Демоны Вебера - Денис Кучеренко

Остина их группа находилась менее чем в дне пешего пути от Ганои. Такие новости не могли не радовать — осталось подождать не более суток, и Вебер получит свои деньги, навсегда убравшись из княжества. При условии, конечно, что за эти сутки ничего не произойдет. Впрочем, приближаясь к административному центру княжества, избегать случайных встреч более будет невозможно. Чтобы попасть в Ганою путникам придется выйти на главный тракт, а там, никто не знает, кто или что может их ожидать. Совершенно ясным было другое — им всем необходим отдых. Не какие-то жалкие пару часов привала, а полноценный, долгий сон и горячий ужин, и это уже не просто прихоть, но необходимость — истоптанные ноги неприятно гудели, а пустующие желудки то и дело изрыгали звуки сродни китовому пению. Как бы ни была крепка воля путника, всякое тело имеет свои лимиты.

Продвигаясь вглубь рассад и полей, наемники встретили безобидного фермера, перевозящего при помощи псов крупную тележку с собранным урожаем. За несколько звонких монет гвардейцы выкупили у разговорчивого деда пол мешка зерен овса и ведерко только что собранной земляники. Вот теперь то перспектива вкусного ужина была близка как никогда.

Буквально пять минут спустя главарь гвардейцев подтвердил догадки своих подчиненных: он ищет место для привала. Обрадовавшиеся наемники подключились к поискам Остина, во все глаза высматривая среди зелени и ярких цветов очертания хоть каких-нибудь построек.

Невнятные темные силуэты неохотно выглядывали из своих растительных укрытий, возникая, и так же быстро исчезая в глубине полей. Боятся их не было причины, как объяснил бредущий следом Барон — это всего лишь охрана, высматривающая незадачливых воришек. До тех пор, пока наемники не решат прикарманить что-либо из тянущейся по округе рассады, охране не будет до них дела.

Постепенно Вебер привык к оценивающим взглядам таинственных сторожевых. Ему и в мыслях бы не пришло набивать и без того тяжелую сумку бесполезными цветами, но, по всей видимости не все местные жители были с ним солидарны, так как число неустанно бдящей охраны и правда впечатляло. Временами казалось, что целый отряд партизан скрывался среди невзрачных злаковых или же в предательски красивых цветочных лепестках, готовясь к смертоносной атаке. В реальности, горе-стражи не были готовы даже к простецкой ревизии — рассевшись у нагретых солнцем камней, примерно половина стражей мирно посапывала, периодически сонно чихая от разносимой ветром вездесущей пыльцы. От такой картины и самого Верго потянуло в сон пуще прежнего.

Стоило кому-то одному из гвардейцев зевнуть, как в течении нескольких минут вся группа была охвачена непрекращающейся зевотой. Правду говорят, что зевота заразна. Свежий воздух, приятное солнечное тепло и непередаваемый цветочный аромат не хуже заправских саботажников косили утомившихся наемников.

«Если кто-то еще хочет нас убить, то сейчас самое время, — сонно подумал Вебер, массируя слипающиеся веки. — Если я сейчас усну, меня даже острие ножа вогнанное в сердце не разбудит. Да и сопротивляться совсем не хочется. Хочется лечь, вытянуть ноги, и наконец провалится в сон, что будет глубже самой смерти».

Внезапно, в игристых цветочных нотках затесался хорошо знакомый аромат. Точнее было бы его назвать вонью, ведь мало кто найдет специфический запах керосина приятным. Вмиг широко раскрытые глаза предсказателя принялись хаотичными движениями высматривать источник противного зловония. Долго искать не пришлось, запах отчетливо усиливался по мере приближения к крупной, возвышающейся над всем и вся, кучей добра, сваленной на расчищенной от растительности площадке.

Слезящиеся, мутные от полудремы глаза отказывались показывать Верго четкую картинку, он все никак не мог разглядеть из чего же это, собственно, куча состояла. Когда же взгляд таки сфокусировался, а сокращенное расстояние позволило выцепить детали, Верго чуть было не застыл от удивления.

Девятиметровая куча, скрывающая в своей тени еще несколько кучек поменьше, состояла целиком из самых разных съедобных продуктов. Чего там только ни было: аппетитные груши, мешки, лопающиеся от переизбытка зерен, примятые лотки с ягодами и толстые кукурузные початки. Все что объединяло это обилие съестного, так это растительное происхождение и достаточно помятый вид. Продукты были навалены друг на друге, хаотично смешиваясь. В десяти метрах от первой кучи негодовало целое сборище зевак. Часть из них что-то возмущенно обсуждала, другие безуспешно пытались подобраться к добру поближе, раз за разом будучи отброшенными тяжелыми дубинками охраны, третьи и вовсе, безучастно стояли поодаль, грустным взглядом впившись в раздавленные ягоды, фрукты и злаки. В воздухе помимо явственной вони горючего витало и еще кое-что менее уловимое — обида и… отчаяние?

Взобравшийся на самую вершину кучи одинокий охранник тащил у себя за спиной парочку тяжеленых канистр. Смахнув пот со лба, работяга неспешно снял ношу с уставших плечей, отвинчивая металлическую крышку. Маслянистая пахучая жидкость ринулась вниз, стекая по мешкам и ящикам, пропитывая собой плоды и зерна. Вонь значительно усилилась.

В пол глаза оглянувшись, Верго заметил, что он единственный зажал руками нос. Кажется, на других этот запах так сильно не влиял. Почему-то при виде всей этой картины предсказателю сделалось не по себе. Противный холодок пробежал по его разгоряченной спине, колени едва заметно подкосились. Сам того не заметив, Вебер слегка попятился. Ему казалось, что в гадком, все проедающем запахе таится и нелюбимый завсегдатай его кошмаров — незабываемая вонь мертвечины. Конечно, никакой мертвечины в куче слегка подпортившихся продуктов быть не могло, да и керосин вонял не так уж и невыносимо.

Осознав, что разум сыграл с ним злую шутку, предсказатель поспешил взять себя в руки, придав себе как можно более безмятежный вид.

— К чему это все? Зачем все это сжигать? — нарочито беззаботным тоном поинтересовался предсказатель у приостановившегося Остина.

— А ты спроси у своего дружка. Голдберг тебе доступно все объяснит, а то у меня культурных слов тут не найдется…

— Неужели вы ранее такого не видели, Верго? Я то думал это общемировая практика, — встрял Барон, услышав свое имя.

Предсказатель лишь покачал головой, неотрывно наблюдая за все большим количеством горючего, что выплескивалось на горы съестного.

— Ну что тут сказать? У местных предпринимателей по всей видимости выступил некий переизбыток продукции. Делов-то!

— Предложение превысило спрос? — все никак не мог взять в толк происходящее Верго.

— Ну, не то что бы… Скорее, предложение товаров на рынке превысило платежеспособный спрос, — отчеканил Голдберг, сделав особый акцент на предпоследнем слове.

— Но если всякий кто хотел и мог купить пищу, приобрел ее, зачем уничтожать остаток? Можно же раздать его нуждающимся, пока он не испортился? Ну или продать по более дешевым ценам, на худой конец…

— Ха, скажете тоже! — прыснул со смеху усач. — Если