Солдаты Оборотня - Владимир Чихирёв

Повторять дважды мне не пришлось. Но только толку от этого было мало. Наш пленник был без сознания. И я остановил их, боясь, что они действительно убьют его. Как мне потом объясняться перед Азурой?

Мы, молча, сидели недалеко от лежащего без сознания наемника. Подбородок нестерпимо болел. Несмотря на это, я уже немного успокоился и теперь хотел только одного, поскорее убраться из этого ада. Вдруг заговорил последний, молчавший до этого момента пленник.

- Я могу сказать, куда и с кем ушла Доротея. Если вы меня затем отпустите.

- А ты кто? - голова у меня соображала уже плохо.

- Я был в банде "Гнилого". Он тоже сражался здесь на её стороне.

- Ему-то это зачем было нужно? - я поморщился. У меня начинала болеть голова.

- Она очень щедро нам заплатила, и потом он тоже влюблен в неё.

- Похоже, эту вашу Доротею любили все, - пробормотал я. - Сито!- проговорил я через плечо - ты тоже любил Доротею?

- Нет, - послышался испуганный ответ.

Я ухмыльнулся, но улыбка сменилась гримасой боли от саднившей раны

- Так что ты там говорил?

- Её, раненную, тащил на себе "Гнилой". А этот, - бандит показал на наемника - попытался организовать оборону.

- Как хорошо иметь под рукой влюбленных ослов, - проговорил я, поднимаясь на ноги. - Где они сейчас могут быть?

- Есть небольшой схрон на болотах, - проговорил бандит - они, скорее всего там.

- Отлично! Если проведешь туда нас, будешь свободен. Может, даже получишь награду. Это тебе капитан скажет.

- Я не собираюсь подыхать из-за амурных дел "Гнилого", - как, бы оправдываясь, проговорил бандит.

- А мне плевать - сказал я - передо мной оправдываться не надо.

Скрипнула входная дверь, и на пороге показался лейтенант в сопровождении сержанта Алая. Оглядев всех нас, он повернулся ко мне

- Есть результат?

- Есть, - еле-еле проговорил я. - Этот человек покажет место, где она может скрываться.

- Отлично. Теперь второй вопрос.

Я вопросительно посмотрел на него.

- Этот наемник, - лейтенант махнул в сторону лежащего в крови пленника - оказался очень важной персоной. Надеюсь, он ещё жив!?

- Дышит, - Алай наклонился над наемником.

- Да он в норме, - пробормотал я - только ребра мы ему все-таки сломали. Может и ещё что-то.

Лейтенант подозрительно покосился на меня.

- Ты в порядке, - спросил он меня.

- Немного устал.

- А лицо?

- Небольшой инцидент, - отмахнулся я.

- Ладно. Алай, Дарин давайте наемника к лекарю. Ты, - он ткнул в сторону бандита - пойдешь со мной. Рамсай, ты тоже.

- Слушаюсь, господин лейтенант.

- А это кто? - лейтенант посмотрел на Сито.

- Он ничего не знает. Так обычный солдат, - ответил я.

- Перебежчик?

- Да.

- Повесить! - бросил лейтенант и уже развернулся, чтобы уйти, но я быстро подошел к нему.

- Азура! Это же мальчишка совсем. Ему бы ещё у матери возле юбки бегать.

- Он предатель.

- Послушай, его бросили в это пекло из инженерной академии. Жил себе некого не трогал. Сестренка, мама.....

- Риттер, тебе его жаль? - Азура удивленно поднял брови - он убивал своих....

- Мне не его жаль. Мне жаль его семью. Ты же знаешь, что с ними сделают!

- Отправят на поселение.

- Это смерть! Медленная смерть!

- Он предатель, Риттер!

- Тот, кто послал семнадцатилетнего мальчишку против этой ведьмы, преступник не меньший...

- Тише ты, идиот!

- Лейтенант, вот давай сам казни его, - я схватил Азуру за рукав и подтащил к стулу, где сидел, съежившись, Сито в обрывках формы и заплаканным лицом. Наш разговор он не слышал. Он гладил пучок светлых волос, которые были завернуты у него в бумажном конверте.

- Что это? - капитан кивнул на волосы, которые Сито не переставал поглаживать.

Тот поднял на нас опухшее от слез лицо:

- Это волосики моей сестренки. Я взял их с собой, на счастье, - тихо произнес он.

Мы с Азурой переглянулись. Локон светлых волос ребенка смотрелся среди всего этого безумия как что-то пришедшее сюда из другого мира. Мира, где нет боли, жестокости и убийств. Где люди живут и радуются тем пустякам, которых мы лишены на войне. И которые мне теперь кажутся самыми ценными вещами на земле. Я оторвал взгляд от Сито и вновь посмотрел на лейтенанта.

- У меня тоже есть сестра.... - начал я.

- А у меня дочка! - огрызнулся капитан - и что мне теперь делать!? Проклятье, Риттер!

Сито смотрел то на меня, то на лейтенанта, понимая, что сейчас решается судьба не только его, но и того ангелочка, чей локон лежал на его ладонях.

- Хорошо, - Азура вздохнул. - Риттер, бери этого бедолагу и веди в лагерь, его сейчас обустраивают прямо в поле. Найдешь там наш полк. Переодень его. Послезавтра наша рота выступит в Йервард. Мы будем сопровождать подводы с раненными. Этот парень пойдет с нами. Там посадим его на корабль, и через несколько дней он будет со своей сестренкой.

- Понял Сито? - обратился я к нему.

Но парень только обнял голову и зарыдал. Я смотрел на его содрогающуюся спину и чувствовал, как у самого к горлу подступил комок. Капитан яростно потер лоб и ещё раз ругнувшись, вышел из барака.

Некоторое время я смотрел ему вслед. Затем помог встать Сито и неспешно, повел его на свежий воздух.

- Пошли парень. Похоже, сегодня ты родился во второй раз.

-- Глава 24. Новая встреча.

- Просыпайся! - кто-то сильно тряс меня за плечо.

- Что! Куда просыпаться? - я с трудом соображал, пытаясь разлепить глаза.

- Построение и выход отряда уже через четверть часа.

Наконец я смог открыть глаза и увидел склонившегося надо мной капрала Дарина.

- Сил моих больше нет, - простонал я, натягивая сапоги.

- Это честь, быть в отряде, целью которого является захват вражеского командира, - наставительно проговорил Дарин.

"Издевается что ли?" подумал я, уставившись в хмурое лицо капрала. Убедившись, что тот вполне серьезен, я крякнул и, поднявшись, поискал кувшин с водой. После выпитого вчера, у меня пересохло в горле. Капрал молча, протянул мне флягу.

- Вода? - я подозрительно посмотрел на него.

- Это ваша фляга, - ухмыльнулся капрал - вы же сами наполняли её, какой-то бурдой в придорожном трактире.

Вспомнив о чудодейственном чае, я открыл пробку и жадно допил все содержимое. Прохладная жидкость мгновенно предала свежести всему моему организму. Мысли прояснились, и пропал неприятный озноб. Потянувшись, я стал пробираться между спящих вповалку солдат, к оружейной пирамиде. Было ещё совсем темно, поэтому в тусклом свете нескольких свечных огарков я долго искал свой пояс с мечом. Когда, пристегнув его, я отправился к месту, где была сложена наша тяжелая амуниция, меня остановил голос Дарина: