Идеaльный мир - Дим Край

И это слова подростка! Паут догадывался, что Ойон пережил не самое лучшее детство и видел гораздо больше за свои детские годы, чем он, Паут, за свои не полные полувзрослые восемь лет.

— Почему вы хотите быть в составе Адрии? — спросил тринадцатилетнего пацана Паут, понимая что его ответ ничего не принесёт полезного и не ответит на терзающие его вопросы.

— Да потому что мы хотим жить как нормальные люди! — выдал он.

Эмма предупреждающее на него посмотрела. В её зрачках мелькнул страх.

— Потому что жизнь наша не становиться лучше. Каждый год одно и тоже. Налоги на землю, на воздух, на то, что мы существуем, так называемый, подушевный налог ложат нам на плечи. Дорогая еда — что только на неё отцовской зарплаты хватает… И нам совершенно некуда идти. Планета пустынна. Я даже не представляю куда идти работать… Вот, приходится разгружать фургоны с уплотненной рудой за гроши… А так хоть в Адрии нам станет легче…

Здесь люди надеются на лучшее. Это их право. Но какое может наступить 'лучшее'? Если они находится в такой космической глуши?! Здесь ничего нет: ни ресурсов, ни полезных ископаемых. Это даже не деловой центр или центр развлечений. И стать центром он никогда не сможет. Это просто пустынная планета с непригодной атмосферой и дикими нравами местных жителей, которая расположилась на границе двух государств… Приграничная территория. За которую будут биться две большие, сильные державы, не обращая внимание на местных аборигенов, по давно забытой истории которые здесь поселились. Это уже стратегический объект. Форпост. Площадка для военных игр. И мир, и процветание на планете наступит лишь тогда, когда планета окажется в глубине какого-нибудь государства, не обязательно Федерации. Но в таком случае другие планеты окажутся приграничными для кого-то и их постигнет такая же участь. Да и случится ли это когда-нибудь? Границы больших государств редко меняют своё положение. На то они и большие государства, что больше им становиться некуда…

Паут не хотел зла этим добрым людям. Он не хотел, чтобы они страдали, чтобы им приходилось кого-то ненавидеть всей душой. Он искренне хотел их помочь и понимал, что это не в его силах. Не в его юрисдикции… В Адрии им не станет лучше — он это знал наверняка. Но и в Федерации им тоже ничего не светит. Они обречены на вечную нищету и бесконечное влачение своего жалкого существования на никчёмной и никому по-настоящему не нужной планете.

Он посмотрел на печальные зеленоватые глаза Эммы, на яростный жёсткий взгляд Ойона, на этих маленьких людей, которые находятся сейчас рядом с ним, не потому что они хотят быть рядом с ним, а потому что тесно. Нагромаждённое разными предметами подвальное помещение не давало им нужного простора. Так же им не будет простора в этом мире… Разве не так?

Как и обещал, через двое суток он покинул их дом, скромное подвальное обиталище, которые было захламлённым, пыльным, тёмноватым, но в котором он быстро окреп и поправился. Скрываясь от глаз, тёмными ночами он скрытно передвигался по городу. Обнаружил на одной из парковочных остановок флайер в хорошем состоянии и сразу покинул город, так и не попрощавшись с Эмми и Ойоном. Скоро он выбрался к своим и узнал новости.

Восстание огненной волной прокатилось по всей планете. Погибло много померян. Погибло много альверцев. Практически во всех городах и поселениях одновременно, с разницей то там то тут не более чем в два часа началась и очень быстро закончилось восстание местных жителей. Кто им помогал — официальные сводки не уточняли. Но то что им помогали, вооружали, военизировали и в какой-то степени сами участвовали в силовом захвате власти — это было неоспоримо. Но кто?! Без значков различий, без взятия в плен разговорчивых языков — это было непонятно. Никто публично не брал на себя ответственность назвать этих негодяев, этих пособников 'туманной революции', как её уже окрестили. Однако для штаба федеральных войск это не было такой страшной загадкой. В штабе знали откуда пришли эти люди, кто их сюда направил, и все знали с какой целью они здесь присутствуют.

Штаб миротворческих сил на планете располагался не далеко от столицы, города Акверсо, — в двух десятках километрах от границы воздушного купола. Он был автономен, герметичен и самодостаточен. Он был построен ещё давно и основательно — так как Федерация заботилась о хорошей укреплённости своих форпостов на приграничных территориях. У него была отличная система обороны и укомплектован вполне современным вооружением. Захватывать его никто не собирался. Однако, чтобы такой мощный штаб не мешал естественному процессу захвата власти в столице — его постарались изолировать, расставив по периметру энергоразрядные мины-перехвадчики, которые реагируют на любое движение. Изолирование им практически удалось. Киберроботам-сапёрам понадобилось не меньше часа, чтобы обезвредить опасные подарки от благожелателей. И только после этого, военный гарнизон штаба смог пробраться в столицу, но помочь державшим оборону войскам он уже не везде успевал. К тому моменту восстание достигло своего апогея, и на улицы посыпались все, кому хоть как-то было интересно участвовать, так как всё равно спать в эту ночь было бессмысленно. Под прикрытием мирной толпы экстремисты могли с лёгкостью удерживать захваченные стратегические объекты, так как по ним не решались стрелять федеральные войска, и могли делать упор на захват ещё геройски обороняющихся объектов.

Первый стратегический объект, который подвергся атаке, был несомненно единственный уцелевший портальный центр этой планеты — основная связь с внешним миром, связь с Федерацией. Захватывать его вооружённые оппозиционеры так и не решились. Они просто разбомбили объект пневмопушками и тяжёлыми снарядами там, где действовало антидеструктивное поле. Захватить портальный центр было невыполнимой задачей, так как охраняли его лучшие воины с самым лучшим вооружением человечества.

— Никто не выжил? — уточнил сидевший напротив майор миротворческих сил Федерации.

— Нет, — скрывая разъедавшую внутреннюю боль от воспоминаний ответил Паут Воэ. — Никто не выжил. Только я один выбрался.

Они находились в одной из светлых, просторных комнат штаба миротворческих сил. Кроме них двоих в комнате находились ещё люди, но они не участвовали в разговое и не намеривались этого делать. Выполняли простейшую роль слушателей. На улице стояла непроглядная тьма — очередная короткая ночь. Окна были зарешечаны, но сквозь небольшие щели просачивались далёкие огоньки столицы, не давая Пауту сосредоточиться на майоре и отвлекали его время от времени.