Тропа в сингулярности - Алексей Абвов

Здесь наша разведгруппа впервые решила разделиться. Собственно, решение о таком шаге должен принимать я как командир, но этого даже не потребовалось, опытные разведчики, даже не сработавшиеся вместе до этой компании, понимали друг друга не с полуслова, а вообще без слов. В глубину решил идти я и со мной сразу встали два крепких парня Нюм и Вит. Осс с остальными разведчиками остались на поверхности. Мы включили дополнительное ориентационное оборудование, которое позволяло тем, кто остался на поверхности, следить за теми, кто ушел в расщелину, тем самым, имея некоторую информацию о том, куда мы там движемся, и что с нами происходит.

"Идём", — сказал я, включая систему объёмного зрения в темноте и скрываясь в расщелине.

Нюм и Вит без слов последовали за мной. Расщелина очень круто уходила вниз, было достаточно трудно удерживаться на ногах и не скатиться кубарем в неизвестную глубину. Но мы были хорошо подготовлены для лазанья и по таким пещерам. Это было даже привычно, ибо большая часть колонизируемых до этого миров — были мирами, где жить человеку можно только глубоко под поверхностью, что, по сути, не сильно отличалось от жизни в открытом космосе. Хорошо ещё, что поверхность этой расщелины была сухой и твёрдой, впрочем, это было вполне объяснимо тем, что на планете практически отсутствовали осадки. Через некоторое время спуска расщелина стала более пологой и существенно расширилась. Мы оказались в просторном зале, во всех стенах которого виднелись проходы в другие подземные расщелины. Отчасти всё это выглядело как нечто имеющее искусственное происхождение, но все мои попытки обнаружить следы какой-либо искусственной обработки камня, окончились безуспешно. Подземный грот был явно создан самой природой этой планеты, какой-то непонятной мне стихией, которая изящно раздвинула слои твердейшей породы камня. Это было по-настоящему удивительно. Я включил сканнер жизненных форм, но он показал лишь слабый сигнал, идущий в сторону расщелины, которая вела на поверхность. Требовалось решить, что делать дальше, так как наше первая вылазка уже достаточно затянулась, и пора было возвращаться на станцию, где мне придётся давать подробный отчёт руководству. А отчитываться, собственно, пока было нечем. Всё, что до сего времени обнаружила наша разведгруппа и так уже было известно ранее. Разве что эта самая пещера не была отмечена при предварительной разведке местности автоматами, что несколько странно. Так что её обнаружение можно смело записать в наш актив и спокойно возвращаться, хотя мне сильно хотелось пойти дальше. Но благоразумие взяло верх над любопытством, и я дал команду возвращаться назад, на поверхность. Попытался было связаться с Осс, но мы были достаточно глубоко, и связь не работала.

Мы стали медленно подниматься по уже знакомой расщелине вверх. Идти вверх с ощущением, что вскоре сюда придётся спускаться вновь, куда тяжелее, чем спускаться вниз, несмотря на то, что физически идти вверх несколько проще. Тело у разведчиков тренировано для преодоления и более сложных подъёмов с большей силой гравитации, так что тяжести в ногах я совсем не ощущал. Наконец мой коммуникатор ожил, Осс сама связалась со мной. Она что-то пыталась сказать, но помехи были очень сильными, я едва успел разобрать слова "удар и волна", едва успел только насторожиться, но ничего не смог предпринять. Сначала нас накрыл мягкий удар, вслед за ним прошло сильное сотрясение почвы. Все трое, мы скатились по расщелине вниз, в ту самую залу, из которой недавно вышли к поверхности. Хорошо ещё, что вовремя сработали наши силовые костюмы и этот быстрый спуск не причинил нам какого-либо вреда, кроме секундного замешательства. Но это оказалось ещё далеко не всё. Сотрясение почвы повторились вновь, и произошло то, чего я больше всего опасался, когда вступал в какое-либо подземелье, потолок расщелины по которой мы проникли сюда, с грохотом обрушился вниз, выход на поверхность в одно мгновение прекратил своё существование.

— Да, влипли мы, ребята, — тихо сказал я, внимательно осматриваясь по сторонам.

Всем нам и так была понятна незавидность нашего положения. Конечно, нас будут пытаться вызволить отсюда, на станции есть необходимое оборудование, но, сколько это займёт времени, никто сказать не мог. Плюс ко всему этому, было неясным, что же случилось на поверхности планеты, может нашей станции больше уже не существует? Что за сильный энергетический выброс-взрыв, который породил такую волну? Уцелела ли сама станция? Я был некоторое время в замешательстве. Что делать непонятно, вернее понятно — сидеть тут в глубине подземелья и терпеливо ждать, ждать непонятно чего. По крайней мере в инструкциях именно так записано. Но если нет другого выбора, кроме как слепо следовать предписаниям инструкции, то для моей деятельной натуры тут выбор только один — мы будем продолжать нашу разведку. Ныш путь лежит в глубину.

Однако перед новой серией активных действий мы решили сделать привал и немного подкрепить свой моральный дух, съев часть сухого пайка, который разведчики всегда берут с собой, рассчитывая на несколько суток. Известно, когда выход в разведку начинается, но никогда не бывает ясно, когда он может закончиться. Вот и в этот раз, реальность преподнесла нам свой сюрприз. Хорошо, хоть есть куда дальше двигаться, наши сканнеры показывали, что другие подземные ходы весьма протяженны и не видно, что какой-либо из них явно заканчивается тупиком. Это, с одной стороны, радовало. А с другой — совершенно не предвещало нам лёгкой жизни. Тем более, что она, жизнь эта, и так была совсем не легкой, особенно после обрушения выхода. Я выпустил несколько маленьких роботов, которые могут автономно обследовать пространство, дав им задание пролететь по ближайшим расщелинам и коридорам, определяя наличие любого движения воздуха. Если есть движение воздуха, значит, есть и выход на поверхность. Это сейчас наш единственный способ узнать что-либо, что может помочь самостоятельно выбраться из сложившейся ситуации.

Перекинувшись несколькими ободряющими фразами с ребятами, я снова задумался о том, что могло породить столь обширные полости в глубине планетных недр. Нигде явно не обнаруживались следы искусственного воздействия, но само явление этих пещер было очень любопытным. Вроде как подобные образования могут возникнуть из-за воздействия водных потоков на слабые или растворимые породы. Но тут нет характерных для водных эрозийных процессов признаков, скорее есть нечто похожее на действие внутреннего давления текущей магмы. От магматических по происхождению эти пещеры сильно отличались, здесь что-то ещё действовало. Однако, как я не старался перебрать все возможные варианты, размышления так и не привели меня хоть к каким-то догадкам. Проверив свою амуницию и попытавшись ещё раз совершенно безрезультатно связаться с поверхностью, я вместе со своими подчинёнными немного вздремнул. Всё равно нам требовалось дождаться результатов работы роботов. Делать особенно нечего, а силы теперь стоит беречь.

Сон пришел как-то сразу, я даже не заметил тот момент, когда он внезапно наступил. Перед моим внутренним взором предстала Онтристис, облачённая в силовой костюм, в тот самый, в котором мы вышли со станции. Она явно пыталась что-то мне сказать, вернее — прокричать, но я так и не смог ничего услышать. Я чувствовал её близкое присутствие, где-то там, на поверхности, среди каких-то скал. Мне казалось, что ей угрожает какая-то неведомая опасность, но я так и не смог хоть что-то сказать ей в ответ на её крики. И тут, в какой-то момент я проснулся. Вернее сказать — "проснулся", нельзя, я продолжал находиться в каком-то сумрачном состоянии. Сердце бешено колотилось, кровь стучала в висках, дыхание практически отсутствовало. Во всём этом состоянии было что-то необычное. Я продолжал чувствовать связь с Осс, но несколько иначе, чем если бы она была рядом со мной. Теперь как будто она находится внутри меня, а я чувствую её собой. Со мной никогда ранее ничего подобного не приходило, всё это было пугающе, хотя бояться что-либо я давно разучился.

— Успокойся и расслабься, — мягко сказала внутри меня женщина, — ты не спишь, и это не ночной кошмар, просто я вошла в прямой ментальный контакт с тобой.

Я никогда раньше не верил в естественную телепатию. Вернее я знал, что некоторые военные и другие особенные специалисты вживляют себе в мозг специальные коммуникаторы. Но это были известные технические средства. И даже если бы у меня самого был бы сейчас подобный имплантат, то он всё равно был бы совершенно бесполезен в сложившихся условиях. Но вот в такую телепатию, о которой рассказывали некоторые очень древние источники, и которую всегда относили к сказкам далёкого прошлого…, нет, это стало для меня самым настоящим сюрпризом.