Кроткие гиганты Ганимеда - Джеймс Патрик Хоган

«Что это, черт возьми?» — пробормотал голос Сторрела.

Шеннон нахмурился. Он вопросительно посмотрел на лица вокруг себя.

«Солнечная система», — предположил Хант. Шеннон передал информацию Сторрелу, который дал совет Ганимейцу. Картинка сменилась на пустой круг.

«Кто это?» — спросил голос с Ганима.

«Поправка», — сказал Сторрел, используя уже принятую традицию. « Что это?»

"Где #145;кто #146;? Где #145;что #146;?"

"#145;Кто #146; для Ганимана и Землян."

«Ганимеи и земляне #151;коллектив?»

"Люди."

«Ганиманы и земляне?»

«Ганимейцы и земляне — это люди».

«Ганимейцы и земляне — это люди».

"Правильный."

" #145;Что #146; за не-люди?"

"Правильный."

"Не-люди №151;генерал?"

"Вещи."

" #145;Кто #146; для людей; #145;что #146; для вещей?"

"Правильный."

"Что это?"

«Круг».

Затем в центре круга появилась точка.

«Что это?» — спросил голос.

«Центр».

" #145; #146; для одного; #145; а #146; для многих?"

" #145; #146; когда один; #145; #146; когда много."

Схема Солнечной системы снова появилась, как и прежде, но с мигающим символом в центре.

"Что это?"

«Солнце».

«Звезда?»

"Правильный."

Сторрел продолжил называть планеты, пока их соответствующие символы высвечивались по очереди. Диалог все еще был медленным и неуклюжим, но он улучшался. Во время последовавшего обмена ганимейцам удалось передать свое недоумение по поводу отсутствия какой-либо планеты между Марсом и Юпитером, задача, которая оказалась не слишком сложной, поскольку земляне ожидали ее. Потребовалось много времени, чтобы донести сообщение о том, что Минерва была уничтожена, и что все, что от нее осталось, — это какие-то обломки и Плутон, последний уже назван и, как и следовало ожидать, является источником дальнейших тайн для инопланетян.

Когда после повторных расспросов и перепроверок ганимейцы наконец признали, что не ошиблись, их настроение стало очень тихим и подавленным. Несмотря на то, что ни один из жестов и выражений лица не был им знаком, наблюдавшие за ними земляне были охвачены чувством полного отчаяния и бесконечной печали, очевидным на инопланетном корабле. Они могли чувствовать тоску, которая была написана в каждом движении этих длинных, теперь каким-то образом скорбных ганимейских лиц, как будто их кости были затронуты воплем, который пришел из начала времен.

Потребовалось некоторое время, чтобы инопланетяне снова стали коммуникабельными. Земляне, заметив, что ожидания ганимцев основывались на знании Солнечной системы, принадлежавшей далекому прошлому, пришли к выводу, что они, должно быть, в конце концов, как и подозревали некоторое время, мигрировали на другую звезду. Тогда весьма вероятно, что их внезапное появление представляло собой сентиментальное путешествие в место, где их вид возник миллионы лет назад и которое никто из них никогда не видел, за исключением, возможно, тщательно сохраненных записей, которые передавались из поколения в поколение дольше, чем можно было вспомнить. Неудивительно, что они были встревожены тем, что они зашли так далеко, чтобы найти.

Но когда земляне высказали идею о том, что ганимейцы прилетели с другой звезды, и попросили указать на ее местоположение, они были встречены, как казалось, решительным отрицанием. Казалось, инопланетяне пытались сказать им, что их путешествие началось давным-давно с самой Минервы, что, конечно, было смешно. Однако к этому времени Сторрел запутался в безнадежной грамматической путанице, и вся тема была отклонена как результат кратковременной проблемы коммуникации. Несомненно, она будет решена позже, когда лингвистические навыки переводчика улучшатся.

Переводчик с Ганимеи заметил подразумеваемую связь между «Землей» и «землянами» и вернулся к теме, чтобы получить подтверждение того, что существа, с которыми он говорил, действительно прибыли с третьей планеты от Солнца. Ганимеи, видимые на экране, выглядели очень взволнованными, когда им сообщили, что это правда, и они пустились в долгий обмен репликами между собой, которые не были слышны по радио. Почему это открытие должно было вызвать такую реакцию, не было объяснено. Вопрос не был задан.

Пришельцы завершили свое выступление, указав, что они путешествовали долгое время и перенесли много болезней и много смертей среди своих. У них не хватало припасов, их оборудование было в плохом состоянии, большая часть которого была неисправна, и все они страдали от полного физического, умственного, эмоционального и духовного истощения. Они создавали впечатление, что только мысль о возвращении домой придала им волю продолжать бороться с невозможными трудностями; теперь, когда надежда была разбита, они были в конце.

Оставив Сторрела продолжать беседу с инопланетянами, Шеннон отошла от экрана и подозвала остальных, включая двух ученых, собраться для короткой импровизированной конференции.

«Я собираюсь отправить группу к их кораблю», — сообщил он им, понизив голос. «Им нужна помощь там, и я думаю, что мы единственные, кто может ее оказать. Я отзову Сторрела из отсека и попрошу его возглавить ее; он, кажется, прекрасно с ними ладит». Затем он взглянул на Хейтера. «Капитан, приготовьте автобус для немедленного вылета. Выделите десять человек, чтобы они отправились со Сторрелом, включая не менее трех офицеров. Я хотел бы, чтобы все в группе собрались на инструктаж в вестибюле шлюза, чтобы автобус мог отправиться раньше, скажем, через тридцать минут. Конечно, все должны быть полностью снабжены».

«Сразу же», — признал Хейтер.

«Есть ли у кого-нибудь еще замечания?» — спросил Шеннон у собравшихся.

«Вам выдать личное оружие?» — спросил один из офицеров.

«Нет. Что-нибудь еще?»

«Только одно». Говорил Хант. «Просьба. Я тоже хотел бы пойти». Шеннон посмотрел на него и заколебался, словно вопрос застал его врасплох. «Меня послали сюда специально для расследования событий на Ганиминцах. Это мое официальное задание. Какой лучший способ помочь мне сделать это?»

«Ну, я действительно #146;не знаю». Шеннон скривился и почесал затылок, ища возможные возражения. «Нет причин, почему бы и нет, я полагаю. Да, #151;я думаю, это было бы нормально». Он повернулся к Дэнчеккеру. «А вы, профессор?»

Данчеккер поднял руки в знак протеста. "Вы очень любезны, что предлагаете, но спасибо, нет. Боюсь, что я уже достаточно натерпелся за один день. И, кроме того, мне потребовалось больше года, чтобы почувствовать себя в безопасности внутри этой штуковины. Какой инопланетянин, должно быть, я боюсь подумать".

Хейтер ухмыльнулся и покачал головой, но ничего не сказал.

«Ну ладно». Шеннон еще раз окинул взглядом, чтобы побудить к дальнейшим комментариям. «Вот и все. Давайте вернемся к нашему человеку спереди». Он вернулся к экрану и подтянул к себе микрофон, соединявший его со Сторрелом. «Как там дела, Гордон?»

«Хорошо. Я научу их считать».

«Хорошо. Но пусть кто-нибудь из остальных возьмет на себя руководство, ладно? Мы отправляем тебя в небольшое путешествие. Капитан Хейтер предоставит подробности через секунду. Ты будешь послом Земли».

«Сколько они платят таким?»

«Дай нам время, Гордон. Мы все еще