Нф-100: Vita cyclus - Галуст Баксиян

Мартин Смит был вождем самой крупной гайанской общи┐ны людей, которая насчитывала сотни тысяч человек.

- Что случилось? - ровным голосом спросил Мартин Смит у своего помощника.

399

- Люди отказываются работать, - с тревогой и ехидцей в голосе сказал тот.

- Почему? - спокойным и в то же время властным голосом поинтересовался Мартин Смит.

- Они хотят жить как ты, великий Мартин! - делая неуве-ренный шаг назад, ответил его помощник.

- Как ты думаешь, они достойны того, чтобы жить как я? - вновь спокойно спросил Мартин своего помощника.

- Конечно, нет, мой повелитель! Ни один из живущих на Гайе не достоин того, чтобы жить как ты, великий Мартин! - заискивающе ответил помощник.

- Почему ты так считаешь?

- Как же иначе, повелитель? Тебе нет равных ни в красоте, ни в силе, ни в богатстве, ни в уме. Ты самый влиятельный че┐ловек Гайи. То, чего ты достиг, не под силу всем остальным. По┐этому ни один гайанин не достоин того, чтобы занять твое ме┐сто. Только твой сын, по праву рождения и благородности унас┐ледованной крови, которая питает его мышцы силой, а его мозг разумом, имеет право занять твое место, когда ты пожелаешь этого! Никто другой кроме твоего сына, мой повелитель.

- Ничто не разочаровывает так сильно, как неоправдавшая┐ся уверенность, - сказал Мартин Смит. - Однако я согласен с тобой, и не могу позволить кому-либо занять мое место. Каж┐дый, кто способен управлять, поведет народ за собой, у каждого свой путь. Направление этого пути определяет упадок общества или его процветание. Как к упадку, так и к процветанию ведет ровно столько дорог, сколько различных мнений имеется у ли┐деров. Я - лидер общества, и веду его к процветанию своим пу┐тем. Поэтому я считаю вредным для общества, которым управ┐ляю, какое-либо иное направление, а соответственно, и иное мнение, имеющееся у кого-то из недовольных.

400

Помощник слушал Мартина в покорной позе, не смея издать ни единого звука.

- Нужно указать этим людям их место, - решительно до-бавил Мартин. - Ступай, я позову тебя, когда ты мне понадо-бишься.

Обстоятельства, которыми Мартин Смит мог воспользо┐ваться для закрепления своего права на занимаемое им место, не заставили себя ждать. Он давно отметил, с какой перио┐дичностью происходят затмения Гемеры. Он был очень умен для того, чтобы видеть в этом что-то ужасное, Мартин знал, что это не ведет ни к чему плохому, но также заметил, что лю┐ди боятся этого явления, как звери боятся огня. Он умел вы┐числять время очередного затмения. И, к его счастью, следу┐ющее затмение Гемеры должно было произойти через десять дней, и именно к этому времени Мартин Смит решил собрать народ.

'Нет ничего глупее, чем нежелание или неумение воспользо-ваться своим преимуществом', - подумал он.

Через три дня Мартин Смит вызвал к себе помощника и ска┐зал ему:

- Через семь дней я выйду к народу, и тогда у них будет выбор.

- Что ты имеешь в виду, мой повелитель? - неуверенно спросил помощник.

- Я все сказал! Выбор будет и у тебя. Собери народ через семь дней.

- Я все сделаю, как ты говоришь, великий Мартин Смит, - сказал помощник и поспешил удалиться.

Прошла неделя, и наступило утро. Погода стояла великолеп-ная: ярко светила Гемера, небо было голубым и безоблачным.

Взрослые члены его общины собрались, чтобы выслушать речь своего вождя.

401

- Я приветствую вас, гайане, - спокойно и уверенно начал Мартин Смит, взойдя на возвышение. - Погода благоприят┐ствует всем нам.

Раздался гул приветственных голосов. Потомок Смитов приводил людей в трепет, его уважали, его боялись. Но на┐шлись те, кто захотел занять его место вождя. Недовольство, словно эпидемия, быстро распространялось среди людей. Если количество недовольных достигнет критической цифры, оста-новить волну негодования будет уже невозможно. Народные массы поднимутся и сметут каждого, кто не поддерживает об┐щее мнение. Первым, кто лишится не только своего положе┐ния, но и своей головы, окажется вожак, против которого под┐нялся бунт. На его место встанет новый человек, который определит дальнейшее развитие общины, им только что воз┐главленной.

Мартин Смит, едва услышав, что появились люди, желаю┐щие отнять у него право называться повелителем, принял ре┐шительные меры. Он мог навести порядок силой, уничтожив завистников и недовольных, коих было еще совсем немного. Но он решил принять более действенные меры, которые по┐зволят ему без применения оружия добиться еще больших ре┐зультатов, чем можно было бы рассчитывать при силовом ре┐шении вопроса. Любая агрессия с его стороны обратила бы против него уже весь народ. Хотя как таковых недовольных его правлением не было - он был мудрым и добрым вожа┐ком, - но появились те, кто из зависти и корысти хотел встать на его место.

Понятное дело, что подобные люди, заражая своей идеей других, со временем, необходимым, чтобы количество их еди-номышленников стало достаточным для свержения существую┐щей власти, могли стать серьезной угрозой правлению Мартина Смита. Поэтому ему следовало действовать иначе, а именно так,

402

чтобы не то что не вызвать увеличения количества недоволь┐ных, а наоборот, еще больше расположить к себе тех, кто сейчас поддерживает его политику, и обратить завистников и недо-вольных в своих почитателей и обожателей.

- Как живете вы, братья мои? Хороши ли ваши урожаи, здоровы ли ваши животные? Все ли у вас хорошо, всем ли вы довольны? Меня интересует каждый из вас, братья мои. Я слу┐шаю вас.

После этих слов воцарилась гробовая тишина. Тысячи людей замерли в нерешительности, не издавая ни единого звука. Ока┐жись сторонний наблюдатель рядом с этой толпой и закрой гла┐за, он не усомнился бы, что вокруг него нет ни единого челове┐ка. Молчание продолжалось, и тогда Мартин Смит сказал:

- Братья мои, либо молчание ваше говорит о том, что вы всем довольны, - но тогда почему вы молчите и не говорите, что у вас все хорошо? - либо есть среди вас недовольные, но они также молчат, боясь моего гнева. Тогда у меня напрашива┐ется другой вопрос: почему и когда вы стали бояться меня? Раз┐ве я был когда-либо несправедлив с вами или жесток?

- Нет, Мартин Смит, ты справедливый и мудрый прави┐тель, - многоголосым хором ответила толпа.

- Тогда почему вы молчите и не отвечаете, когда я спраши┐ваю вас, как вы живете - хорошо или плохо?

- Хорошо живем! - закричали люди.

- Есть ли среди вас те, кто недоволен чем-либо. Есть ли сре┐ди вас те, кто считает, что я причина каких-либо бед?

- Нет, повелитель, среди нас нет таких, кто был бы тобой недоволен, - отвечала толпа.

Мартин Смит прекрасно понимал, что ни один недоволь┐ный, будь их хоть целая сотня или даже тысяча, не выйдет и открыто не скажет, что он ему не нравится. Хотя количество людей, которые хотели бы убрать Мартина Смита с его места,