Сокровище Сивояры - Дмитрий Александрович Емец

– Я не Нейслер! Я Христофор Неслер! Нес-лер! Этот дворец – главная работа моей жизни, а они даже не могут запомнить мою фамилию! Даже с архивами ознакомиться им лень! Так и шпарят во все справочники – «Нейслер»! – сказал он горько и, шагнув в стену, растаял.

– Всё. Он произнёс главное, что его тяготило, и теперь не вернётся, – сказала Настасья.

– Он ждал все эти годы, просто чтобы кому-то это сказать?! Что он Неслер?! И что ему обидно?! – не поверила Ева.

– Да.

– А почему он не мог сказать этого заурядцам? За столько-то лет? Явился бы какому-нибудь автору справочника.

– Не мог. Не имел права. Призраки могут являться заурядцам только по особому разрешению.

– То есть заурядцы не могут общаться с призраками?

– Они могут. Чисто теоретически. Некоторые даже общаются. Но если заурядец увидит призрака, это так на него повлияет, что он потом всю жизнь сам не свой. По этой причине призрак ждал нас, а не какого-нибудь экскурсовода.

Филат, причудливо лавируя, пробежался по парку и, вернувшись, сообщил, что у заурядцев сломались все камеры наблюдения. Они не перерезаны, что вызвало бы подозрения, а просто окольцованы. Будут показывать одно и то же. И так пока кто-нибудь из охранников не обнаружит, что стрелки часов на башне застыли. Но, скорее всего, приглядываться к ним никто не станет.

Кукоба достала странную штуку, похожую на маленький железный термос с ручкой. Сверху был острый выступ, как у башенки. Сбоку дверца. Стожарка приоткрыла дверцу и зажгла находившуюся внутри жёлтую свечу.

– Потайной фонарь… Свечной, самый первый. Дверца нужна, чтобы свет не был заметён со стороны! – сказала Кукоба, с гордостью демонстрируя его Еве. – Существуют ещё потайные фонари времён Шерлока Холмса и торжества керосина, но они другие. За такой же, как у меня, в Средние века запросто могли казнить, потому как честный человек с потайным фонарём ночью не ходит… Мой же фонарь вдвойне потайной! Из него вообще не падает никакого света! Просто предметы подсвечиваются сами по себе.

– Разве стожары не видят в темноте?

– С помощью магии – да, есть методы. Но по магии нас могут засечь. Артефакт в данном случае самый безопасный вариант… Но вперёд! Ждать не буду!

И Кукоба скользнула вперёд с такой же скоростью, с какой недавно это сделал Филат. Перемещалась она быстро, но не резко. Со стороны это напоминало причудливый танец – или даже не танец, а словно мокрый лист несло ветром по парку. Кукоба то прилипала на миг к древесному стволу, то перекатывалась по земле, то опять её подкидывало, и она летела дальше.

За Кукобой спешил Филат, за Филатом – Настасья с Бермятой, Тибальд и Тоннельсоны. Рядом с Филатом хромал малыш Груня. Вид у Груни был напуганный – он ощущал близость папы Груна. Голодного папы Груна.

Рогнеда с бочкой держалась рядом с Глызей. Топала тяжело. В бочке всё тряслось и плескалось, задерживаемое крышкой. Замыкала Ева. Котошмель забрался ей на плечо, прогрел крылья. Когда он начинал работать крыльями, от его полосатого тела растекался пульсирующий жёлтый свет. Очень уютный. Маленькая искорка в темноте.

Кукоба избегала главной аллеи. К дворцу они приближались со стороны флигеля, прижимаясь к его стене. В потайном фонаре особой потребности пока не было: светила луна. Ева посмотрела на луну, и ей стало не по себе. Три тучи, прикрывающие диск луны, походили на воинов в острых шлемах. Пока Ева размышляла, не элементали ли это воздуха, один из воинов сгибом руки промокнул лоб.

Ева догнала Филата.

– Там элементали воздуха! – прошептала она.

– Ясельный хмырь! Кто ж ещё-то! – кивнул Филат. – А такое ты видела? – Он чиркнул спичкой. Оторвавшаяся от спички искра повисла в воздухе и не спешила гаснуть. – Элементали огня тоже где-то рядом. Ну и элементали воды тоже… Вон смотри: вода в луже кипит! А ведь зима!

– Но раз они тут – на чьей они стороне? – спросила Ева.

Филат красноречиво уставился на неё.

– Ну! Ответь сама! – предложил он.

– Ну да. Знаю. На своей собственной, – убито кивнула Ева.

Тибальд держал в руках портативный сканер, в который он вложил нить от тряпичного юноши Милорада. Негромкие, похожие на скрип звуки сканера постепенно становились всё настойчивее. В какой-то момент Тибальд сделал шаг в сторону, негромко кашлянул, останавливая всех, и присел на корточки. Ева увидела в стороне под кустами тряпки. В тряпках было что-то знакомое. Особенно Еву напугали огромные, словно завязанные на шторах, узлы. Это были колени и локти.

– Милорад! – воскликнула она, задыхаясь и отпрыгивая назад.

– Ну да, Милорад! – подтвердил Тибальд, осторожно касаясь тряпок. – Готов! Растворился в рыжье, раскис… Ещё одна жертва Фазаноля. Но теперь мы знаем, что и Индрик где-то рядом! – Двумя пальцами он снял с тряпок толстый длинный волос из гривы единорога и вложил его в сканер.

Глызя опасливо покосился на волос и на тряпки, после чего бочком проскочил мимо Милорада. За ним затопали Рогнеда и магператор Жорж.

Между свитским корпусом и дворцом лежала чёрная гладь пруда. Настасья остановилась на берегу. Вода казалась неподвижным зеркалом. Воины в острых шлемах раздвинули широкие плечи, позволив выглянуть луне. В чёрной воде проступили все, кто был рядом с Настасьей. Это были они – и не они. Что-то неуловимо изменилось. Не сразу можно было определить, кто где, – это лишь угадывалось.

– Ну не смешно ли, как вода нас искривляет! – фыркнула Настасья. – Все мы отражаемся в ней – но как бы много лет спустя! Женщина со следами былой красоты! Мужчина со следами былых бицепсов и былого пресса. Мужчина-циник со скверным характером Дон Жуана… это ты, Тибальд, если я неясно выразилась… Несколько макси-фейсов со следами былой мелкости, но всё такие же вредные. Девочка со следами… ты со следами чего, девочка?

– Со следами бывшей отличницы! – сказала Ева, безошибочно поняв, что говорят о ней.

– Разве эти следы когда-то изглаживаются? Не принято! Пошли дальше!

* * *

У стены дворца все остановились. Тибальд подозрительно разглядывал сканер с волосом из гривы Индрика. Сканер поскрипывал то тише, то громче. Некромаг хмурился.

– Индрик где-то рядом! – сказал он.

– Это и так ясно! – Кукоба положила руку на землю. Земля едва заметно дрожала.

– Но почему сканер двоит? Какой-то дополнительный звук, слышишь?

– Это не сканер двоит. Двойной контур дворца. Наложение Теневых миров… Говорили же об этом: основной дворец был разрушен, и его место заняла его копия, проступившая из Теневых миров… А Индрик где-то там, внизу! – Кукоба заскользила руками по стене, ощупывая кирпичи. Вроде бы просто гладила стену,