут ему дать лучшие врачи-мужчины. Она пыталась помочь ему еще до их экспедиции, когда погибла его жена: угощала домашней едой, чинила одежду, выслушивала его, когда напряжение на работе выплескивалось через край, — в общем, делала несложные вещи, которые умеют делать женщины. А теперь он находится во власти кретинов вроде генерала Перри, опутанный их секретностью. Бедный Стив!

Бедный Стив стоял в саду напротив окна, пристально глядя на нее.

На Марсе было почти как на Земле. Стив смотрел на маленькую звездочку с ее бледным спутником. Там остался его дом. Он почувствовал себя отрезанным от всего мира. Огромная пропасть между астронавтами и Землей будто бы говорила об их отречении от человечества. Стив хранил в тайне свои впечатления, и это отдаляло его от товарищей. Вдали от командиров полета он стал нарушать правила и поощрял это в других. Все больше стремясь к одиночеству, он замыкался в своем личном мире. Им овладевала мания величия. Никто не предупреждал его об этом, никто к этому не готовил. Стив словно перешагнул вечность и пространство. Он чувствовал эйфорию, казался себе венцом творения, без пяти минут Создателем.

В однообразном ландшафте пустыни не на чем было задержать взгляд. Но в темно-синем мерцающем небе блестели, как чудесные жемчужины, мириады звезд. Вот что занимало все его внимание.