Сокровище Сивояры - Дмитрий Александрович Емец

Кукоба, расчесав Ниське косички, с помощью плоскогубцев закрепила их проволокой.

– Чудесные волосы! – сказала она. – У Филатика тоже такие были.

По прямой расстояние от Магсквы до Рамони – 442 километра. Кукоба прикинула, что прилетать в Рамонь лучше после полуночи. В это время русалки томятся и купаются в лунном свете. Есть надежда, что и Белава будет томиться и доставать Пламмеля. На страже останется только Грун. Грун никогда не скучает, он просто ест всё, что видит, если сможет до этого дотянуться.

Кукоба развернула оживающую карту, на которой три их магшинки казались похожими на одного крупного жука и двух мелких:

– Всё неплохо складывается! Рамонь рядом с Магронежем! И там же рядом Магли! Предлагаю изменить маршрут и залететь в Магли!

– Магли – это что? – спросила Ева.

– Ты не знаешь Магли?! – поразилась Кукоба. – Не читала «Географию для магов»? Позорище! Магли – это Маглипецк. Город, где я спрятала кое-какое оборудование, когда планировала налёт на Фазаноля. – Кукоба кашлянула.

– Ты была в Маглипецке?

– Я была почти везде. Не надо думать, что у стожаров нет дома. Дом стожаров – вся Россия! Нет смысла приковывать себя к одной точке пространства! Если так делать, магзелям будет крайне просто тебя накрыть. А так ты как пчёлка. Пожужжал в одном месте, всем надоел – улетел в другое. – Щёлкнув пальцами, Кукоба материализовала злополучную «Географию для магов» и вручила её Еве. «География» сама собой открылась на нужной странице.

– «Липецк, он же Маглипецк, он же в сокращении Магли, – прочитала вслух Ева. – Административный центр Маглипецкой области. Промышленный, агротехнический и авиационный центр. Предприятия Маглипецка производят мётлы со ступами, боевых големов и некоторые другие виды магического вооружения. На полях Маглипецкой области выращивают мандрагору, кукольные глазки, иван-чай, цветущий папоротник и другие виды магических культур, что приносит экономике края в среднем около двух миллионов магров зелени в год. Сельское хозяйство – жар-птицы, летающие хрюшки. Население – полторы тысячи магов, диаспора циклопов, около двухсот вампиров в завязке на испытательном сроке, диаспоры эйнхериев, хримтурсов и вампалов, восемьдесят зомби, некоторое количество оборотней, прикидывающихся городскими дворняжками, и тридцать человек, отрицающих, что они некромаги. Кроме того, в Маглипецке в мире и согласии проживают кешалии, альрауны и прочие представители магических культур. Отношения с заурядцами хорошие, поскольку маги их давно…»

– Дальше не читай! Дальше ничего интересного! – Кукоба торопливо отобрала у Евы справочник.

Задора уже шла на снижение, лихо снося с крыш спутниковые тарелки.

– Куда рулить? – спросила она.

– Туда! К гномам из автосервиса! Надо поменять наши магшины на что-то неприметное.

Задоре идея не понравилась.

– Поменять наш магтобус?! Надеюсь, временно? – напряглась она.

– Если уцелеем, то да! – успокоила её Кукоба.

Ремонтные гномы обитали на окраине Маглипецка. Сервисы тянулись один за другим вдоль шоссе. В основном это были однотипные бетонные боксы. В боксах что-то грохотало. Громоздились кучи старых автомобилей. В каждом сервисе обязательно была своя Белоснежка – могучая, коротко стриженная женщина с ключами, которая орала на гномов, получала магры за ремонт и принимала магшины клиентов.

Гномы слушались свою Белоснежку так, как первоклассники, чистые души, далёкие от цинизма средней школы, слушают свою первую учительницу. Некоторые Белоснежки были с детьми – маленькими большеголовыми гномиками, уже с младенчества обросшими бородёнками. Правда, они у них были не слишком густые, напоминающие редкие бородёнки студентов-гуманитариев.

Работать с клиентами-магами было непросто. Справиться с этим могла только истинная, сердитая от природы Белоснежка. Альрауны визжали. Хримтурсы затевали драки. Вампалы гортанно спорили. Задора припарковалась рядом с крайним сервисом, похожим на все другие. Трое гномов, заткнув себе уши воском, вытаскивали из магшины за руки и за ноги очередного альрауна. Альраун громко обещал вернуться, но гномы его не слышали.

Белоснежка издали воодушевляла своих гномиков звяканьем огромной связки ключей, которая при случае могла послужить и оружием. На магтобус Тоннельсонов она взирала кисло, без всякой радости.

– Надо с ней поговорить! Я могу! – вызвалась Ева, имеющая привычку для развития воли делать то, чего ей не хочется или чего она боится.

– Ну, поговори! Как ты спросишь? – поинтересовался Филат.

– Ну, я спрошу: «Здравствуйте! Вы не против, если мы поставим наши магшины к вам на стоянку и временно заменим их на ваши?» – сказала Ева.

Филат присвистнул:

– Якорный бабай! Хуже бывает, но редко! И это говорит специалист по пишмагеру! «Вы не против»! Кто так спрашивает?! Ни в коем случае нельзя задавать вопросы с «не»! Вопросы с «не» – визитная карточка неудачника! На вопрос «Вы не против?» – ответ всегда будет «Конечно, против». Это всё равно что спрашивать у женщины: «Вы ведь не пойдёте за меня замуж?»

– Вот-вот! – подтвердила Кукоба. – Хочешь получить отказ – сразу настройся на отказ! Посмотри, как я с ней буду работать! Немного контактной магии и много веры в себя!

Кукоба подошла к Белоснежке и быстро коснулась её рукава. А-а, вот и контактная магия, ясно. Белоснежка слушала её поначалу без энтузиазма. Это было заметно по фыр- канью и скрещённым на груди рукам. Кукоба продолжала убеждать. Спустя минуту Белоснежка опустила руки. Ещё через минуту махнула рукой гномикам. Гномики моментально загнали магтобус и «Ровер» Бермяты на стоянку и выдали им взамен ржавый лесовоз с маленькой кабиной и двумя длинными лавками в кузове.

Глызя Косорыл упрямился, не желая расставаться с красной магшинкой, однако пришлось. Кукоба заявила, что не пойдёт на дело с телевизионщиком, который ещё издали выдаст их Фазанолю.

– На тихих лапках пришли – на тихих ушли! Всё понятно?

– Я понятливый, дорогие зрители! – сказал Глызя и полез в кузов лесовоза.

– Надеюсь, камер ты с собой не взял? – спросила Настасья.

Глызя быстро сунул Жоржу здоровенный рюкзак.

– Клянусь, что сейчас у меня с собой ничего нет! – торопливо сказал он.

* * *

В полёте лесовоз сильно болтало. На лавках в кузове сложно было удержаться, а в кабине места было только на троих. Поэтому, чтобы никто не вылетел, за руль села Кукоба. Задора верещала от обиды, что ей не дали порулить. Ниська и Тит в обнимку со своим чемоданом смирненько сидели рядом.

Кукоба направилась в промышленную зону и ещё дальше, за город. Снизилась рядом с грязным корпусом с большой трубой. Тут же работали и два бульдозера, сгребая кучи мусора. Вонь стояла ужасная. Еву чуть не стошнило.

– У заурядцев здесь мусоросжигательный завод, – пояснила Кукоба. – У нас – ферма, разводящая жирочервей. Поэтому мы сопоставили эти две точки пространственно, чтобы… Ну, воняет и воняет…