Сокровище Сивояры - Дмитрий Александрович Емец

Лесовоз Кукоба посадила рядом. Выбралась из кабины прямо в открытую дверь.

– Жирочерви! Ну и название! – сказала Ева.

Кукоба усмехнулась:

– Называют не по красоте, а по сути! Жирочерви – крайне вонючие черви, производящие бурую магию. Вроде грязевиков. Но магию грязевиков вообще нельзя использовать, а бурую кое-как можно. Это такая примитивнейшая магия, в тысячу раз слабее рыжья. Но жирочерви неплохо разводятся на отходах – правда, очень уж от них разит… Мало кто с ними связывается.

– А где жирочерви? Я их не вижу! – сказала Ева жалобно.

– Да особо и видеть нечего! Ну смотри! – И Кукоба провела рукой перед глазами у Евы.

Мусоросжигательный завод не то чтобы исчез – но в тех же границах проступила неряшливая группа полуразрушенных сараев, между которыми в котловане что-то шевелилось. Вглядевшись, Ева поняла, что это миллионы жирочервей, копошащихся в отходах. И ей опять сдавило желудок.

– Дыши и не смотри туда! – посоветовал Филат и по- хлопал её по плечу. – А ты думала, магом быть легко? Ещё и не такого нанюхаешься!

Один из сараев, по-видимому заброшенный, стоял отдельно от остальных. К нему Кукоба и направилась, идя вдоль стены и тщательно ощупывая кирпичи. В одном месте раствор отсутствовал, и был забит неприметный деревянный колышек. Кукоба вытащила его – под колышком обнаружился ключ.

– Предпочитаю прятать ключи на месте, а не таскать с собой! – пояснила Кукоба, отмыкая тяжёлый замок. – Идите строго за мной! Ничего не трогайте!

В сарае были шины, железный верстак и мешки со старой одеждой. Раскидав мешки, Кукоба подняла крышку люка, на котором перед этим быстро начертила пальцем охранную руну. Открылась лестница ступенек на пять. В бетонированной яме стояла синяя бочка из толстого пластика – громадная бочка, какие покупают дачники, чтобы сделать летний душ. Кукоба толкнула её ногой. В бочке что-то плеснуло и тяжело заходило.

– Что тут у вас? – спросил Бермята, подозрительно принюхиваясь.

– Жижа Фазаноля, – спокойно ответила Кукоба. – Потому я и держу её поближе к мусоросжигалке и ферме, что она пованивает. – Она сдёрнула с бочки крышку. Огромная бочка была заполнена примерно на треть. Внутри кипела грязь – живая, липкая, имеющая форму слипшейся змеи или червя. Змея непрерывно шевелилась и переползала, и где у неё голова, а где хвост, определить было невозможно. А ещё невыносимее была вонь. Ева пошатнулась и схватилась за руку Филата.

– Что с тобой? – спросила Кукоба, внимательно посмотрев на неё.

– А что?

– У тебя кровь из носа идёт…

Ева коснулась лица:

– Ой, да!

Кукоба не отрывала от неё взгляда.

– Ты раньше когда-нибудь видела Фазаноля? Он разговаривал с тобой? – спросила она тихо.

– Н… нет, – зачем-то соврала Ева, потому что на неё теперь смотрели и Глызя, и Тоннельсоны, и Тибальд.

Кукоба с сомнением кивнула, разглядывая капли крови на тыльной стороне ладони Евы:

– Ну, хорошо, если так… Никогда не разговаривай с Фазанолем и не отвечай на его мысли…

– Да-да! А откуда у вас эта бочка с жижей? – торопливо спросила Ева, стремясь переключить внимание на другой предмет.

– Ну, в общем, история такая. Когда-то, когда я выплачивала магический кредит и работала на Фазаноля, у меня возникла идея забрать у него рыжьё. Пусть сам себе выплатит мой кредит! Дело, конечно, рискованное, но мне было ясно, что рано или поздно эта тварь всё равно меня уничтожит.

– Но ты не решилась! – напомнил Филат.

– Скорее не успела, потому что попала в Теневые миры, – призналась Кукоба. – Ну и раствориться, конечно, опасалась!.. Я же видела, что происходит с прихвостнями Фазаноля, которые для него расходный материал… Но расскажу обо всём по порядку!

Как-то мы ограбили филиал МАГЗО, а на обратном пути попали под обстрел случайно подвернувшейся патрульной бронемагшины. Ни они нас не ожидали встретить, ни мы их. Бывают такие случайности, которые мгновенно меняют расклад самых продуманных операций! Фазаноль ускользнул, но всё же пару раз в него попали. Я захватила с собой немного его жижи для изучения. То, что я увидела, потрясло меня. Никакая атакующая магия на эту жижу не действовала, или её потребовалось бы невероятно много. У заурядцев тоже не было подходящих средств. Разве что в ядерный реактор его засунуть… И то он бы возродился из уцелевшей капли. – Кукоба пнула бочку ещё раз. Из бочки вырвался фонтанчик жижи, но Кукоба, ожидавшая этого, ловко отразила жижу крышкой. – Тогда я сильно задумалась: что же такое Фазаноль? Человек. Даже не маг. Но человек, слившийся с титаном и получивший разово столько рыжья, что в нём не осталось ни единой кости, ни одного волоса. Он растворился весь. Мгновенно. Превратился в разумную слизь, только сердце почему-то уцелело! То, что Фазаноль выжил, говорит о том, что он нравственно монолитен. Неизменяем. Такое встречается у нежити, у элементалей, у русалок – но почти никогда у людей…

Кукоба выбросила руку и поймала за шиворот Ниську, которая вздумала заглянуть в бочку и подразнить жижу:

– Не стоит, девочка!.. Я продолжала изучать те капли, которые у меня были. Я разделяла их на отдельные части, изолировала друг от друга. Каждая капля мыслила автономно. Была маленьким Фазанолем, хотя, конечно, отдельные части Фазаноля мыслили хуже, чем он весь в целом. И я подумала, что Фазаноль – это нечто вроде Груна. Тоже протоплазмий, но иной природы. Грун сжирает тела, а Фазаноль сжирает и магию, и души. И утягивает их в Теневые миры, куда, кстати, отправляется и большая часть рыжья, которая пропадает из нашего мира.

– И что ты сделала? – спросила Настасья.

– Я подумала, что если уничтожить Фазаноля сложно, то может получиться стравить отдельные его части между собой. Но его капли всё время собирались вместе. У них не вырабатывался отдельный характер и отдельный рисунок личности, как у протоплазмиев. Их невозможно перевоспитать, получив идеального по своим качествам Фазаноля. Это такие вполне сформированные капельки. Я была в отчаянии… Кредит меня давил! Каждую секунду высасывал из меня магию и жизненные силы… А я же бодрая, для меня это невыносимо! – Кукоба невесело усмехнулась. – Лежишь, бывало, смотришь в потолок – и ощущаешь, что и ногу поднять трудно. И руку. Чувствуешь себя полной тряпкой… Мысль в тебе дряблая, вялая, хилая. Память притуплённая! Заклинание и то вспоминаешь с десятого раза. Думаешь: кто это? Неужели это я? Короче, в одном из таких кошмарных настроений я отправилась на ферму жирочервей и вылила всю жижу Фазаноля, которая у меня была, в бочку с жирочервями. Сама не знаю зачем. Просто по наитию. Вот тебе! Вот!