Тропа в сингулярности - Алексей Абвов

— Командор, — начал разговор адмирал Восс, — я давно жду связи именно с тобой, и это ожидание уже достаточно серьёзно начало меня раздражать. Онтристис уже передала мне некоторые сведения о том, что произошло у вас и между вами, но это не отменяет всего того, что произошло у вас там, на поверхности Лиенны.

— Лиенны, — удивился я, — что это такое?

— А…, ты ещё не в курсе, — сказал Восс, — теперь эта планета называется Лиенна, что означает на одном, всеми забытом языке, "непредсказуемый подарок судьбы".

— Да уж, меня этот подарок уже конкретно потрепал, — с грустью в голосе заметил я, вспоминая свои приключения в пещерах и сразу после.

— Естественно, — продолжил адмирал, — всё, о чём мы сейчас будем говорить должно остаться только между нами. Даже твоё непосредственное руководство должно быть не в курсе, разве что…, ну ладно, ты сам решишь, что и кому откроешь.

— Неужели всё так серьёзно? — спросил я.

— Да, всё очень серьёзно, и даже более, чем ты сейчас себе представляешь. Ты уже мог заметить, что на станции включён режим максимальной защиты, как в случае возможного военного столкновения с самым серьёзным противником. И это притом, что с первого вида никаких внешних врагов не видно.

— Уже заметил, — сказал я.

— Так вот, у вас там внизу происходит какая-то небывальщина. Многочисленные датчики показывают признаки наличия всё возрастающей вокруг вас активности высокоуровневой жизни, но саму высокоуровневую жизнь не обнаруживают. Некоторая аппаратура на станции периодически выходит из строя странным образом. Структура сигналов жизнедеятельности практически всех членов экипажа станции, кроме вашей группы разведки, что выходила на поверхность, начала меняться. Но ничего явно необычного не происходит. С виду всё идёт в рамках намеченного плана. У меня есть предчувствие, что в самое ближайшее время у вас что-то должно произойти. И совсем не то, что всем нам хотелось бы видеть. После инцидента с тобой и подземным озером, у нас на орбите были зарегистрированы странные сигналы, идущие из-под поверхности планеты. Совершенно непонятно, что всё это значит и откуда берётся. Я считаю, что каким-то нам еще не известным образом активировались все глубинные озёра на этой планете. Их количество огромно. Планета в глубине буквально напичкана этими озерами, и их расположение относительно друг друга носит явно осмысленный характер. Что всё это может означать — предстоит выяснить тебе, причём в самое ближайшее время. Ваше руководство считало нецелесообразным выпускать кого-либо из людей из-под защитного купола, предпочитая использовать роботов. Я отдал приказ — отправить вашу разведгруппу ещё раз, чтобы спуститься ещё раз в глубину. Ясно, что от роботов в этом деле не будет какого-либо толка. Так что готовься ко всему возможному, что только может произойти в рейде.

Адмирал вздохнул, переводя своё внутреннее внимание с одной темы на другую.

— Что ещё более интересно, в ближайшем окружающем эту звёздную систему пространстве, отсутствуют любые космические корабли, кроме нашего флота. Даже вездесущих шпионов тороков нет. Все они тут присутствовали до спуска вашей станции на поверхность, но сразу после этого их и след простыл. Всё это, мягко говоря, настораживает.

— Это выглядит действительно крайне странным, — с некоторой нерешительностью в голосе заметил я. — Такое ощущение, что другие расы что-то знают об этой планете и чего-то сильно боятся. Чего-то, что может произойти здесь с нами в самое ближайшее время.

— Вот и я так считаю, — сказал адмирал. — Судя по всему, мы сами вскоре будем это знать. Только вот какую цену нам придётся заплатить за такое знание — ещё не ясно никому. Сейчас по возможности изучи свой журнал, а так же отчёты о том, что уже произошло и описано. Это займёт тебя на некоторое время. Я отправил кое-какую информацию, постарайся ею воспользоваться, когда снова окажешься на поверхности. Сейчас я отключаюсь. Сильно надеюсь, что это не последняя наша связь. Впрочем, мне приятно видеть, что ты выглядишь как живой, — закончил свою речь адмирал.

Объёмное изображение адмирала Восса пропало, медленно растворившись в воздухе. Я ощущал некоторую подавленность, так как весь этот разговор принёс с собой сильную неопределённость. Даже ожидание столкновения с реальным сильным соперником, смертоносным врагом, не так страшно, как ожидание чего-то неизвестного и неопределённого. Впрочем, нам, разведчикам, это должно быть хорошо знакомо, но всё равно внутри мы не сильно отличаемся от обычных людей.

Я разблокировал двери в отделении разведки и отправился в свой персональный маленький кабинет изучать накопившуюся информацию. Информации было достаточно много. В первую очередь я решил узнать, что случилось с нашими силовыми костюмами. Их отключение в самый неподходящий момент было крайне неприятным сюрпризом. Но тут меня ожидало полное разочарование. Вся конструкция костюмов и вся имевшаяся на нас электроника была полностью исправной. Портативные источники энергии функционировали идеально, но во всех схемах была нарушена взаимная синхронизация, так что вся конструкция просто отключилась чтобы не уйти вразнос. Такого эффекта действительно никто не мог ожидать. Да и реальных причин, способных вызвать всё это, также не обнаруживалось. Сбить согласованную работу очень хорошо защищённой системы ранее считалось практически невозможным. Всё это вызывало сильную тревогу, так как я понимал, что теперь во всех подобных переделках придётся рассчитывать только на себя и свои достаточно ограниченные человеческие возможности. Техника не сможет быть нам достойным помощником.

В принципе, в этом не было чего-либо нового и необычного. Нас ещё в школе готовили к любому возможному выживанию в самых разных условиях без использования какой-либо техники. Но здесь, на этой планете, сразу оказалось слишком много неизвестного и таинственного, что не позволяло надеяться на успех, рассчитывая только на свои силы. "Хотя, может, это всё к лучшему", — подумал я, — "иначе сидеть нам на базе, когда всю основную работу будет делать техника. Вот только не поможет нам вся наша техника узнать секреты этой загадочной планеты — Лиенны. Да, подарочек судьбы она ещё тот", — продолжал рассуждать я, читая отчёты обо всём, что произошло на станции с момента выхода нашей группы на разведку.

Из отчётов следовало, что практически все важные функции на станции теперь управляются исключительно вручную. Это отнимает много времени у экипажа станции. Критически важная автоматика постоянно выходит из строя неизвестным образом, да и самостоятельно восстанавливаться она тоже не желает. С орбиты было доставлено дополнительное оборудование и множество запасных частей, но и от них особого толку практически не было. Всё второстепенное оборудование, а также резервные схемы работали ровно до того момента, пока их не включали как основные. Стоило это сделать, как через непродолжительное время всё снова выходило из строя. Такое впечатление, что что-то или кто-то всячески пытается взять под собственный контроль основной функционал станции, сделать её своей игрушкой. Но этот кто-то или это что-то до конца не понимал, что пытается делать. Это выглядело так, как будто маленький ребёнок пытается управлять большим заводом по постройке космических кораблей.

Ощущение догадки, узнавания, промелькнуло у меня в голове, и я решил поделиться им с Осс. Я закрыл глаза и представил её…, и тут же понял, что обратился не вовремя. Она была сильно занята в медицинском отсеке, пытаясь настроить сканирующее оборудование, которое вышло из строя. Я уловил её ощущение контакта и пожелание — "извини, не сейчас", и снова задумался о сложившейся ситуации.

В моей памяти снова возникло светящееся озеро. И тут я ощутил более отчётливо, что то озеро, в которое я упал, и озеро из которого я выбрался — были действительно разными озёрами. Вроде они практически не отличались одно от другого, но некоторое ощущение различия между ними было. Выходило, что Осс была права, когда говорила, что нас что-то перенесло из одного места в другое, но сделано это было особым образом не мгновенно. Такое впечатление, что нас буквально разобрали по молекулам в одном месте, изучили, и потом собрали вновь в другом. Да ещё с небольшими изменениями или доработками. Этот вариант казался самым реальным, но выглядел поистине фантастичным. Ни технологии землян, ни технологии других известных космических рас такого не позволяли. Да, эффект мгновенного переноса материи в пространстве, через его кратковременное смыкание в двух точках, был известен всем обитателям большого космоса. На нем было основано перемещение космических кораблей в пространстве между звёздами. Но чтобы сделать такой перенос по крупинкам живой материи, сохранив естественную целостность форм и содержания этих форм?! — Это считалось невозможным ранее. Хотя именно такое представление могло объяснить то, что произошло с нашими костюмами и нашей техникой. Да, это нечто, собрало их с той же точностью, с которой они были созданы изначально. Но сохранить тонкую настройку совместной работы многочисленных схем, не являвшихся плодом биологической эволюции, это нечто не смогло, а может, просто не захотело. Удивительно, что нас, живых, этот разрушительный эффект совершенно не коснулся. Мы даже не заметили всего того, что произошло с нами. Плюс ко всему этому, мне лично была добавлена иная память, благодаря которой мы выбрались на поверхность. Это нечто, буквально выполнило моё основное на тот момент желание, очевидным для него способом. Когда я понял это, я вдруг ощутил озеро, вернее теперь, озёра, чем-то дружественным ко мне, почти родным. Я почувствовал, что мне обязательно снова надо оказаться в нём, но теперь в одиночестве. Тогда я смогу узнать некоторые тайны, которые остались нераскрытыми.