Звезда бессмертия - Виктор Цокота

В строгом отборе, где право представлять свою страну, свой континент на традиционном празднике молодежи получал один буквально из сотен тысяч, Олегу Слюсаренко очень повезло. В начале января совет молодых ученых при Академии Наук СССР совместно с Комитетом молодежных организаций страны единогласно утвердил его кандидатуру в состав советской делегации на фестиваль по группе молодых ученых за теоретическое решение и практическое внедрение принципиально новой задачи математического обеспечения автоматического управления кораблями морского и речного флотов любого водоизмещения и назначения на основе применения современной кибернетики и электронно-вычислительной техники, а также за разработку, создание и внедрение для ее применения оригинального малогабаритного блока “ЭВМ-ПРАКТИКА”.

Его сообщение об этой работе с демонстрацией одного из уже построенных объектов непосредственно на Всемирном форуме молодежи было запланировано на 1 августа.

А еще через месяц пришла телеграмма от Комитета по делам физкультуры и спорта. В ней официально сообщалось, что Олег вместе с выбранным им экипажем включен в состав участников Регаты Свободы так называли организаторы фестиваля морской марафон на спортивных парусниках вокруг Южной Америки.

Одиннадцать тысяч триста сорок миль! Попутные ветры и течения на всем пути. Океанский простор, экзотическая красота побережья! И по сути — целых два месяца отдыха. Такого желанного, такого нужного отдыха! И как несказанно рада будет Таня!

Олег потирал руки от радости. Ничего, что часть пути совпадает с периодом дождей, что возможны встречи со штормами и даже ураганами. Они все одолеют.

Наполнив радужным светом ранние зимние сумерки, ярко вспыхнул экран видеофона. Призывно зазвучали короткие и длинные сигналы разного тембра.

“Что это? Правительственный вызов? — подумал Олег, включая аппарат на двухстороннюю связь. — Неужели что-то случилось непредвиденное? Как это сегодня не кстати”.

Но с экрана, весело улыбаясь, смотрел его тренер Андрей Иванович Аксенов.

— Поздравляю, Олег, от всего сердца. И тебя, и Таню. Я из Москвы, из спортивного комитета. Только что прочел условия для участников регаты. Они составлены так замечательно, что не получить нам гран-при [12] просто невозможно! Ты только послушай!

Он чуть заметно подмигнул Олегу правым глазом, придвинул поближе к себе двойной лист бумаги и стал передавать их содержание:

— Парусник может быть любого типа… с неограниченным количеством мачт и парусов, с любой системой управления. Длина корабля, однако, не должна превышать двадцати метров, а водоизмещение — пятидесяти тонн.

— Ну, это нас с тобой, пожалуй, мало касается, снова улыбнулся он Олегу и что-то забубнил скороговоркой себе под нос. — А вот это, пожалуй, важно, поднял на Олега глаза.

Слюсаренко уловил в его взгляде скрытое разочарование и даже обиду.

— На борту предусмотрено наличие двух членов экипажа любого пола в возрасте от восемнадцати до двадцати восьми лет, — читал Аксенов нарочито бодрым голосом, стараясь скрыть за этой показной бодростью свое явное огорчение, — и два пассажира не старше тринадцати или же не моложе шестидесяти лет. Питание — автономное, запас продуктов и пресной воды — на весь период плавания.

Аксенов медленно отодвинул лежащий перед ним лист бумаги и поднял на Олега глаза. Несколько секунд он не мигая смотрел перед собой, словно вспоминая что-то. Потом спохватился:

— Ах, да, запрещения! Нельзя подходить к берегу ближе ста метров, — загибал он пальцы, — удаляться от него на расстояние, превышающее двадцать миль… Пользоваться двигателями, кроме случаев крайней опасности для экипажа. Нельзя пополнять запасы пищи и пресной воды со встречных кораблей и лодок, получать консультации и практическую помощь по управлению судном от посторонних лиц и в пунктах, не предусмотренных в схеме маршрута. Нарушившие правила механически выбывают из соревнований… Контроль за соблюдением правил возлагается на специальных комиссаров жюри, которые будут сопровождать парусники на реактивных катерах и гидросамолетах.

С минуту он молча просматривал документ, а потом закончил:

— Старт из Сантьяго-де-Куба 30 мая. Предполагаемый финиш лидеров в Гаване 24 июля… Подумайте о пассажирах. Я, конечно, не подхожу по возрасту. Досадно, но что поделаешь. Правда, есть тут один вариант… Попробую что-либо сделать, чтобы быть около вас. А вы ищите. Наверное, лучше всего мальчишек.

Экран погас. В комнате сразу стало темно — короткие зимние сумерки кончились. Олег закурил сигарету и, не зажигая света, подошел к окну. С высоты семнадцатого этажа он взглянул на знакомую до мелочей панораму огромного комплекса Института кибернетики, залитую тысячами огней. Работает он здесь только пятый год, но дорогу сюда, в один из красивейших уголков древнего и вечно молодого Киева, узнал значительно раньше, когда еще десятилетним мальчуганом пришел в сектор детской кибернетики института по направлению педсовета математической школы, в которой учился тогда в четвертом классе. Сектор детской кибернетики создали при институте в конце семидесятых годов по инициативе директора института академика Валентина Николаевича Дегтева — творца первых отечественных электронных вычислительных машин.

Как-то, года два спустя, когда Олег понял наконец разработанные функции и достигнутые возможности вычислительных машин первого, второго и даже третьего поколений, он неожиданно для педагогов совершенно разочаровался в них. Первоначальный интерес к ним у него как-то сразу пропал. Да, они быстро могли производить заданные людьми расчеты, анализировать состояние плавки металла в доменной или мартеновской печи, экономическое, чисто финансовое либо другое положение предприятия, отрасли. С удивительной точностью и очень быстро находили узкие места производства, рассчитывали потребности материальных и трудовых ресурсов на запланированные объемы производства и строительно-монтажных работ, необходимую перспективу капиталовложений на заданный темп развития экономики страны в целом и отдельных ее отраслей.

ЭВМ успешно контролировали правильность технологических процессов, качество и ассортимент выпускаемой продукции. Они помогали врачам точнее ставить диагноз, стали незаменимыми в поиске нужной книги или информации. Машины научились играть в шахматы на уровне мастеров, человеческим голосом отвечать на вопросы. Но самое главное — они могли предлагать варианты различных управленческих решений — от организации оптимального варианта выпечки хлеба на заводах-автоматах до выбора трасс космических кораблей. Но именно за эту их “услужливость”, что ли, и пропал у Олега к ним интерес.