Проповедь гуманитария (СИ) - Анатолий Мороз

трансформация тела завершилась, и курьер начал падение обратно в трёхмерное пространство. Нельзя утверждать, будто люди во всём отстали от «собачек»: до маленьких сверхбыстрых кораблей те не додумались. Опережали мы их и в биотехнологиях (спасибо Седьмому). Можно было распечатать тело представителя любого вида, вшить в него мозг человека и сойти за своего. Так приходилось действовать агентам Земли из-за того, что койраны неохотно становились шпионами даже за большие деньги. Второй же областью считалось производство антиматерии. Именно за чертежами устройства, способного менять барионный заряд вещества так же легко, как и электрический, и пришлось направить сразу двух участников Центрального Комитета.

Странности начались на выходе. Для начала, они оказались в другой точке, гораздо ближе к Рэпрабаху, чем предполагалось. Но это удивляло меньше всего, поговаривали, будто курьерские корабли ещё ни разу не попадали туда, куда надо. Линкор, который как раз таки и должен их встречать, сейчас полыхал за ними. Сигнал «SOS» игнорировался, ответом было лишь передаваемая без всякого шифрования фраза «Рэпрабах атакован. Они пришли за прибором».

Мощный удар сзади подтолкнул кораблик: линкор разлетался на обломки и один из них столкнулся с курьером. Через секунду тот и сам превратился в груду искорёженного металла, но перед этим Двенадцатый успел перенести себя и подругу в четырёхмерное пространство. Повелитель Математики мог дойти и до одиннадцатого измерения только силой мысли, однако в этом не имелось смысла: дополнительные пространственные оси просто так не прибавляли скорости.

Отсюда они видели пробитый в нескольких местах щит над заводом, медленно пропадающее поле линкора и корабли врага. Импульса, переданного ударом, хватило, только чтобы развить скорость семь километров в секунду, и теперь они медленно падали на поверхность. Двенадцатый прижал голову к уху Восьмой и проорал:

— Собираемся в крылья, я правое — ты левое, рви одежду и сращивай тела!

— Похотливый мужлан, — спокойно ответила писательница, — лишь бы увидеть мою грудь. У нас антигравы в пряжках ремней.

Двенадцатый сделал расстроенный вид и щёлкнул себя по поясу. На самом деле он действительно привык рассчитывать только на своё тело, поэтому и забыл о технологиях. Главная по литературной части продолжила:

— Если неудобно носить на себе, сделай прибор и зажми в руке.

— Зажать в руке, ага, в руке! — Повелитель Математики заканчивал расчёты падения. — Там удобнее всего зажимать цилиндр, посох, жезл или стержень…

Под ударами койранов хрустальный купол рассыпался, во многих местах зияли дыры; в одну из них и направилась двойка. Высадка прошла успешно: поверхность не сильно пострадала, а передовые части противника сюда ещё не дошли. Подземные лифты двигались исправно, причём не только вверх-вниз и влево-вправо, но ещё и ана-ката. Пользуясь пропусками, наконец, оказались у лаборатории.

Разработкой генератора антиматерии занимался Алексей Стержнёв, в прошлом — руководитель по строительству Рэпрабаха. Здешние заводы предполагалось использовать лишь в военных целях, что у мечтательно настроенного общества вызывало много вопросов. Лишь немногие знали: тысячи автоматизированных цехов, производящие вооружения от ножей до крейсеров — прикрытие для поставок сюда любых приборов и материалов. Тут искали пути получения антиматерии. И вот прибор собран, осталось лишь забрать, встроить в заранее подготовленные системы электростанций и выиграть войну.

Двенадцатый и Восьмая стояли перед высокой ровной дверью, отражающей свет белых матовых стен. Посреди каждой тянулись голубые полосы. Только кнопка открытия выбивалась из общего фона. Нужно было всего лишь поднести карту и затем войти внутрь.

— Не нравится мне здесь, — ёмко произнесла Магистр Литературы.

— Ничего, сейчас на поверхность выйдут войска из глубины, и вдарим гадам, — Двенадцатый вовсю веселился. — Заходим внутрь, сжигаем прототип, хватаем профессора с чертежами и бежим. Или наоборот: берём прототип, сжигаем профессора и сматываемся.

Писательница не разделяла его радости:

— Уходим? Сматываемся? Интересно, на чём, умник?

— Не боись, детка, — тон математика стал развязным, — всё на мази, нет никого, кто смог бы противостоять мне на всей этой планете.

Кусок пластика придвинулся к ресепшену. Их связали прежде, чем дверь закончила раскрываться.

Как чувствует себя круг, когда его помещают в шар? Он не только не может вырваться за пределы ограничивающей его окружности, но даже не подозревает, что его обложили ещё сверху и снизу. Кто бы не пленил их, он знал о способностях визитёров. В одиннадцатимерном пространстве существовало пятьдесят пять вариантов вращения, но ему было не развернуться: по всем стояли заслоны. Свет и звук, однако, не утратили возможность свободного прохода — кажется, с ними хотели пообщаться. Силовые поля держали крепко, поэтому Двенадцатый по-быстрому отрастил глаза на висках и затылке, теперь он видел ещё капсулы по бокам. Сзади стояли двое с плазмомётами, судя по фигуре, люди. Уже что-то.

Лаборатория имела много этажей, невдалеке от входа уходила вверх винтовая лестница. И сейчас прямо по ней спускалось существо, которое точно нельзя было принять за человека. Сначала показались когтистые лапы, потом чуть согнутые колени, и вот койран смотрел на них всей своей лисьей мордой. Он носил чёрную форму с немногочисленными красными изображениями медалей на груди. Это плохо: тёмный цвет соответствовал высшим чинам противника, тогда как простые солдаты могли быть одеты в зелёное, жёлтое, белое или серое (в зависимости от местности). В руках «собачка» держала прибор, больше всего похожий швейную машинку. Очень кстати: вместо одного рукава у врага сползали клочья ткани и меха. Неприятель поставил устройство на пол, тяжело выдохнул и на чистом русском сказал:

— Если вы опять подсунули ускоритель частиц, уважаемый профессор, у вас будут проблемы. Итак, прибор у меня, осталось найти чертежи.

Плохо. Противник знал, что проектом руководит человек родом с территории бывшей России, а возможно, даже имел представление и о национальности пленников. В любом случае, он подготовился, прочем, иначе сюда было и не попасть.

— Вы ничего и никогда не отыщете среди серверов этой планеты, — раздалось хрипение из правой камеры. — Здесь хранится информация за всю историю человечества. Пройдут квадриллионы лет, прежде чем вы подберёте пароли к архивам.

Щелчок и удар током. Из камеры разработчика раздалось хихиканье.

«А на этот случай у тебя есть план?» — прозвучал в голове голос Госпожи Риторики.

«Да, но нужно время. Потяни его как можно дольше. Если почувствуешь, что можешь выбраться, убей охрану. Всё, пока».

— А кто говорил, что мы не знаем, по какому адресу файла искать чертежи? — двухметровый койран подошёл ближе, — вы, обезьяны, любите думать, будто хитрее всех на свете.

Восьмая захохотала: не каждый день лиса говорит о хитрости. На них всё-таки обратили внимание:

— Ах да, совсем забыл о дорогих гостях. Позволь представиться, Джеперес Долаперосский, глава разведки и контрразведки вида койран.